Дети Доброты
Шрифт:
– Чей?
Подождал. Не дождавшись ответа, пояснил:
– Не мужик. Топор.
Толпа молчала.
– Ничей? – расстроился Джек. – Пойти, у соседей спросить?
– Наш, – отозвался женский голос.
От толпы отделилась стройная, красивая женщина. Почему-то густо покраснела и поправила косынку на голове.
– Ух ты, – обрадовался Джек. – Здравствуй, красавица! Давненько не видались.
– Мира и добра, – откликнулась женщина. И тут же нахмурилась. – Поклянись, что не обидишь нас!
– Дак, топор-то не спёр, –
– Ох, Степан! – спохватилась женщина, – бедненький! – Отмахнулась от Джека и топора: – Потом. Положи куда-нибудь, после отдашь, – и присела на корточки возле поверженного.
Положила пальцы на запястье, щупая пульс. Захлопотала:
– Мать Серафима! Александра! Воды принесите!
– Вот, так всегда, – проворчал Джек, – вот так и совершай подвиги…
Он оглядел толпу – две женщины, призванные той, что присела, бросились к ней, остальные начали собираться вокруг, вытягивая шеи. И вдруг негромко – взрослые в их посёлке не умели кричать, Серый знал, что это из-за сорванных в детстве связок, – но внушительно, приказал:
– А ну, быстро – разойдись.
Толпа застыла.
– Тут и без вас управятся, а делов, небось, дома у всех до фига, – примирительно пояснил Джек.
Толпа, помедлив, зашевелилась.
– Вопросы? – осведомился Джек. – Предложения? – Поигрывая топором в руках, шагнул к ближайшему дядьке. Прибавил голосу нажима: – Что непонятно?
– Всё понятно, – пробормотал тот.
– А то, может, повторить? – предложил Джек. И выразительно оглянулся на Степана.
– Нет-нет! Не надо, – дядька нырнул в толпу.
Шевеление ускорилось. Люди начали расходиться.
– И вот ещё что, – бросил вслед расходящимся Джек. – Запишите где-нибудь, да повторяйте почаще. Кто ещё хоть раз быковать рыпнется, хоть на кого – тому я вот этот самый топор в задницу загоню. Стесняться не буду – разрублю аж по шею, – людоедски улыбнулся и постучал головой топора о ладонь.
Движение толпы ускорилось. Через минуту возле живой изгороди не осталось никого, кроме отряда чужаков, Георгия с Виссарионом и смелой женщины.
***
– Что хоть тут было-то? – Джек уселся на землю неподалёку от хлопочущей над Степаном женщины.
Вытащил сигареты – разжился ими у Мрака, в посёлках Шамана табак не употребляли. Женщина посмотрела неодобрительно, однако делать Джеку замечание не осмелилась. Георгий тоже промолчал – за время, проведённое в пути, к привычкам чужака успел притерпеться.
– Алексей поджёг сухую траву, – сказала женщина.
– Глупец, – ахнул Георгий. – Шаман позволял её поджигать только в определённое
Джек посмотрел на Серого.
– Ветер? – предположил тот. – Отец тоже предсказывать умеет – когда будет дуть, когда нет. И Шаман, наверное, умел, только он на Мать Доброты кивал.
– Алексей потом говорил, что, когда поджигал, ветра не было, – словно извиняясь, пояснила женщина.
– Всё равно не нужно было поджигать, – укоризненно сказал Георгий. – Почему вы с матерью Серафимой не остановили неразумного? Как же так, мать Мария?
Женщина потупилась.
– Мы не знали. Никто не знал, Алексей один ушёл в поле. Решил, что сухая трава мешает расти молодой, и поджёг. Поначалу ветра действительно не было, а потом он вдруг поднялся. Алексей не успел затоптать огонь. Пламя перекинулось на сенные сараи, – Мария махнула рукой в сторону обугленных останков строений. – Тут уж, конечно, все всполошились. Побежали отливать.
– Вёдрами с реки? – уточнил Джек.
– Зачем вёдрами? – обиделся Георгий. – На полях стоят системы орошения. Мы включили насосы на полную мощь и тушили из шлангов.
– Ого, – не сдержал восхищения Серый.
Знал, что отец о таких системах пока только мечтает.
– Молодцы, – похвалил Джек. – Кабы не шланги, туго бы пришлось. А дальше? Драка-то с чего? Народ понёсся этому утырку мозги вправлять, что ли?
– Не знаю, – сказала Мария, – я не видела, с чего всё началось. Мы с матерью Серафимой оставались на пожарище, когда прибежали дети и сказали, что Алексея бьют. Мы бросились туда и застали драку уже в самом разгаре. Жена Алексея, Ирина, бросилась за него заступаться, кто-то её оттолкнул, сосед Алексея бросился на того, кто оттолкнул Ирину…
– И понеслась душа в рай, – закончил Джек. – Нормально, чё. Не в первый раз ведь уже?
Мария опустила глаза:
– Нет. Но прежде за топоры не хватались.
– То ли ещё будет, – хмыкнул Джек.
Мария замахала на него руками:
– Что ты! Сохрани нас Мать Доброты!
– Угу. Я и смотрю: сегодня до того хранила, аж упарилась.
– Не говори так, – тихо, но твёрдо попросила Мария.
Снова склонилась над Степаном. И вдруг, не поднимая головы, добавила:
– Спасибо, что вернулся.
Глава 5. Кирилл
После того, как отряд внезапно обрёл лошадей, движение ускорилось. Надежду Кирилла Шаман оправдал: он действительно стал пропуском в любой из обитаемых южных посёлков. На Мрака и самого Кирилла жители недоверчиво косились, но тем не менее предоставляли кров, стол и корм для лошадей.
Кирилл догадывался, что сдаваться Шаман не намерен и наверняка попробует воздействовать на людей. Заставит их наброситься на чужаков, отравить, зарезать во сне – в том, что фантазия менталиста работает отлично, у него было время убедиться.