Десять
Шрифт:
Раз – и на всю жизнь…
Правда, понял он это, когда повзрослел.
Пацаном он и не задумывался серьёзно о своей фамилии, сказать больше – временами он даже её стеснялся.
В то время, когда закончились детские дразнилки, а взрослая жизнь ещё не совсем наступила, самым острым ощущением было чувство страха и опасности, которое каждый раз «накатывало» в тот момент, когда он с друзьями перелезал через забор местной пивной.
Пивная располагалась под открытым небом, на окраине района. Твёрдо сжимая в кулаке заветные пятнашечки, он закидывал их в пивной автомат. Войти с парадного входа не получалось, – у входа на двух стульях сидела зоркая,
Так, стоя на ящиках вокруг грязного стола, они казались выше своего роста, и походили на «нормальных мужиков». Взрослые любители пива, конечно, замечали их, но, погрозив кулаком, улыбались их находчивости и… не сдавали тёте Дусе.
Ромке тогда было около семнадцати.
Чудеса автоматизации: советские пивные автоматы шипели, гудели, но выдавали честные пол-литра янтарного напитка в помытую тут же стеклянную кружку с толстой, массивной ручкой. Ромка пил пиво, морщась от горечи, но пил, будто осваивая характер и новые привычки уже почти взрослого мужчины. Это были как раз те ощущения, которых ему так не хватало в семье.
Отец Ромы, принося домой к празднику бутылку вина с красивой этикеткой, жёстко и твердо напоминал сыну о том, что тот ещё не дорос совать свой нос во «взрослые дела». Ромина мама тоже постоянно напоминала ему о том, что он ещё ребенок и «этого ему нельзя».
И этого.
И этого…
И вообще – нужно думать об учёбе!
А Рома не хотел думать об учёбе! Он хотел думать о взрослой жизни, о свой будущей работе, о том, сколько он будет зарабатывать и сколько таких бутылок с красивыми этикетками он сможет себе купить. Да, Рома мечтал о взрослой жизни, и эти нередкие вылазки за пивом лишь только укрепляли его веру в то, что взрослая жизнь вот-вот наступит. Ну, совсем скоро…
Была в Роминой мечте ещё одна ступенька к взрослой жизни: он любил собирать яркие наклейки и этикетки: прямоугольные простые от винных бутылок, неправильной формы с золотым тиснением – от бутылок с импортными коньяками, яркие вкладыши от жвачек, импортных конфет… Некоторые этикетки отдавал отец, некоторые Рома выменивал у друзей и одноклассников. Позже, когда коллекция этикеток стала весьма внушительной, Рома начал коллекционировать жестяные банки от колы и пива, которые кто-то из взрослых привозил из-за границы.
Банки были с яркими, красивыми этикетками, одна лучше другой; и на ромкину коллекцию регулярно приходили «поглазеть» друзья и приятели. Рома гордился своей коллекцией и постоянно пересчитывал свои «раритеты».
Но коллекция эта недолго оставалось столь ценной.
Через пять-шесть лет в стране наступила перестройка, и подобные «раритеты» уже открыто продавались во всех киосках и палатках на каждом шагу. Рома радовался этому и верил, что перестройка наконец-таки достигла своей цели, – ведь пивом, колой, пепси и другими напитками в красивых жестяных банках были «завалены» все магазины. Во время очередного ремонта в квартире Ромина мама убрала все банки в коробку и вынесла на балкон.
Рома вырос, закончил школу, поступил в институт и про свою коллекцию уже не вспоминал. Пивную на окраине района сломали, и на этом месте построили торговый центр «Электронный рай».
Тут
Страсть Ромы к красивым банкам, этикеткам и упаковкам переросла в любовь к хорошим, красивым вещам. Особенно вещам фирменным, брендовым. Повзрослевший Роман поступил на продюсерский факультет института культуры и считал, что настоящий продюсер начинается со стиля, – нужно стильно выглядеть, быть хорошо одетым, окружать себя стильными вещами.
Он покупал модные мужские журналы, долго рассматривал, выписывал торговые марки одежды и цены, и потом, на городской барахолке, заказывал вещи с лейблами своим друзьям-фарцовщикам. Что-то удавалось доставать, на что-то всегда не хватало денег.
Но главное Роман усвоил быстро: хорошие марки всегда стоят дорого.
А тем временем, старые привычки долго «не расставались» с Романом. Вместе с новыми друзьями, после очередных «культурных» занятий, Рома продолжал посещать «стильные», – как говорили тогда, – культовые заведения, совсем не похожие на ту, старую пивную на окраине города. Эти заведения прямо-таки «дышали» стилем, выдержанностью обстановки, красотой одетых девушек и неизменной стильной музыкой, как тогда говорили «из-за бугра». Но между всей этой выдержанной стильной обстановкой, когда уже не хватало денег на дорогие, с яркими названиями коктейли, Ромкины друзья расслаблялись простым, но импортным пивом, а когда деньги заканчивались, – простым и дешевым пивом.
Теперь бутылка пива стала его постоянным спутником, перелезать заборы и опасаться было уже некого, – бутылку пива можно было купить всегда и практически везде: с бутылочки холодного «Туборга», купленного в палатке по пути в институт начинался новый день, бутылочкой «Старопрамен» заканчивался. Либо заканчивался походом в ночной клуб с друзьями, где были и «Туборг» и «Хайниккен» и «Старопрамен» и ещё много разных сортов и наименований. Качество пива часто можно было узнать по этикетке, – порой стильные и красивые рекламные ролики вполне соответствовали хорошему вкусу и аромату напитка. Рома уже не собирал наклейки, – достаточно было просто запомнить бренд компании и всё остальное откладывалось где-то в уме: этикетка, вкус, горечь, крепость, аромат…
С некоторых пор он уже перестал считать, сколько было выпито за день, за вечер… Сколько заказали кружек в клубе, сколько допили дома, сколько стоит в холодильнике. Его тянуло не просто выпить, – он убеждал себя, что настоящий «Пивоваров» должен разбираться в своём предмете, поэтому пробовал, пробовал, искал и снова пробовал новые марки.
В эти годы Рома, так сказать, «формировался», как своеобразный эксперт по импортному пиву. К напитку российского производства он относился с иронией, считая, что настоящее пиво могут варить только в Баварии или в Праге. Самой главной его мечтой во время учёбы в институте была поездка в Германию на знаменитый пивной фестиваль.
На последнем курсе Роман неожиданно для преподавателей, стал относиться к пенному напитку сквозь «научную призму»: через культуру потребления пива в разных странах, он изучал народные традиции, историю и культуру стран. На эту тему Роман даже начал писать дипломную работу, и его преподаватели, пряча улыбку и тайком посмеиваясь, всё-таки помогали ему с материалами и даже подсказывали некоторые мысли. В общем, всё было серьёзно, и даже его девушка, Елена, которая возникла на «восходе» его «головокружительной карьеры» продюсера, вполне серьёзно относилась к его «пивным» увлечениям.