Девочка киллера
Шрифт:
Не знаю, что так действует на меня – он сам или сумка, полная оружия.
А самое ужасное во всей этой ситуации, что мне вовсе не становится не по себе в том смысле, в котором должно. В организме зарождаются какие-то другие чувства. Я начинаю чаще дышать и от этого, кажется, еще больше провоцировать убийцу.
Гордей вклинивает колено между моих ног, и одной рукой упирается в стену, прямо рядом с моей головой. Я теперь точно в тисках. Горячих и порочных.
Становится так жарко, будто кабинка едет ни на первый этаж, а несется
А мужчина передо мной в этот момент напоминает довольного Сатану, заполучившего, наконец, в свои лапы непорочную жертву.
Непорочной меня, правда, назвать уже нельзя, но рядом с Гордеем мне почему-то кажется, что со своим скромным багажом я вполне могу за такую сойти.
От него прямо несет грехом. Все, что я испытывала от близости с мужчиной раньше – ерунда, в сравнении с этим. Не думала, что организм в принципе способен так сжиматься просто оттого, что рядом, очень близко, стоит другой человек.
Гордей, свободной рукой опускает мои руки. Я, как загипнотизированная, с легкостью поддаюсь этому жесту. Уже перестаю соображать, что происходит.
Его пальцы зажимают мой сосок прямо через ткань. Я непроизвольно охаю, чем вызываю очередную улыбку на лице мужчины.
– Нравится, да? – шепчет он, покручивая горошину в пальцах.
Чувствую, как ниточки возбуждения протягиваются по всему телу.
Почему я вообще позволяю убийце все это проделывать с собой? Почему реагирую?
Меня спасает громкий сигнал лифта. Двери начинают медленно ползти в стороны, и я испытываю невероятное облегчение. Гордей отступает.
Мне требуется еще пара секунд, чтобы восстановить дыхание. Оказывается, я даже не дышала, пока нахал так нагло лапал мои соски.
– Ты в лифте решила остаться? – спрашивает он меня, уже находясь на лестничной клетке. – Если думаешь, что я просто про тебя забуду, то ты сильно ошибаешься.
Мне приходится взять себя в руки и последовать за ним. Теперь уже очень хочется спросить, куда же мы все-таки едем, потому что Гордей явно не собирается меня оставлять.
Но я молчу. После того, что произошло в лифте боюсь даже голос подать. Хочется забиться в какой-нибудь самый дальний угол, и не показывать оттуда носа, пока все не закончится.
Сидеть там без еды и воды кажется лучшим вариантом, чем находиться в компании мужчины, который принял меня за легкодоступную женщину.
– Помнишь, где стоит наша машина?
Наша. Наша, блин! С каких это, интересно, пор?
Киваю в ответ. Пусть думает, что хочет. Машина была моей, моей и останется.
– Тогда, как только выйдем за дверь – направляйся к тачке, и не останавливайся. Ясно?
– Ясно, – на этот раз решаю подтвердить согласие голосом.
На парковке все так же промозгло и пахнет так себе. Зато в более удобной одежде я, действительно, чувствую себя комфортнее. Даже
– Черт! – выпаливает Гордей, и я не сразу понимаю, о чем он.
Вижу, что мужчина настораживается. Слишком сильно. Его правая рука находится наготове, и в любой момент может вытащить пистолет из-за пояса.
Только теперь замечаю, что колеса моей малышки спущены до обода.
Нет! Моя машина! Удрученно качаю головой. Это все, что сейчас меня волнует – сдвинуться на ней с места без техпомощи не получится.
– Зайди за машину.
– Что?
– Спрячься за машиной! – рявкает.
Настроение Гордея резко меняется. Ощущение опасности теперь преследует и меня тоже.
Я мигом прячусь за багажником своей малышки. Сердце грохочет в груди. В ушах шумит мое собственное дыхание.
Никогда не испытывала ничего подобного. Сижу, сжимаюсь в маленький комок, и ни одной мысли в голове. Только обостренное чувство опасности и страх.
Я зажимаюсь сильнее от каждого шороха. От каждой тени, что, мне кажется, проскальзывает мимо.
Я сижу прямо на полу. В чужой одежде. Рядом со своей испорченной машиной. Где-то в паре шагов мужчина с оружием, который на моих глазах убил троих человек. А еще здесь, похоже, бродят люди, нехорошие люди, которые прокололи колеса, чтобы мы с Гордеем не смогли уехать.
Очень похоже на триллер, с элементами боевика. Вот только я триллеры как-то не очень. Я вообще комедии люблю. Веселые, романтичные…
Божечка, пожалуйста, дай мне проснуться! Я хочу проснуться, прошу…
Я закрываю глаза, в надежде, что мои молитвы будут услышаны.
И это происходит.
Реальность напоминает мне, что я давно не сплю, в тот момент, когда где-то рядом раздался первый выстрел.
Глава 7
Карина
Я ближе поджимаю к себе ноги. Мне хочется сжаться как можно сильнее, быть может, тогда я сумею спастись.
Очень не хочется умирать. Только не сегодня! Только не здесь!
Это какое-то безумие! Настоящий кошмар!
Звук выстрелов оглушает. И тот, первый, стал всего лишь началом долгой и, похоже, очень опасной перестрелки.
Даже думать не хочу, что будет, если Гордея убьют. Сейчас вдруг стала понимать, что этот мужчина – моя спасительная соломинка. Правильно он говорил – без него сдохну.
Новый град выстрелов. Крики.
Мне кажется, тут идет настоящая война.
Пуля пробивает стекло близстоящей машины, и я взвизгиваю. Буквально подпрыгиваю на месте. Это очень страшно.
Меня с ног до головы засыпает осколками, а у меня даже нет возможности посмотреть, не пострадала ли я. Все тело онемело. Стало тяжелым и ватным. Даже если меня поцарапало – все равно не пойму.
Не знаю, сколько времени проходит прежде, чем все прекращается.
Я продолжаю сидеть за машиной, зажимая уши ладонями.