Дэвид Старр – космический рейнджер (пер. А.Левкин)
Шрифт:
– Ну да, я оттуда…
Коротышка пригнулся и хлопнул обеими руками по голенищам сапог. Дэвид знал – таким жестом фермачи демонстрируют чувство собственного достоинства.
– В таком случае, – продолжил незнакомец – ты обождешь, пока со своими делами разберется коренное население.
– Как угодно, – хмыкнул Дэвид.
– И если у вас, сэр, имеются какие-либо возражения по поводу вашего места в очереди, то я готов обсудить их с вами в любое удобное для вас время. Зовут меня Бигмен [1] , Джон
1
Bigman (англ.) – большой человек.
– Никаких, – вполне серьезно ответил Дэвид.
– Отлично, – кивнул Бигмен и направился к окошку, а Дэвид расплылся в улыбке и присел на стул подождать.
На Марсе он был менее двенадцати часов и успел только зарегистрировать под чужим именем свой корабль на подземной стоянке за городом, снять на ночь комнату в отеле и пару часов погулять по накрытому куполом городу.
Городов на Марсе было всего три, их малочисленность объяснялась дороговизной устройства гигантских куполов и энергии, необходимой для создания в них земной атмосферы и гравитации. Этот город, Виндгрэд-сити, названный в честь Роберта Кларка Виндгрэда, первого человека, достигшего Марса, был самым большим.
Виндгрэд-сити почти ничем не отличался от любого земного города, он казался просто кусочком Земли, отрезанным и заброшенным на другую планету Создавалось впечатление, что его обитатели, перемещенные с Земли на 35 миллионов миль, старательно скрывают от себя этот неоспоримый факт. В центре города, где купол достигал в высоту чуть ли не четверти мили, стояли даже двадцатиэтажные дома.
Одно только давало понять, что это Марс. Ни солнца, ни голубого неба не было. Сам купол был полупрозрачный и солнечный свет равномерно распространялся по всей его поверхности – площадью более чем в десять квадратных миль. Интенсивность освещения в каждом из городских районов оказывалась поэтому небольшой и «небо» казалось палевым. В общем, так выглядит земное небо в облачный день.
С наступлением темноты купол словно растворялся, зажигались городские огни и Виндгрэд-сити казался более земным, чем любой земной город; впрочем, огни в домах горели и ночью, и днем.
Внезапно внимание Дэвида привлекли громкие крики.
– Это все черный список! – разорялся у окошка Бигмен. Вы засунули меня в черный список!
Клерк в окошке подавал признаки волнения: у него были пушистые бакенбарды, и он теребил их пальцами.
– Но, мистер Джонс, у нас нет черных списков.
– Меня зовут Бигмен! В чем дело? Почему вы боитесь дружелюбия? Всю жизнь я был для вас Бигменом!
– У нас нет черного списка, Бигмен. Просто фермачи пока не нужны.
– Рассказывайте! Вчера Том Дженкинс устроился за пару минут.
– Но Дженкинс умеет управлять ракетами.
– А я что – нет? Не хуже Тома.
– Но тут записано, что вы – сеяльщик.
– Да, и неплохой. А что, сеяльщики больше не нужны?
– В общем,
Бигмен отошел от окошка, но обернулся и крикнул:
– Отлично, только я не стронусь отсюда, пока не придет очередной запрос на работу – и я ее получу. А если я им не подхожу, то пусть они скажут это мне лично. Персонально, понятно? Лично мне, Джону Бигмену Джонсу, персонально. Вот так.
Человек в окошке никак не отреагировал. Бигмен уселся и принялся бурчать что-то под нос. Старр встал и подошел к окошку. Других фермачей, желающих подискутировать с ним насчет его места в очереди, не объявилось.
– Я бы хотел наняться на ферму, – сообщил он клерку.
Тот взглянул на него, пододвинул к себе бланки занятости и ручной принтер.
– Какого рода работа интересует?
– Все равно, лишь бы на ферме.
– Вы марсианского происхождения? – спросил клерк, отодвигая принтер.
– Нет, сэр. Я с Земли.
– Весьма прискорбно. Вакансий нет.
– Но, – удивился Дэвид, – я могу работать, мне нужна просто работа. О небеса, разве закон запрещает работать землянам?
– Нет, но у вас нет опыта работы на фермах.
– Мне нужна просто работа, какая угодно.
– Такой полно в городе. Следующее окошко.
– В городе работать я не могу.
Человек взглянул на Дэвида с пристрастием, и тот выдержал его взгляд не сморгнув. На Марсе оказывались разными путями. Одна из причин состояла в том, что Земля становилась для человека не слишком-то уютным местом. Если на кого объявляли розыск, то в городах Марса – они же являлись почти частью Земли – отсидеться не удавалось. Зато на ферме никто его не сыщет. Лучший работник – с точки зрения Фермерских Синдикатов – именно тот, кому больше некуда податься. А всякие земные органы и учреждения здесь просто ни во что не ставили.
– Имя, – спросил клерк, склонившись над бумагами.
– Дик Вильямс, – Дэвид назвал имя, под которым он поставил на стоянку свой корабль.
Подтверждать имя документами здесь было не принято.
– Где вас можно найти?
– Отель Ланлис, комната 212.
– Знакомы ли с малой гравитацией?
Вопросы сыпались один за другим, в большинстве случаев ответом оказывался прочерк. Клерк закончил, расписался, сунул анкету в щель прибора, тот моментально перевел ее на микропленку и приобщил к постоянному списку соискателей.
– Я дам вам знать, – сказал клерк, по его слова прозвучали не особенно обнадеживающе.
Дэвид направился к выходу. В общем, идя сюда, на многое он и не рассчитывал. В любом случае, он легально зарегистрировался на бирже. А дальше…
Тут мимо него словно пронесся смерч. В зал вошли трое, малыша Бигмена подбросило с места, и вот он уже стоит лицом к лицу с ними, грозно подбоченясь, хотя, как видел Дэвид, и без оружия.
Вошедшие остановились, один из замыкавших шествие загоготал и высказался: