Дети света
Шрифт:
Белокурая пышка Бруклин, считающая себя его девушкой, ткнула парня локтем в ребро, а тот скрючился, будто от невыносимой боли.
– Я тебе схожу! – шикнула она.
– Хорошо, не забуду! – улыбнулась я наигранно, больше для Бруклин, чем для Эйдена. – Пока! – Забираясь в салон, я махнула ребятам рукой на прощание, и машина с бархатным ревом тронулась со стоянки.
Сегодняшний день не выходил из моей головы еще долго. Я никогда не отличалась успехами ни в спорте, ни в каких-либо предметах. А тут выигрыши, один за другим. Конечно, метание колец на горлышки бутылок нельзя сравнивать с математикой, но все же и в таких мелочах я была неудачливой и неуклюжей.
– Вот видишь, Алекса! – произнесла Эмили учительским тоном. – Ведь правда, веселее проводить время вместе с друзьями, а не одной?
Я закатила глаза.
– Мама, опять ты за свое. Я провела с ними время только потому, что ты меня силой затащила в Кэровиндз и сбежала. Ты просто кинула меня в омут с головой!
– А что в этом такого? – удивилась она, подняв высоко брови.
Вздохнув, я покачала головой и вместо того, чтобы
Мы с Эмили скитались по всей стране, меняя город за городом и школу за школой, а почему – это всегда для меня оставалось загадкой. Мама объясняла это тем, что она получала лучшие предложения по работе, хотя она работала секретарем, и на этом поприще вряд ли можно было сделать карьеру или получить сногсшибательный гонорар. Да и квартиры или дома нельзя было назвать хоромами. Обычно мы останавливались в недорогих апартаментах, либо в самых дешевых непродающихся домах, ждущих капитального ремонта, которые сдавались на непродолжительное время.
Моя жизнь казалась мне серой и скучной. Постоянных друзей и подруг не было. Только привыкнешь к кому-нибудь, как тут же нагрянет новая перемена места. Наконец мама решила остановиться на городе Шарлотт в штате Северная Каролина. Ее выбор мне был снова непонятен, но это был первый город, от которого я пришла в дикий восторг.
Солнце, зелень, чистота, дружелюбие – вот то, без чего невозможно представить Шарлотт. Родина кока-колы и банкоматов не остановилась в своем развитии. Чего только стоил проект дома с лифтом, доставляющим машины с их владельцами прямо в гараж, из которого шел вход в квартиру. Парковочные автоматы, работающие на энергии солнца и автобусы на гибридных двигателях вызывали у меня восхищение и недоумение одновременно. Недавно построенное легкое метро с футуристическими станциями доставляло людей в центр города за пятнадцать минут. Прокатившись в первый раз в даунтаун, мама отметила для себя как большой плюс бесплатную парковку, а я обратила внимание на общественную библиотеку на конечной станции метро. Я безумно любила книги, и любовь к чтению объединяла нас с мамой. Кто бы мог подумать, что через считанные дни именно библиотека станет моей лучшей подругой!
Для центра города мне и дня не хватило, чтобы как следует его рассмотреть. Мое внимание привлекло прозрачное офисное здание возле Банка Америки. Я несколько минут наблюдала за передвижением офисных работников, кажущимися муравьями в коробке с лабиринтом внутри. Каждые выходные мы с мамой уделяли внимание музею, выбранному наугад. Под конец дня так отваливались ноги, что мы заканчивали в одном из кафе квартала под названием Эпицентр. Этот развлекательный квартал с ресторанами, клубами и кафе работал круглосуточно, и я могла только представить, что здесь творилось в ночное время суток.
Маме приглянулись недорогие апартаменты к северу Шарлотта на Медоу Виста роуд неподалеку от университетского городка, где мы сняли трехкомнатную квартиру рядом с парком, школой танцев и высшей школой. До школы танцев я могла дойти пешком через парк, который начинался сразу же за пределами квартала, в котором мы обосновались. А в общеобразовательную школу я добиралась на автобусе или мама возила меня сама.
Только сейчас, вглядываясь сквозь окно, я почувствовала приближение осени. Эйден прав: скоро в школу. И у меня в запасе несколько дней, чтобы убедиться, что сегодняшняя победа – это не сон.Следующие две недели я не вылезала из парка Кэровиндз. На одни и те же аттракционы я старалась не ходить: появившись не впервые, я притягивала к себе внимание – как раз то, чего никогда не любила. Зато я убедилась, что выигрывать призы – не так уж и сложно, и теперь понимала тех, кого затягивало в пучину азарта, и кто безвылазно пропадал за воротами острова развлечений.
В один из дней, метая дротики в надувные шары, я почувствовала на себе обжигающий взгляд. Я и раньше испытывала подобное. Но на этот раз что-то неприятное сверлило спину, накатывая чувство тошноты и дискомфорта.
Обернувшись, я не увидела никого, кто бы мог смотреть мне в спину. Напротив забавный мальчик в морской тельняшке, мокрый с головы до ног, тащил маму за руку на лодку, которая, скатываясь с крутой горки, врезалась в воду и обдавала брызгами не только тех, кто находился в лодке, но и зрителей. Справа дети с визгом бегали под распрыскивателем воды, спасаясь от зноя. Слева на лавочке полумесяцем сидела пожилая пара, прячась в тени от солнца. Дальше образовывались очереди из желающих прокатиться на горках. Я отвернулась и вновь принялась лопать шары дротиками.
– Неплохо у нее получается, – раздался голос молодого человека издалека.
Я вновь обернулась и увидела двух девушек и молодых ребят. Все, будто на подбор, высокие, с атлетической внешностью. Они стояли возле киоска с мороженым и наблюдали за мной. Вряд ли эти ребята могли вызвать неприятные ощущения. Напротив, они светились энергией и излучали невидимые импульсы положительных эмоций. По крайней мере, мне так показалось, когда я их рассмотрела. Они купили мороженое и отправились к горкам. Интересно, откуда они появились? Их же только что здесь не было.
Я кинула последний дротик, взяла заслуженный приз в виде зеленого динозавра и последовала за таинственной четверкой к горкам. Одеть их в одинаковые эластичные костюмы – так и от бегунов не отличишь. Не доходя до головокружительных горок, я остановилась. Вот здесь я еще не каталась. Всегда мутило отГлава вторая Цирк
Эмили захлопала в ладоши, как только я сообщила о предстоящем походе.
– Дочка растет и меняется на глазах! Я тебя отвезу!
Мне осталось только улыбнуться и поблагодарить Бога за маму, которая была рада сбагрить меня куда угодно, лишь бы я не торчала дома.
Люди рассаживались по местам, а я рассматривала звездный купол цирка, уносящий в просторы космоса. И вот прогремели долгожданные фанфары, и на арену вышли девушки в белых костюмах с перьями на голове и на руках. Я немного разбиралась в танцах, – мама отдала меня в школу хореографии, когда я была совсем еще маленькой. И так же, как общеобразовательные школы, я меняла и хореографические. Правда, то, чему нас учили, было намного сложнее, чем то, что я видела на сцене, хотя красивые и одновременно простые движения эффектного антре разожгли интерес к следующему номеру программы.
Дрессированные собачки, кошечки, львы, – все это умиляло, и я радовалась, словно ребенок, который первый раз попал в цирк – хотя, собственно говоря, так оно и было. Но когда вышли на арену воздушные гимнасты, у меня перехватило дыхание. Будто парящие, фарфоровые и в тоже время гибкие статуэтки летали под звездным куполом цирка, да еще и заставляли трепетать сердце от страха, когда в шутку срывали трюк и падали вниз, будто не успевали зацепиться за канат.
Вдруг одну из миниатюрных хрупких фигур я узнала. Моя одноклассница Клэр также участвовала в представлении. В тот миг, когда она взлетела, словно невесомая бабочка, под искусственный небосвод, я впервые позавидовала той свободе, которая есть у гимнастов. Раз – и перепрыгнула через забор. От этой мысли я тихонько хихикнула, представив себя, преодолевающую препятствие, – я бы точно закончила этот трюк в травмпункте. В отличие от Клэр, я не была миниатюрной и хрупкой, по крайней мере не такой, как фарфоровая статуэтка.
Во время антракта я вышла к гримерным в надежде увидеть свою скромную одноклассницу, которая все это время молчала о своем профессиональном увлечении.
– Алекса? – окликнул робкий голосок.
В школе Клэр казалась безликой. Она не пользовалась косметикой и всегда отличалась кротостью. Здесь же она блистала. На фоне белоснежного облегающего костюма с невесомой юбкой из органзы черты лица обозначил броский макияж и блестки вдоль многочисленных проборов прически, при которой волосы были стянуты в тугой пучок.
– Клэр, привет! Как ты здорово отработала все трюки! Молодчина! – искренне восхищалась я.
Ее щеки покрыл пурпурный румянец. Обычно звездным людям краснеть не свойственно, но, судя по ее реакции на похвалу, она не зазнавалась.
– Спасибо!
– Я не знала, что ты занимаешься гимнастикой, да еще и воздушной! Как у тебя это получается? Ты ведь учишься в школе!
Клэр улыбнулась, и на ее щеках появились ямочки.
– Ты много не знала, ты же особо с нами не общаешься.
Ну что тут ответить? Она права. Вдруг мой взгляд привлекли молодые люди, стоящие на улице возле клетки с медведем. Это же они, те четверо. Им бы тоже под куполом летать, хотя нет, лучше бежать на короткие дистанции в качестве спринтеров. Как и вчера, они веселились. Везет же людям – радуются жизни.
Клэр прервала мои размышления:
– Мне пора, Алекса! После антракта у нас второй заход. Не убегай и приходи на наше выступление. Тебе понравится!
– С удовольствием, подруга! – Я обняла тонкую струнку, и мы распрощались.
Клэр упорхнула, а я, проводив четверку глазами до входа в зрительный зал, проследовала вслед за ними, надеясь узнать, где они заняли места. Но свет погас, и я не успела удовлетворить свое любопытство.
Пару номеров я выискивала их глазами. Возможно, они сидели где-то на балконе, а вертеться уже просто неприлично. И вот я дождалась выхода Клэр и остальных гимнастов в необычных черных костюмах в белую полоску. Дома я носила похожий костюм, только он спортивный и свободный, черный с белым капюшоном и полосами по рукавам и бедрам до щиколоток. Через мгновение я поняла, почему именно такая световая гамма была выбрана. На этот раз софиты излучали неоновый свет. Черный свет костюмов слился с темнотой, а белые полосы ярко сверкали, и гимнасты, подобно зажженным звездам, взлетели к куполу, декорированному соответственно. Где была Клэр, я уже не могла различить, и с наслаждением смотрела выступление под космическую музыку, которая перенесла зрителей в неизведанные просторы галактики.
Зрители завороженно наблюдали за гимнастами. Вот спустился вниз месяц, на который села одна из звезд. Похоже, это и была Клэр, самая миниатюрная из всех гимнастов. Она медленно поднималась ввысь бездонного купола.
Внезапно мой слух насторожил странный звук, который абсолютно не вязался с звездной темой. Будто скрежет металла прорывался сквозь ноты умиротворения. Внимание рядом сидящих людей было приковано к представлению. Может быть, мне показалось? Я стала прислушиваться дальше.
Вдруг режущий звук металла усилился, и зрители стали беспокойно осматриваться вокруг. Тревожный шепот просквозил через весь зал вокруг арены. И тут женский голос пронзительно закричал. Все присутствующие в зрительном зале вскочили с мест и, оцепенев, вскинули головы кверху. Целая галактика стремительно летела прямо на меня и моя голова закружилась, как когда-то в иллюзионе, где я упала в обморок от крутящегося вокруг меня барабана со звездами. Мне стало дурно. Но крики людей и осыпающиеся щепки и предметы, падающие на голову и плечи, не дали мне потерять сознание.