Девочка Лида

Щепкина-Куперник Татьяна Львовна

Детям было весело думать, что через несколько дней этот самый конвертик с красной сургучной лепешечкой придет к маме и мама сломает лепешечку, сорвет конверт и прочтет все, что они ей написали.

Глава XIII

– Какая досада!
– говорил папа за завтраком.
– Кажется, дождь будет. А я было думал устроить большую прогулку.

– Когда, папа? Куда?
– закидали его вопросами дети.

– Да теперь уже никуда. Видите,

какие тучи нависли.

– Ах, если бы на Воробьевы горы!
– со вздохом сказала Лида.

– Нет, уж видно, придется до другого раза отложить, а сегодня посидеть дома. Пожалуй, и гроза соберется.

Гроза, однако же, не собралась, и к двум часам небо немножко расчистилось. Идти далеко куда-нибудь было уже поздно; папа предложил побродить хоть по парку. Тетя сказала, что у нее голова болит, и тоже согласилась пойти. Взяли на всякий случай зонты и отправились.

– Сегодня Зиночка с Петей, наверное, не придут, дождя побоятся, - заметил Коля.

Не успел он сказать это, как Зиночка, Петя и толстая няня показались на повороте дорожки. Зиночка, увидев новых знакомых, сейчас же повернула, подошла к ним, поклонилась тете и папе и поздоровалась со всеми детьми. Петя тоже раскланялся, как следовало умному мальчику. Он был все в той же затейливой курточке, но смотрел веселее вчерашнего.

– А мы думали, что вы ни за что не придете, - сказал Коля.
– Погода такая...

– Ничего, мы близко живем. Только бы платье не испортилось. Няня с собою зонтик взяла.

– А папа хотел было устроить сегодня большую прогулку, да вот эти тучи противные помешали, - рассказывала Люба.

– Большую прогулку! Куда?
– спросила Зиночка.

– Куда-нибудь подальше, не в парк. А вы любите подальше гулять?

– Очень люблю. Мне парк уже надоел.

– А вы ходите подальше гулять?
– допрашивала Люба.

– Нет, не ходим. Наша гувернантка больна, а няня никуда не хочет идти, - с неудовольствием отвечала Зиночка.

– Папа, позови их с нами гулять. Пригласи, папа, - говорил Коля, дергая за пальто папу.

Папа обратился к Зиночке и сказал, что если ее папа и мама позволят, то он охотно будет брать ее и брата на прогулки вместе со своими детьми.

Зиночка вежливо поблагодарила, и даже Петя казался довольным.

– А вы умеете хорошо ходить, маленькая барышня?
– спросил папа.

– Умею. Мы один раз весь парк обошли.

– Ну, это еще не слишком много. А бегать тоже умеете?

– Тоже умею, - смеясь, отвечала Зиночка.

– А мне что-то не верится.

– Отчего?

– Да так, не верится. Покажите, коли хотите, чтоб я поверил.

– Да как же я одна побегу?

– Зачем одна! Дети, глядите-ка, дорожка какая широкая. Ну-ка, все за руки! Ну, живей! Раз, два, три - марш!

Дети крепко схватились за руки и все впятером пустились

вниз по аллее.

Зиночка семенила, ловко перебирая светлыми башмачками; Лида высоко отбрасывала худые ноги; Коля был "коренником", а по обеим сторонам отставали две "пристяжные" - кругленькая Любочка и толстый Петя.

С верхней дорожки прямо навстречу детям спускался мальчик в красной рубашке, круглой шляпе и высоких, до колен, сапогах. Лида сейчас же узнала смуглого Леву. Рядом с ним на длинной цепочке шел черный лохматый Жук.

Лева встал рано. Ему было дано поручение от старой Марины нарвать щавелю к соусу; нужно было почистить площадку перед балконом и выкупаться, - он едва справился к чаю. Погода между тем испортилась, в воздухе потемнело, и далеко идти не хотелось. Лева сел почитать с мамой. В двенадцать часов Марина позвала кушать; соус к обеду вышел отличный. После обеда Лева с Жуком долго лежали на диванчике и наконец порешили идти рыбу удить. Бабочек без солнца никаких не было, а рыба перед дождем, в серенькую погодку, отлично клюет.

– Стойте, стойте! Не могу больше!
– говорила, совсем запыхавшись, Зиночка. Люба и Петя давно уже отстали и догоняли остальных.

– Стоп, машина!
– сказал Коля и остановил своих разбежавшихся "пристяжных".

В эту самую минуту Лева с Жуком спустились с дорожки как раз напротив детей.

– А, Лида!.. Здравствуй!
– радостно сказал Лева.
– Куда ты это так бежишь?

– Здравствуй!
– могла только выговорить запыхавшаяся Лида и весело подала руку.

– Погляди, вот мой Жук. Видишь, какой? Жук, смирно!
– говорил Лев, представляя своего любимца.
– А это твои братья и сестры?
– спросил он, глядя на детей.

– Да, только не все. Вот это - Коля, мой брат, а вот Люба...

Лида вдруг смолкла. На дорожке послышался голос тети. Голос этот разом напомнил ей что-то, от чего она вдруг побледнела. Ведь тетя не велела знакомиться ни с кем без ее позволения. Как же она теперь увидит Леву?.. Лида поглядела вокруг себя: у детей были удивленные лица; Лева ждал окончания церемонии; за спиной подошли и стали папа и тетя, и Лида представляла, какие глаза должны были быть у тети, когда она отвечала на вежливый поклон Левы.

Наконец Коля прервал общее молчание и на минуту выручил Лиду. Еще с деревни Коля был большой охотник до рыбной ловли; он отлично знал дело, умел выждать рыбу, не торопился и не опаздывал вытаскивать удочки и часто приносил Аннушке карасей к обеду. Но все это бывало в деревне, теперь же, на даче, ему еще ни разу не удалось поудить: тетя боялась отпустить его одного, а пойти было не с кем.

– Что это у вас такое?
– спросил Коля, показывая на перекинутую через плечо у Левы веревочную сетку с узким горлышком, натянутым на камышовый кружок.