Девочка-лед

Джолос Анна

В памяти всплывает реплика Яна. «Девок выпроводим и начнем». Значит, подобные забавы у них лишь для круга «избранных»?

Дергаю ручку боковой двери. Заперта. Та, что следующая — тоже. Заглядываю в окна, надеясь увидеть кого-то из взрослых. Я абсолютно уверена, что в таких домах всегда есть обслуживающий персонал.

На мою удачу одна из дверей поддается. Юркаю в темное помещение, заставленное оборудованием для сада: вилы, машинка для стрижки газона и прочая утварь. Подсобка, видимо.

Двигаюсь в сторону второй двери. Отворяю ее и оказываюсь в кухне,

которая, как выяснилось позже, соединена с просторным, обеденным залом.

Фыркаю, представляя как Беркут восседает на одном из этих огромных вычурных стульев с высокой спинкой, закладывая ложками в рот черную икру. Прямо стоит перед глазами эта живописная картина.

Вообще, обстановка поражает. Я такие дворцы раньше только по телевизору у бабушки Маши видела. Высоченные потолки, сверкающий белизной даже в полутьме пол, фрески, лепнина, резная мебель. Прямо царские палаты, не иначе!

Когда я выглядываю в коридор, меня поражает невероятных размеров и красоты люстра. Выхожу к центральному, как я понимаю, холлу и рассматриваю ее с открытым ртом. Вот это да.

Вообще, стоит признать, что в этом доме все очень гармонично. Продумано архитектором и дизайнером. Правильно подобранные цвета, интерьер. Мне думается, что родители Беркутова — ценители искусства 18 века. Уж настолько веет от всего этого помпезностью и кричащей роскошью.

Ну и что мне делать?

Бросаюсь опять к левому крылу. Вот очень похоже, что здесь рабочие помещения. Но людей, как назло нет! Ни души! Совсем никого!

В этом гигантском гнезде ненавистной мне «птицы», стоит такая жуткая тишина, что страх и тревога пробирают до костей.

Замираю, остановившись у зеркала. Господи, ну и ну…

На меня смотрит полностью мокрая, полуголая, испуганная донельзя девчонка. Все тело в подтеках цветной краски и грязи. Вздыхаю. Жива, почти цела — уже неплохо. Теперь бы выбраться из этого дома.

Исследую правое крыло. Там расположена шикарная гостиная и библиотека. Просто с ума сойти. Личная библиотека! Теперь понятно, почему этот придурок с небрежной легкостью выдает цитаты классиков на уроках литературы. А я и думала всегда, откуда в его голове такие познания…

Поднимаюсь на второй этаж. Иного варианта просто нет. Не понимаю, что предпринять дальше. Кого искать? Кого просить о помощи? Этот дом словно из фильма ужасов. Такой же неприветливый, холодный и пустой.

Может, мне удастся найти телефон, чтобы позвонить? Да только кому?

Дане, Паше? Бабушке?

Не смеши, Алена… Абрамов ясно дал понять: с полицией все решаемо. Вряд ли они станут слушать девочку, чья семья состоит на учете в соц опеке. У Яна уже и версия готова…

Внезапно я понимаю, что из этой ситуации есть только один выход. Он мне не нравится, но это хоть какой-то шанс попасть сегодня домой к сестре.

Осторожно по очереди заглядываю в комнаты. В одной из них слышу шум воды.

Меня колотит, но я все же захожу и закрываю дверь, прислонившись к ней спиной. Адски страшно, но что еще остается делать?

Осматриваю комнату. Так сразу и не определишь, кому она принадлежит.

Потому что здесь: идеальная чистота, порядок и отсутствие каких-то характерных черт, выдающих хозяина. Обстановка обезличена, но по цветовой гамме и стилю можно предположить, что спальня мужская.

Да я итак с первой секунды поняла чья. Есть одна вещь, которая сразу кричит о том, что это Его комната. Запах. Этот аромат я знаю, как никакой другой. Уж слишком часто имела возможность его почувствовать.

Когда шум воды резко прекращается, я выпрямляюсь, вытягиваясь струной во все свои метр семьдесят три. Нервно сглатываю, стискиваю зубы до хруста.

Дрожащей рукой сжимаю пистолет, как раз в тот момент, когда Беркут выходит из ванной комнаты.

Он в одних спортивных брюках. Босиком. Подходит к окну, взъерошивая белоснежным полотенцем мокрые волосы.

Мне кажется, что сейчас мое сердце стучит как африканский барабан. Громко и надсадно. Вот-вот остановится.

Парень каким-то шестым чувством ощущает мое присутствие. Резко оборачивается, да так и замирает.

Вскидывает бровь.

Молчит несколько секунд, удивленно на меня таращась.

Опускает взгляд на мою руку.

— Лисицына, — в голосе недобрая настороженность, — опусти пистолет…

Глава 11

АЛЕНА

Я только сильнее сжимаю оружие в руках и, сглотнув тугой комок образовавшийся в горле, медленно и уверенно качаю головой.

Да ни за что!

Беркут мрачным взором оценивает мой внешний вид, а затем, небрежно набросив полотенце на плечи, убирает руки в карманы черных, спортивных брюк. Его голый торс и внимательный цепкий взгляд смущают меня весьма некстати. Я вспоминаю о том, как выгляжу в данный момент и отчаянно заливаюсь краской стыда и смущения.

Наплюй ты на это, Лисицына! Только что ты была живой мишенью для его друзей, тебе удалось от них удрать и сейчас цель номер один — попасть домой к Ульяне. Остальное ну вот просто не имеет значения!

— Чем обязан твоему позднему визиту? — спрашивает хмуро.

Честное слово! Будто я постучала к нему в канун Хэллоуина и попросила конфет. Идиот!

— Уж поверь, не с праздником явилась поздравить! — сквозь зубы отвечаю я.

Он делает шаг вперед, и я направляю пистолет повыше.

— Стой, где стоишь! — предупреждаю, закусив внутреннюю сторону щеки, чтобы хоть немного унять дрожь.

— У тебя в руках, Лисицына, — прищурившись, тянет он, — Umarex Beretta. Знаешь, что это?

— Понятия не имею! — отзываюсь глухо. — Но знаю, что это пистолет и что он стреляет!

Парень ухмыляется, и его губ касается хитрая полуулыбка.

— Одна из немногих газобаллонных моделей, которая сочетает в себе имитацию движения затвора боевого пистолета (блоу бэк) и нарезной ствол. Все это весьма приближает реплику к огнестрельному аналогу — автоматическому пистолету Beretta PX4, — спокойно рассказывает мне он.