Дети Морайбе

Бачигалупи Паоло

– Богомерзкая идея, не желаю мараться. Где пища выросла – там ей и место. Нельзя гонять продукты по всему миру ради прибыли. Мы это уже проходили. Чем все кончилось? Катастрофой.

– Снова эта теория ниш. – Андерсон снимает шкурку с очередного нго. – Должна же быть в грэммитской вере ниша и для денег. Кардиналы-то у вас не худенькие.

– Теория истинна, даже если паства сбилась с пути. – Хагг резко встает. – Благодарю за компанию. – Он бросает на Андерсона неодобрительный взгляд, но, прежде чем уйти, прихватывает еще один фрукт.

Все вздыхают с облегчением.

– Господи, Люси, зачем

так было делать? – начинает Отто. – У меня от него мороз по коже. Я из «Компакта» ушел, лишь бы грэммиты над душой не стояли, а ты его – к нам за стол.

Куаль угрюмо кивает:

– Еще один, говорят, сейчас в объединенном посольстве.

– Да их кругом как тараканов, – машет рукой Люси. – Киньте мне фрукт.

Компания продолжает пир. Андерсон глядит на них и думает, подбросят ли ему эти объездившие полмира существа иные идеи о происхождении нго. Впрочем, рамбутан – уже неплохая догадка. Несмотря на плохие вести о водорослевых резервуарах и питательных культурах, день налаживается. Рамбутан. Стоит подсказать это слово исследователям из Де-Мойна, дать направление поискам корней таинственного биологического объекта. В старых записях должны быть упоминания этого фрукта. Надо будет порыться в книгах и…

– Смотрите, кто пришел, – вполголоса говорит Куаль.

Все поворачивают головы и видят, как по лестнице поднимается Ричард Карлайл в безупречно отглаженном льняном костюме. Он входит в тень, снимает шляпу и начинает себя обмахивать.

– Вот черт! Ненавижу его, – бормочет Люси, раскуривает очередную трубку и делает глубокую затяжку.

– Чего он такой довольный? – спрашивает Отто.

– Бес его знает. Будто и не терял целый дирижабль.

Карлайл не спешит выходить из тени, оглядывает посетителей, каждому кивает.

– Жарковато сегодня, – говорит он всем сразу.

Отто, багровея, не сводит с Карлайла испепеляющего взгляда:

– Если бы не его игры в политику, сейчас я был бы богат.

– Не преувеличивай, – успокаивает Андерсон и съедает еще один нго. – Люси, дай ему затянуться, а то устроит дебош, и сэр Френсис выкинет нас всех на солнцепек.

Люси уже плохо соображает, но тянет руку примерно куда попросили. Андерсон перехватывает трубку, отдает Отто, встает и говорит, показывая пустой стакан:

– Кому-нибудь принести выпить?

Все в ответ лишь мотают головой.

К бару с легкой улыбочкой подходит Карлайл:

– Беднягу Отто решили отрубить?

– Опиум у Люси могучий. Не то что драться, он ходить-то вряд ли сейчас сможет.

– Вот адский наркотик.

– …плюс выпивка, – говорит Андерсон, салютуя стаканом, потом заглядывает за стойку. – Где этот чертов сэр Френсис?

– Я думал, ты как раз пришел это выяснить.

– Похоже, нет. Много потерял?

– Потерял.

– В самом деле? А по виду и не скажешь. – Он показывает на фалангу. – Там пыхтят и ноют – мол, только и делаешь, что лезешь в политику да подлизываешься к Аккарату с министерством торговли. И тут ты – сияешь улыбкой. Просто настоящий таец.

Тот лишь пожимает плечами. Из задней комнаты, элегантно одетый, с аккуратно уложенными волосами, выходит сэр Френсис. Карлайл заказывает виски, Андерсон тоже протягивает свой пустой стакан.

– Льда нет, – говорит сэр Френсис. – Погонщики хотят

больше денег за то, что качают насос.

– Ну так заплати.

Хозяин бара берет у Андерсона бокал и мотает головой.

– Когда тебя держат за яйца, а ты споришь, делают еще больнее. К тому же в отличие от вас, фарангов, я не могу подкупить министерство природы и подключиться к угольной электросети. – Он достает бутылку «Кхмера» и наливает идеально выверенную порцию. Андерсон думает, правду ли рассказывают об этом человеке.

Отто, который сейчас несвязно бурчит нечто вроде «кхреновы диришапли», как-то уверял, что сэр Френсис – бывший чаопрайя, высокопоставленный королевский помощник, которого интригами выжили из дворца. Эта версия сулит немалые выгоды, как, впрочем, и остальные: одни говорят, что он некогда служил Навозному Царю, другие – что был кхмерским принцем, но бежал из страны после того, как Тайское королевство захватило весь Восток. Все соглашаются в одном: сэр Френсис в свое время занимал высокое положение – иначе как объяснить его презрительное отношение к клиентам?

– Деньги вперед, – говорит он, выставляя стаканы.

– Брось, – смеется Карлайл. – Ты же знаешь, с кредитом у нас полный порядок.

– Вы немало потеряли на якорных площадках, все уже в курсе. Деньги вперед.

Оба принимаются отсчитывать монеты.

– Я думал, у нас хорошие отношения, – вздыхает Андерсон.

– Это политика, – улыбается сэр Френсис. – Сегодня ты здесь, а завтра тебя смыло, как полиэтиленовые пакеты с пляжей, когда закончилась Экспансия. На каждом углу висят печатные листки, которые предлагают сделать капитана Джайди чаопрайей и королевским советником. Если так случится, вам, фарангам… – он изображает выстрел из пистолета, – конец. Радиостанции генерала Прачи величают Джайди героем и тигром, студенческие организации требуют закрыть министерство торговли и передать его дела белым кителям – оно потеряло лицо. Сейчас Торговля без фарангов, как фаранги без блох, – одного без другого не бывает.

– Очень любезно.

– От вас и в самом деле пахнет.

– Да от кого ж не пахнет, когда такое пекло, – хмурит брови Карлайл.

Андерсон обрывает их перепалку:

– В министерстве, надо думать, сейчас переполох – так потерять лицо.

Он отхлебывает теплое виски и морщится – до приезда в королевство ему нравился алкоголь комнатной температуры.

Сэр Френсис сбрасывает монеты в кассу одну за другой.

– Министр Аккарат, конечно, вида не подает, но японцы уже хотят компенсаций, а с белых кителей деньги требовать бесполезно. Поэтому Аккарат либо сам заплатит за то, что натворил Бангкокский тигр, либо еще и перед японцами лицо потеряет.

– Думаете, японцы теперь уйдут?

На лице сэра Френсиса возникает презрительная мина.

– Они как компании-калорийщики – все время ищут лазейки в королевство. Никогда не уйдут.

С этими словами он оставляет их и шагает в дальнюю часть бара.

Андерсон достает нго и предлагает Карлайлу. Тот берет фрукт и внимательно его разглядывает.

– Это еще что за дрянь?

– Нго.

– На таракана похож. – Его передергивает. – Ах ты, поганец-экспериментатор. Знаешь что – забери-ка его назад. – Он отдает плод и тщательно вытирает руки о штаны.