Девочка Грешника
Шрифт:
Плевать! Мне плевать! Пусть валит. А я переживу. За неделю не сдохла и сейчас не растаю, чай не сахарная. А то, что слезы срываются с ресниц, так это так…
Пустое!
И вот я на месте. Выхожу из такси и торопливо ныряю в почти бесконечные торговые ряды, а там сворачиваю в первый попавшийся на пути бутик.
Шопинг! Кто-то мне говорил, что он спасает девочек от всех бед. Вот и пусть меня тоже спасет. Сколько нужно спустить бабла, чтобы прийти в себя?
Так, что тут у нас? Нижнее белье? Вот и чудесно. Примерю это и еще вот
Ее придержал Рома.
А потом шагнул внутрь, сообщая с улыбкой на устах кому-то из персонала:
— Помогу своей девушке определиться с выбором.
А я так и осталась стоять на месте с кучей вешалок, понимая, что сама же себя и загнала в угол.
И дверь за нашими спинами закрылась…
Глава 18. Сказано? Сделано!
Пячусь назад и понимаю, что все мое тело начинает дрожать не то от страха, что он так близко, не то от иррациональной, совершенно тупой радости по этому же поводу.
Ну что я за малахольная идиотка?
— Вышел отсюда! — хотела сказать это твердо и уверенно, но получилось лишь жалко и совершенно глухо.
А Рома смотрит на меня внимательно глазами этими своими бесстыжими. Давит взглядом, заставляя буквально захлебываться паникой.
— Соня, — тянет он осторожно и, словно опасный хищник, делает шаг ближе.
— Не подходи! — пищу я и еще сильнее прижимаю к себе вешалки в чисто защитной реакции.
— А то что?
— Я буду кричать!
И в ответ на эти мои слова на его грешных губах вдруг начинает расцветать понимающая улыбка.
— Будешь, — не спеша облизывается и прикусывает нижнюю губу.
Ах, ты сволочь!
— Ладно, — отшвыриваю я от себя чертовы вешалки, — тогда я сама отсюда сваливаю.
— И далеко?
— Подальше от тебя! — цежу я в его самодовольное лицо.
Боже, ну почему он такой красивый?
— Мне бы этого не хотелось, если хочешь знать, — говорит, как заклинание читает: не торопясь, хрипло, проникновенно.
Бессовестный манипулятор!
— Плевать мне на то, что там тебе хотелось! Совершенно! Уйди с дороги, — пытаюсь я дотянуться до двери, но Рома не дает мне этого сделать.
И смеется гад!
— Уйди! — повторяю я как мантру, а сама уже плыву от его близости и от его запаха. Аромат бергамота, имбиря и грейпфрута колошматит по моим рецепторам так, что искры из глаз летят.
Еще немного, и случится передоз.
Надо срочно делать ноги!
И только я было собираюсь громко позвать персонал на помощь, как меня неожиданно разворачивают сильные руки на сто восемьдесят градусов, а потом крепко прижимают к стальной груди.
— Ох…
— Напридумывала там себе уже, да, женщина? — укус за плечо.
Одна рука уверенно ложится на мою шею, вторая ныряет под
— Давай, расскажи мне, какой я плохой и нехороший. Ну же? Или, может, послушаешь мою версию событий, м-м? Ну так, для разнообразия. Что скажешь?
Я знаю, что должна сопротивляться. Что он, словно факир, заговаривает мне зубы. Я не хочу быть всего лишь послушной куклой в его руках.
— Рома, отпусти!
Большой палец его левой руки проводит по моей скуле и подбородку медленно, но верно разворачивая мое лицо к себе. Он уже прерывисто дышит мне в ухо, чуть прикусывая особо чувствительную мочку.
— Как отпустить, Сонь? Мы же не договорили…
— Ох, — это он лизнул ушную раковину.
И у меня чуть глаза не закатились от этого прикосновения. Мне надо вырваться отсюда. Срочно!
— А я бы так хотел тебе все объяснить, маленькая моя, — ладонь его правой руки все-таки ныряет под спортивный топ и жадно обхватывает грудь. Чуть стискивает, а потом пальцы прикасаются к затвердевшему соску. И до легкой боли его сжимают.
— Рома, пе-перестань, — вытягиваюсь я, приподнимаясь на носочках.
— Хочешь правду, Сонь? Хочешь?
— Нет, м-м…
— Я, пиздец, как по тебе скучал!
И в следующий момент язык Ромы ныряет внутрь моего рта и толкается в меня.
Господи!
Меня словно пришпиливает к нему, намертво приваривает. Я пытаюсь вырваться, но его рука с моей груди почти молниеносно перекочевывает под резинку шортов.
Под трусики.
И я не знаю, что делать дальше, потому что он сейчас получит все ответы на все свои вопросы. Ведь там я уже предательски мокрая для него. Пульсирующая. Готовая ко всему, что он захочет со мной сотворить.
С ресницы срывается слеза.
Я такая слабая. Я не могу приказать своему телу заткнуться и не хотеть его. Просто не могу, не получается…
А он все целует меня, пока его пальцы танцуют на моем разбухшем клиторе. Ноги дрожат, я на грани обморока, тело ватное и податливое. И в черепной коробке больше совершенно не осталось мозгов, там теперь только жалкий студень, дрожащий от его крышесносного обаяния.
Из груди настойчиво рвутся стоны, я пытаюсь их сдерживать, но натиск Ромы будто бы испытывает меня на прочность. Еще немного, и от меня совсем ничего не останется.
— Прошу прощения, у вас все в порядке? — словно из-под толщи воды слышу я голос девушки-консультанта.
И почти умираю от стыда.
— В порядке! — почти рычит Рома. — Но если вы испаритесь, то будет гораздо лучше.
— Какой кошмар, — пытаюсь я выпутаться из его рук, но тот только хохочет и прижимает меня к себе еще сильнее.
— Никаких кошмаров, маленькая. Тебе же понравилось, — ведет языком за ухом и меня снова пробирает.
— Ничего подобного, — пытаюсь стряхнуть с себя его руки.