Девианты
Шрифт:
– Петра, я знаю того коротышку, – донесся до них голос Килиана.
– Подробности после, – быстро ответила Петра.
– Принято.
– Петра, к заднему входу пригнали кареты скорой помощи, – доложила Ровена.
– Следите! Айлех, смени позицию!
Девушка вгляделась в лицо женщины, следовавшей за главным из гостей; что-то в её прямых блестящих красно-каштановых волосах и суженых, как у кошки, глазах показалось ей смутно знакомым. Затем её внимание привлёк последний из гостей – старец в богатой бордовой мантии, которому почтительно поклонились все присутствующие, едва он вышел из машины.
– Видать, важная птица, – заметил Тхирасак. – Смотри, как все
Не успев понять, что закружившее её волнением чувство было подступающей паникой, Петра чудом удержалась на дереве, когда старец незаметно, словно в естественном порыве оглядеться, посмотрел в её сторону и на миг встретился с ней глазами. Опустившая бинокль девушка долю секунды боролась с нелепым предположением, что внимательный взгляд ей померещился. Затем спокойно, ничем не выдавая испуга, приказала:
– Уходим! Все назад!
– Что?
– Петра?
– Сигнал: красный! – твердо, не повышая голоса, отрезала девушка.
Девианты тотчас поспешили к оставленным в укрытии мотоциклам. Вопросов больше никто не задавал; добравшись до окраины Ривертауна, Петра сбросила скорость, и, последовав её примеру, вскоре рядом с ней припарковались и остальные.
– Рэндал, Ровена, за водой! – внимательно оглядевшись, повелела она.
– Две канистры? – уточнила Ровена, слезая с мотоцикла.
– Три. Рэндал может взять две. Поспешите! – поторопила их Петра.
В десятке метров от места, где они остановились, виднелась круглая беседка, окруженная невысоким каменным забором. Около трёх лет назад здесь забил подземный источник, и вскоре облагороженный стараниями жителей родник стал местом паломничества тех, кто набирал из него питьевую воду.
– Что произошло? – разминая мышцы плеч, поинтересовался Тхирасак.
– Тот старик, – снимая шлем, ответила девушка, не отводя взгляда от Ровены и спустившегося по ступеням к роднику Рэндала. – Он меня заметил. Я не могла рисковать: задержись мы хоть на несколько секунд, уже не смогли бы уйти.
– Ты его знаешь? – спросил Килиан.
– Нет. Но, по всей видимости, он знает меня, – безрадостно поведала Петра.
– А тот, главный? Который в пальто? – напомнил Тхирасак.
Девушка покачала головой:
– Поговорим в Айрондейле, – она окинула взором пустую улицу, слабо освещенную лучами двух фонарей. – Здесь опасно.
– Ты проницательна, охотница, – послышалось насмешливое.
Петра резко развернулась: в опасной близости от её байка на бордюре стоял гард. Из-за угла показалось ещё два десятка стражей, которые бесшумными тенями устремились в сторону девиантов. В сознании девушки успела мелькнуть догадка, что их задержка возле родника позволила преследователям их нагнать.
– Так тот санг послал за нами стражей, – озвучил её мысли Килиан.
Приказа не потребовалось; тотчас включив двигатели, девианты сорвали свои байки с мест. Девушка посмотрела на застывших в ужасе Рэндала и Ровену, к которым устремилось три гарда, и решительно сняла со спины винтовку. Грохнуло три выстрела, и стражи рухнули оземь; выхвативший обе сабли Тхирасак снёс голову сангвинару, который прыгнул на Петру, оставил глубокую борозду на бедре второго. Опомнившись, Рэндал замахнулся и пустил канистру в устремившегося в ним с Ровеной ещё одного гарда. Придя в себя после потрясения, девушка бросила свою тару, выудила из джида на поясе отравленные дротики и отточенным движением пустила в сангвинаров сразу два.
– Их слишком много, – выдохнула она спустя несколько секунд, когда разделившиеся на две группы гарды атаковали её с Рэндалом и Петру с Тхирасаком.
– Плевать! – выплюнул
В панике оглядевшись, Ровена без раздумий поднялась на крышу беседки: оттуда ей было легче целиться в стражей из духовой трубочки. Противостоял натиску сразу пятерых сангвинаров Тхирасак, сабли которого со свистом рассекали холодный воздух зимней ночи, почти не промахивался Рэндал, стрелявший из кольта в головы нападавших. Двумя выстрелами обезвредила Петра тех, кто решил взобраться на беседку вслед за Ровеной, и убрала винтовку: сражавшемуся рядом Тхирасаку требовалась помощь.
Четверо сангвинаров так и не поняли, что лишило их рук, они не сразу ощутили боль: к шоку добавился пыл боя, который совершенно их захватил. Однако Тхирасак бросил в сторону Петры полный признательности взгляд, благодаря за помощь, и продолжил схватку на этот раз с тремя противниками. Оставшихся двух взяла на себя Петра; едва пал поверженным последний страж, как внимание девушки, выдохнувшей с облегчением, привлёк полный отчаяния крик Ровены:
– Чёрт, у них подкрепление!
Так и не повесив чакрам обратно на пояс, Петра сжала обоюдоострое кольцо лезвия в ладони и переглянулась с забрызганным кровью Тхирасаком; им предстоял ещё один бой.
– Петра, Тхи, уезжайте без нас! – крикнула Ровена, понимая, что они с Рэндалом не успеют добежать до байков.
Бледная от ярости, с холодным огнём в глазах, Петра только покачала головой и вновь сняла со спины винтовку. Тхирасак не стал ждать нападения и ринулся в бой до того, как сангвинары приблизились к ним; сменивший магазин в кольте Рэндал приготовился стрелять.
В ночи раздавались выстрелы, свист лезвий, глухие удары падающих тел и короткие вскрики; со стоном рухнуло на землю несколько стражей. Они не были вооружены и, прекрасно обученные в Домах, полагались на свои инстинкты и подаренную нечеловеческой природой звериную силу. Однако и с оружием девианты едва справлялись с их натиском, и только ежедневно оттачиваемое мастерство помогало им оказывать достойное сопротивление в борьбе с превосходящим их по силе и мастерству противником. Привыкшая к таким нагрузкам Петра не чувствовала усталости и успевала следить за Ровеной и Рэндалом, Тхирасак, казалось, только входил во вкус. Но тут полный боли крик Ровены, сброшенной с крыши беседки, отозвался в Петре спазмами, на долю мгновения лишив контроля над ситуацией, чего её очередному противнику оказалось достаточно. С возгласом: «Прочь от неё!» бросился к Ровене Рэндал, упал на колено Тхирасак – он едва не ослеп от боли в глубокой борозде под лопатками, которую оставил вырвавший у него саблю сангвинар. Увлечённая в прыжке на асфальт Петра прикрылась локтем, защищая шею, и в потрясении замерла, когда страж, вскрикнув, обмяк на ней вмиг отяжелевшим телом. Послышалось громовое рычание, без промедления сбросив с себя сангвинара, Петра рывком села и прищурилась при виде торчавшей из его лба рукояти ножа. Оружие было ей незнакомо.
Она огляделась, поднимаясь на ноги. С таким же ножом в горле лежал рядом с Тхирасаком ещё один гард, пронзительно крича, отбивался от нападения огромной тёмно-серой собаки другой, который вскоре обмяк под ней с протяжным гортанным стоном. Девушка выхватила чакрам и пустила его в стража, устремившегося к Ровене, что лежала на асфальте без сознания. Сражавшийся с Рэндалом сангвинар осел на землю с ещё одним ножом, пронзившим висок. Впервые за долгое время чувствуя настоящий шок, Петра перевела взгляд на появившуюся словно из ниоткуда собаку, которая набросилась на последнего гарда; предыдущая её жертва валялась с перегрызенным горлом.