Детка. Навсегда...
Шрифт:
– Блондин сбоку. Два метра от нас. С белобрысой куклой.
Владос быстро скользнул по залу глазами, а затем, выпрямился и обошел столик, заняв свое место.
– Я тебя понял, любимая.
Сказал достаточно громко, но не на показуху. Кому надо, услышали, не сомневаюсь. Хороший парень радует сегодня своей внезапной сообразительностью. Похоже, вечер пройдет неплохо. Но главное, будет достигнута моя цель. Воропаев должен смыться из города, чего бы мне это не стоило. Пусть трахает кого хочет, где хочет и как хочет, но живой.
Официант нарисовался возле нашего столика буквально через две минуты. Все это короткое время Владик нежно дотрагивался до моей руки, лежащей на столе. Причем, осторожно, касаясь лишь подушечками пальцев.
Владик заказал вина, закуску и горячие блюда. Я тщательно старалась не смотреть в сторону Воропаева, но ощущала кожей, он разглядывает меня. Точнее, нас.
– Милая, – Хороший парень в очередной раз провел по моей руке пальцами, – Ты же задержишься ещё? Время летит, безумно хочется его остановить.
– Малыш, сам знаешь, дела. Нужно будет уезжать. Но я вернусь.
– Как же меня убивает ожидаемая разлука.
Я поправила волосы, откинув их назад, хотя, на самом деле, цель данного маневра – оценить расклад в игре. Быстрым взглядом скользнула по Воропаеву. Сидит, наблюдает. Кривая улыбка и внимательное выражение лица, будто слушает блондинку, которая впаривает там ему какую-то чушь. Но на самом деле, зная Дена, не сомневаюсь, ловит каждое слово, которое звучит за нашим столом.
В ресторане присутствовала живая музыка, однако сейчас, видимо, наступила пауза, поэтому слышимость была весьма приличная. На протяжении часа мы с Владиком увлеченно разыгрывали спектакль о большой и чистой любви. Причем, хочу заметить, выходило это весьма успешно. Хороший парень радовал меня тем, что в его поступках не было нарочитости. Он вел себя так, будто я и вправду его женщина. Не зря, выходит, спасла ему шкуру. Пригодился мне мучачо.
Воропаев же становился все веселее. Периодически приобнимал блондинку, и шептал ей что-то в ушко. Даже стул подвинул ближе. Честно говоря, при том, что я знала, девица, можно сказать, подсадная, изрядно хотелось это ушко оторвать. Ко всему прочему, она явно млела от его внимания и, по-моему, начинала забывать, зачем ее вообще сюда отправили.
Музыканты, наконец, отдохнули и вышли в зал. Сначала музыка была тихой, приятной, подходящей для спокойного вечера. Однако, постепенно, мелодии становились все более весёлыми и зажигательными. Девочка-скрипачка вдруг заиграла мотив танго. Давно, в прошлой жизни, когда мозг в моей голове отсутствовал напрочь, я сильно мечтала о том, как разбогатею и поеду в Латинскую Америку. Видимо, сказались сериалы, которых в то время крутили по телеку в немеренном количестве. И вот сейчас, в этот момент музыка накрыла меня волной воспоминаний. Стало как-то горько. Я богата. У меня чудесный ребенок. Хотела бы сказать, любимый мужчина рядом, но, к сожалению, тут осечка. Мужчина есть, однако, похоже, не только мой. И что? Опять бесконечная гонка на выживание. Или – я, или – меня.
Будет ли в моей жизни покой? Тихое, уравновешенное счастье?
– Потанцуем?
Голос Воропаева прозвучал внезапно. Я ждала действий от него чуть позже, когда накал дойдет до высшего пика.
– Девушка не танцует.
Ден на Владика даже не глянул. Вместо этого протянул мне руку, приглашая пойти с ним.
– Слышишь меня? Нет? Девушка, говорю, не танцует.
– Девушка танцует отлично. А ты осел, если этого не знаешь.
Владик начал приподниматься из-за стола. Видимо, роль рыцаря прекрасной дамы пришлась ему по душе и он решил биться за мою честь. Ну, нет. Такой быстрой
– Не волнуйся, малыш, это мой старый знакомый. Не заметила его как-то сначала. Все будет хорошо. Приму его приглашение, если ты, конечно, не против.
– Ну… Если хочешь, то, конечно, да. Все для тебя, моя девочка.
Воропаев усмехнулся при последних словах, но смотрел по-прежнему, на меня. Я поднялась, а затем невзначай повернулась полубоком, вроде бы как для того, чтоб отодвинуть стул, хотя на самом деле, демонстрировала Дену интересную модель своего наряда.
– Сука... – единственное слово, которое в полной мере выражало его отношение к происходящему. Произнесено оно было сквозь сцепленные зубы, с тихой ненавистью в голосе.
– Ты что-то сказал?
– Говорю, выглядишь шикарно.
– Мммм... Показалось, значит.
Ден взял меня за руку и, едва мы отошли от стола, оказавшись на танцполе, крутанул так резко, что платье разлетелось в стороны, обнажая ноги полностью, а затем снова опало вниз.
Он сказал Владику правду. Танцевала я на самом деле исключительно хорошо. По необходимости. В разгар нашей прошлой работы, случился заказ, когда нужно было убрать человека, к которому я, хоть убей, не могла подобраться. Примерный семьянин. Политический деятель. Лицо партии. И вся подобная лабуда. Херь, конечно. Просто гаденыш был слишком осторожен. Инстинкт самосохранения оказался развит у него феноменально. Ничего не срабатывало, ни один план. А потом Ден узнал интересный момент. У каждого человека есть слабость. Всегда. Нужно просто очень хорошо посмотреть, где находится лазейка. Так вот наш клиент, как выяснилось, тайком от жены, ходил вовсе не по девкам, а в школу танцев. Оказалось, это его тайное, секретное хобби, которое он не афишировал. Воропаев быстренько отправил меня в место, где объект проводил по два часа три раза в неделю, независимо ни от чего. Мне, конечно, все равно пришлось напрячься. Этот любитель искусства брал частные уроки. Чтоб получить возможность пересечься с ним и познакомится, я три месяца тупо ходила танцевать с группой домохозяек, чьи мужья зарабатывали бабки для того, чтоб их жены прыгали вокруг смазливого учителя, который преподавал нам аргентинское танго. Когда я спросила Дена, зачем именно это направление, он засмеялся и ответил: "Детка, для балета ты слишком темна душой. На твоём фоне даже Черный лебедь это положительный образ. А все остальное примитивно. Танец страсти и секса – твоя тема". Потом как-то втянулась, мне даже понравилось. А Дена возбуждало то, что я танцую. Хотя... В то время его вообще все возбуждало, касающееся меня.
Но никогда не замечала ничего подобного за самим Воропаевым. Мне даже интересно, как это будет.
– Детка, что за бредовая игра? Я был в твоём номере, когда этот клоун валялся без задних ног. Между вами ничего нет.
Ден прижал меня к себе и двинулся в такт музыке. Это было странное ощущение. Я чувствовала его тело своим. При этом он вел так уверенно, словно всю жизнь прожил в Аргентине, зажигая со знойным красотками на улицах Буэнос-Айреса. Вот это сюрприз, однако... Я даже не предполагала, что он так может.
– Видишь ли, малыш, не хочу тебя ни в чем убеждать. Считаешь,что я играю, на здоровье.
Знала наверняка, доказывать ему ничего не надо. Только тогда он поверит. Начну с пеной у рта твердить, будто Владик мой любовник, точно заметит ложь.
– "Малыш" сидит сейчас за столиком с грустным видом. Ты так своих поклонников-идиотов называй. Меня не надо. Не беси лучше. Сама знаешь, дело это неблагодарное и опасное.
Воропаев снова развернул мое послушное, как пластилин тело, теперь спиной к себе. Его рука скользнула сначала по плечу, потом опустилась на талию, и задержавшись на бедре, сжала его так, что, предполагаю, останутся синяки.