Девочка и пёс

Донтфа Евгений Викторович

– Племена пеллиноев с Проданных островов называют это «гордый дух». В нём выжимка розовых водорослей, струя ледовых оленей, черная желчь авров, ну и так еще по мелочи, слизь табачных грибов, черепашье говно и прочее.

– Про говно я сразу догадался, – заверил Юддис.

– Ну еще бы, в этом деле ты мастер, – беззлобно ответил Изамери.

– Но зачем пеллинои готовят такую гадость? – Спросила Элен.

– Это лекарство. Страшные гнойные раны от этой смеси заживают просто на ура. А кроме того воины пеллиноев обмазываются

ею, когда идут в бой и тогда, как говорят, враги их разбегаются в стороны и пеллиной шествует вперед в гордом одиночестве.

– Не удивительно, – пробурчал Юддис, – тут либо убегай, либо не дыши. Дикари проклятые.

Элен, пересилив какое-то внутренне сопротивление, опустилась возле Галкута и, заставляя себя смотреть ему в глаза, спросила:

– Как ты?

Тот поглядел на неё практически только правым глазом, поскольку левый почти полностью заплыл разбухшей багровой плотью и ответил:

– Нормально.

Нейра подсела рядом.

– Да уж нормально, – звонко воскликнула она, осматривая его залитую кровью голову и руку. – Тут зашивать надо, – кивнула она на рассеченное предплечье Галкута. – Давай отнесем тебя в мой фургон, там есть всё что нужно.

– Нет, – слуга судьи начал пытаться встать. – Нам нужно идти.

Но Элен остановила его, уперевшись ему в грудь ладонью. Неожиданно для самой себя она заговорила деловым тоном, столь свойственным одной из главных героинь её любимого сериала о Брэде Джулиане – Камилле Кесаде. Мисс Кесада работала старшим судмедэкспертом в полицейском департаменте и Элен очень хотела быть похожей на эту молодую, решительную, умную женщину.

– Пусть Нейра поможет тебе. Рана на руке очень большая. И кроме того, надо промыть рану на голове и осмотреть её. Возможно у тебя сотрясение мозга. Как ты себя чувствуешь? Голова сильно болит? Тошнота, головокружение? Ты всё помнишь что случилось?

Галкут слабо усмехнулся и как-то странно посмотрел на девочку.

– Я должен сопроводить вас к вашему дядюшке, – сказал он.

Элен поняла это так, что он, как и всегда до этого, переживает, что она сбежит. Элен это показалось совершенно неуместным и даже глупым. После всего что она пережила ей определенно уже ясно, что оставаться одной в Агроне для неё мягко говоря опасно. Или он думает, что она совсем дурочка?

– Тебе не нужно переживать за меня, – с некоторой сухостью проговорила девочка. – Со мной всё будет в порядке.

– Да-да, дружище, не волнуйся, – громко вмешался Уэлкесс, который всё понял по-своему. – Мы теперь с госпожи Элен глаз не спустим, ни один волос на её голове больше не будет потревожен. Сопроводим её к господину судье в целости и сохранности. Будем оберегать её как принцессу. Будем…, – Уэлкесс на миг запнулся, подыскивая новые слова для убедительных заверений

– Будем беречь её как свои яйца, – пришел на помощь своему командиру Юддис.

Уэлкесс метнул на него испепеляющий взгляд.

– Да, Галкут, не волнуйся, –

пряча улыбку, сказала Элен и при этом, наступая на горло своей гордости, посмотрела на него почти просительно. Ей очень хотелось, чтобы он не упрямился сейчас. Она и сама точно не знала то ли её просто тянуло хоть немножко побыть без его компании и при этом не запертой в карете или комнате, то ли она действительно переживала за его здоровье. – Я вернусь к дяде Мастону в сопровождении господина Уэлкесса.

И она даже прикоснулась к руке слуги судьи в знак просьбы.

– Хорошо, – пробормотал Галкут.

– Вот и отлично, – улыбнулась Нейра. – Заштопаю тебя как родного, будешь как новенький. Эй, Юддис, хватит на мои ляжки пялиться, лучше помоги раненого поднять.

– Размечталась, – проворчал Юддис, подхватывая поднимающегося Галкута, – на чем там пялиться-то, ноги как у куры.

– Опа, смотрите Дюроны зашевелились, – воскликнул один из мужчин. – Так ты что, Изамери, не убил их?

Элен встревоженно поглядела в сторону костра. С земли медленно поднимался лысый великан, а на склоне холма принял сидячее положение Фонарщик.

– Это до них «гордый дух» Изамери дошел, тут и мертвый встанешь, – пошутил другой подчиненный начальника охраны.

Мужчины засмеялись.

В это время, цепляясь за дерево, с земли поднялся Бульдожек. Зажимая рану на животе, он, шатаясь, поплелся в сторону холма. При этом ему пришлось проследовать мимо Уэлкесса и его людей. Элен находясь под их прикрытием, холодно взирала на подростка. Тот выглядел очень скверно, словно был при смерти, но девочка отчетливо поняла что не испытывает ни малейшей жалости к нему. Оказавшись рядом с Вертелом, Бульдожек слабо пихнул его ногой, призывая подняться и следовать вместе с ним.

Элен повернулась к Нейре, которая поддерживала Галкута под правую руку, и спросила:

– А где Иви?

– Я велела ей ждать меня возле нашего фургона.

– Тогда погоди еще минутку. – Девочка обратилась к Изамери. – Ты не мог бы мне помочь? Пожалуйста.

Они подошли к дереву, на котором висела пришпиленная кукла и Элен указала на нее.

Пират одним движением вырвал колышек, снял игрушку и передал её девочке.

Элен взяла Ири, некоторое время нервно мяла его пухлый белый живот, затем подняла глаза на громадного, возвышающегося над ней как гора, мужчину.

– Спасибо тебе большое, Изамери, – сказала она, буквально заставляя себя говорить. – Спасибо за то что ты вмешался. За то что спас нас.

– Ну-ну, Крысеныш, не городи чушь, – пробурчал Изамери, – мне наплевать и на тебя, и на этого тощего доходягу. Просто хотелось размяться.

Но Элен словно не услышала его. Она дотронулась рукой до широченной заскорузлой ладони пирата.

– Спасибо, – сказала она.

Изамери слегка тряхнул головой, звякнув своими металлическими и костяными подвесками, словно отгоняя наваждение.