Девочка Демона
Шрифт:
На смарте сработало напоминание: пора ехать в другое место. Ничего, Демон и не надеялся, что удастся найти платье с первого раза.
— Полина, поторопись! — крикнул Демон. — Нам пора ехать. Давай в следующий…
Он осекся, когда она вышла из примерочной. Платье в пол, как он и хотел. Открытое, но целомудренное. Воздушное, но не похожее на взбитые сливки. С открытыми плечами и длинным рукавом. И необычное. Не такое, как у всех, с изюминкой.
Как ей это удалось…
— Отвратительно, — сказал Демон. — Снимай.
— Но ей так идет, — возразила девушка, помогающая с примеркой. — И размер… Даже подгонять не надо!
— Полина, поторопись. Я жду.
Демон и сам не понял, зачем это сделал. Хотел унизить? Подчеркнуть, что у нее нет вкуса? Или ждал, что она возмутиться, будет настаивать?
Полина молча ушла в примерочную. И, вернувшись, тоже не произнесла ни слова.
Демон, морщась, соскребся с кресла. Таблетка еще не подействовала, надо было пить ее раньше.
— У тебя спина болит? — вдруг спросила Полина.
— Да, — ответил он коротко.
— И почему не сказал? Тяжело же, наверное, вести машину.
— Ерунда, — скрипнул он зубами.
— Где болит? — продолжала настаивать Полина. — Поясница? Или плечи?
Если бы она только болтала! Так нет же, коснулась спины. И Демон дернулся, как будто через него пропустили электрический ток.
— Руки! — прошипел он едва слышно.
Она испуганно отступила. И, сообразив, что за ними наблюдают, выскочила из салона.
Демон закатил глаза.
— Последнее платье, — сказал он девушке, что застыла неподалеку. — Я его беру. Оформляйте покупку.
= 7 =
К машине Полина не пошла. Наоборот, рванула в другую сторону, спряталась в ближайшем кафе. Она сделала это, не задумываясь, без желания насолить обидчику. Просто… испугалась. И сбежала.
— Что будете заказывать?
Рядом тут же нарисовалась официантка. Полина хотела отказаться, но передумала и попросила меню. Она немного посидит здесь, приведет мысли в порядок. А Дмитрий Львович… пусть поищет ее, понервничает.
Грубиян…
Полина попросила принести холодный фруктовый чай и села так, чтобы видеть двери.
Показалось или нет? И что делать, если не показалось?
Она отпила из запотевшего стакана и поморщилась. Нет, напиток сладкий, даже чересчур. Но кого она обманывает? Ей не показалось…
Тот же взгляд сильного, уверенного в себе мужчины. Те же властные нотки в голосе. То же чувство, от которого бросает в жар. То же желание… подчиняться…
«Господи… спаси и защити…»
Зажав в кулаке крестик, Полина не заметила, как забормотала молитву. Как будто это могло спасти от греховных мыслей… Она пыталась. Она молила о прощении. Она мечтала забыть…
На студию эротических фильмов Полина попала не случайно. Знала, куда шла. К тому времени она отчаялась найти нормальную
Жуткое было время. Она так отчаялась, что согласилась на безумный заработок: ей предложили сняться в порнофильме.
— Это не обычное порно, — предупредили ее сразу. — Ты можешь и не подойти. Но если подойдешь, то заплатят…
Озвученной суммы не хватило бы, чтобы покрыть все долги, но если фильм получится удачным, ее пригласят снова. В общем, Полина согласилась.
Студия располагалась в подвале старого дома, и пускали туда только своих. Полине казалось, что все происходит не с ней. Она двигалась, как во сне, и почти ничего не понимала. И только когда очутилась один на один с Мастером, ее пробрало.
Он так представился: Мастер. Мужчина с седыми висками, цепким взглядом и пугающей улыбкой.
— Почему ты здесь, крошка?
Мягкий обволакивающий голос ее не обманул. Внутри словно натянулась струна. Ее предупреждали, что правильный ответ: «Мне нравится боль». Но она не смогла соврать.
— Мне нужны деньги, — выдохнула Полина.
Он не рассердился, наоборот, рассмеялся.
— Честный ответ. Но ты понимаешь, куда пришла?
— Да, наверное. Тут снимают порнофильмы.
— Тут снимают БДСМ-фильмы, — фыркнул Мастер.
— Что?
Он рассказал, что это такое.
— Так ты готова терпеть боль за деньги, крошка?
— Да, — ответила она, не задумываясь. — Мне очень нужны деньги. Очень! Пожалуйста, не прогоняйте…
— Не плачь! — велел он таким тоном, что Полина не посмела ослушаться. — Посмотри на меня. Ты готова подчиняться?
— Д-да…
— Да, сэр. Повтори.
— Да, сэр.
— Будешь слушаться меня беспрекословно?
— Да, сэр.
— Я буду унижать тебя, бить.
— Да, сэр, — прошептала Полина, ничуточки не сомневаясь, что выдержит это испытание.
Он околдовал ее. Загипнотизировал. Как удав кролика! Когда Полина слышала его голос, она переставала владеть собой. Ей хотелось одного — подчиняться, быть в его власти. Она соглашалась со всем, что он говорил!
Наваждение прошло, когда они расстались. И перед камерой, в другой комнате, Полина тряслась от страха и не понимала, как согласилась на такое. Пока Мастер вновь не очутился рядом…
Она снова слушалась его. Делала все, что он приказывал.
И получала от этого удовольствие!
Как стыдно!
Полина залпом допила чай. Нерастаявшие льдинки хрустнули на зубах.
Ей не показалось.
Дмитрий Львович воздействовал на нее так же, как Мастер. Не всегда… но чаще, чем хотелось бы. Тот же взгляд, тот же голос, та же манера поведения. Особенно, когда Дмитрий Львович хотел, чтобы Полина слушалась.