Дева. Звезда в подарок
Шрифт:
— Значит, валидол или что-то похожее, — Бочарникова взяла себя в руки и стала внимательно просматривать содержимое рюкзака.
— Еще есть валокордин, больше я ничего не знаю, — покачала головой Ивашкина и прислушалась — около Олега Павловича было тихо.
— Он с утра себя плохо чувствовал, — вспомнила Юля. — Лекарства должны быть сверху!
— Или в кармане, — быстро глянула на нее Ивашкина.
Юля перекинула рюкзак Кате на руки и пошла обратно. Перед ней почему-то все расступились. Она остановилась
— Холодную тряпку надо на лоб, — Юля присела на корточки, осторожно запустила руку в карман штормовки. — И вообще, несите воды.
Мишка, до этого стоящий в немом оцепенении, помчался к своему рюкзаку, вытащил из боковой сетки бутылку, на ходу начал отворачивать крышку.
— Не урони! — успела предупредить Юля, но Царицын уже споткнулся о брошенные вещи и нырнул к ногам застывших ребят. Никто даже не повернулся.
Ткаченко подсунул под голову руководителя свернутую куртку, присел рядом, осторожно снял очки. На широкий лоб Олега Павловича капал дождь.
В кармане штормовки нашелся пузырек. Обыкновенный коричневый аптечный пузырек без этикетки.
— Куда Мустафаев потопал-то? — словно пришел в себя Сережка. — Нам бы не разбегаться.
— Заорал и пошел, — отозвалась молчавшая до этого Настя. Она если куда и смотрела, то все больше на небо и елки. Опускать взгляд было боязно.
Юля сидела, пытаясь представить, как она будет давать руководителю эти непонятные таблетки. Надо как-то разжимать зубы, всовывать таблетку под язык. Но ничего этого делать не пришлось. Олег Павлович шевельнулся, открыл глаза и уставился на нее ничего не видящим взглядом.
— Ой, Олег Павлович! — всхлипнула Лебедева.
— Живем! — засуетился Сережка. Он приподнял руководителя за плечо, за другое взялся Петро. Вдвоем они помогли ему сесть.
— Лекарство, — протянула пузырек Юля. — Царицын! Неси, что там осталось!
— Так… — тяжело произнес Олег Павлович.
— Вы упали… — опередила его вопрос Ивашкина.
Олег Павлович ладонью провел по лицу, потом опустил ее рядом с собой, ощупывая землю.
— Вот, — догадался Ткаченко, отдавая очки.
— Спасибо, Петя, — пробормотал Олег Павлович и снова коснулся пальцами лба.
— Вам надо накрыться. Дождь идет, — напомнила Катя.
— Что-то я… — Олег Павлович оглянулся, поднял руку. Сережка шагнул вперед, подставляя под нее свой локоть, помогая подняться. Палыч стоял, покачиваясь, тяжело глядя себе под ноги. — Надо идти дальше. Искать место для ночевки.
— А как же вы? — изумленно открыла рот Лебедева. Слезы текли у нее по лицу вперемежку с дождем.
— Прихватило что-то, — Олег Павлович прижал ладонь к левой стороне груди.
— Ну чего? — прибежала от рюкзаков Ирка.
— Идем дальше. — Юля с тревогой вглядывалась
— Где Инвер? — Олег Павлович поднял на нее глаза, словно сейчас мог ориентироваться только по звуку.
— Пошел освежиться, — не удержался от шутки Сережа.
— Надо идти, — Олег Павлович качнулся, но шага не сделал, остался стоять на месте. — Разобьем лагерь, там видно будет. Кто-нибудь… Настя? Сходи за Инвером.
— Скажи, что трупов пока не предвидится, — зло добавил Даушкин.
— Сбежал? — Вопрос снова был задан Юле.
— Я не знаю, — покачала она головой. Вот уж кто ее сейчас совсем не волновал, так это Инвер. С ним и так все было понятно. — Олег Павлович, а как же ваш рюкзак?
Инструктор беспомощно посмотрел вокруг себя.
— Дотащим мы его! Какие вопросы! — с готовностью подскочил к рюкзаку Царицын.
Юля отвернулась. Дальше можно было не смотреть, и так понятно, чем все это закончится, Мишка рюкзак с места не сдвинет.
За ее спиной что-то крякнуло, ухнуло, заржал Сережка.
— Рюкзак придется нести. — Олег Павлович поморщился, и все шагнули вперед, готовые поддержать его, если он начнет падать. Но инструктор отстранил их рукой.
Вернулся Инвер, мрачно посмотрел на всех и ничего не сказал.
— Полегчало? — поддел его Даушкин.
— Мустафаев, — прервал Сережку Олег Павлович. — Ищи Настю и вместе с ней идите по этой тропе вперед. Часа через два будет стоянка. Мимо не пройдете, увидите ее. Тропа упрется в речку, вы ее по камням перейдете, и на пригорке увидите костровище. Поставите лагерь, вернешься по тропе обратно.
Федина незаметно скользнула из-за кустов, глянула зло, словно кто-то был виноват в том, что она не нашла Инвера.
«Как же она одна!» — успела сообразить Юля, но Олег Павлович и сам догадался, что Федину одну в лагере оставлять нельзя. Так же как и Инверу идти обратно одному не стоит.
— Царицын, Харина, пойдете с ними. Ира, когда ребята уйдут, ты останешься с Настей.
— Какое! — возмутился Мишка. — Я рюкзак понесу! — И он снова попытался приподнять рюкзак, но взлетев на воздух, тот плюхнулся обратно, отдавив Царицыну ногу.
— Понесешь, когда вернешься. Смените Ткаченко с Даушкиным. — На Мишкины страдания Олег Павлович даже не посмотрел. — Ребята, собирайтесь. Ира, засеки время. Через час надо сделать пятиминутную остановку.
Харина хмуро кивала. Она не понимала, что происходит, почему выбрали именно ее. Но это было необходимо. Олег Павлович видел, что в группе зреет очередной скандал, и только так он мог хоть как-то разрядить обстановку, убрать самых взрывоопасных, Инвера с Настей, присоединив к ним нейтральных, Мишку и Иру. Если бы Мустафаев или Федина остались, новых разборок вряд ли бы удалось избежать.