Девочка-лиса
Шрифт:
– Они вообще не общались напрямую, – говорит Бернард. – Все было улажено через адвокатов и аудиторов. Библиотека только послала Мари-Луиз букет с открыткой.
Эйр начинает барабанить пальцами по столу.
– Судден, – произносит Санна с улыбкой, когда дверь вдруг распахивается и на пороге появляется мужчина в вязаном исландском свитере. Свитер кажется почти нарисованным поверх его мускулистых рук. Густые седые волосы небрежно зачесаны назад. Во всем его облике чувствуется какая-то усталость и в то же время пленительный шарм. У него огромные
Судден кладет на стол перед ними фотографию. На ней нож в пакете для вещдоков. Широкое лезвие из нержавеющей стали вдоль обуха густо измазано кровью.
– Ты была права, Санна, – произносит он. – Преступник вышел через заднюю дверь. Вот это лежало под живой изгородью между их садом и соседским.
Санна светится от радости.
– Сколько времени займет экспертиза?
– Надеюсь, не больше пары дней.
– Знаешь, что это за нож? Что можешь о нем сказать?
– Охотничий нож. Нержавеющая сталь. Ручка деревянная.
– Модель? Марка? Можем проверить по магазинам.
– Магазины вам не помогут. Тем более что он не новый. Я бы предположил, что ему лет пятнадцать-двадцать, если не больше.
Эйр рассматривает фотографию. Под подтеками крови она различает какой-то черно-зеленый налет.
– Так ты и есть новый Бернард? – Судден с улыбкой протягивает ей руку.
– Эйр Педерсен, – отвечает она, не поднимая на него глаза. – А это что?
Эйр указывает на фото.
– Водоросли, я так думаю, – отвечает Судден. – Посмотрим, какой ответ даст экспертиза, но подозреваю, что он долго хранился на улице, прежде чем им воспользовались.
– Если это водоросли, значит, преступник держал его где-то рядом с морем?
– На этом острове все рядом с морем, – отвечает Судден с улыбкой.
Бернард берет фотографию и закрепляет ее на доске под фотографией Мари-Луиз Рооз.
– А больше хороших новостей у меня нет, – добавляет Судден. – Мои ребята собрали отпечатки, образцы тканей и волоски. Но по большей части там все загрязнено. Совершенно непригодно для экспертизы.
– Это мы слышали, – говорит Санна. – Мы столкнулись с одним из твоих ребят, когда прибыли на место.
– Но должно же там быть хоть что-то полезное? – спрашивает Эйр. – Даже если соседка везде потопталась.
– Увы. Мы нашли только ее следы, да еще супругов Рооз. Все остальное было испорчено.
– Черт, – произносит Эйр.
На лице Санны написаны разочарование и досада.
– Санна, ты меня знаешь, – серьезно добавляет Судден. – Ты знаешь, что обычно я такого не говорю. Но на этот раз у меня такое чувство, что вам попался призрак.
Он делает паузу.
– Вы не думали запросить помощь с материка, из Национального отдела расследований?
– Да, но никто из НОР
– Нам на хрен не надо никакого НОР, – внезапно взрывается Эйр. Тот знакомый Экена как раз и отправил ее на этот остров, уж она-то знает.
Санна и Судден пристально смотрят на нее, удивленные такой реакцией.
– Знаете что, – произносит Судден, посмотрев на часы, – мне пора идти. Я дам знать, как только мы узнаем что-то про нож.
Санна идет с ним к двери и внезапно замечает, что у него что-то прилипло к подошве.
– Подожди-ка, – произносит она и наступает на торчащий край того, что оказывается оберткой от конфеты с красной физиономией клоуна. Она подбирает обертку, чтобы выкинуть ее.
– Хорошо, я сам не заметил, – шутит Судден. – Терпеть не могу клоунов.
– Я помню эти карамельки, – проговаривает Санна. – У Эрика никогда не получалось управляться с этой клешней…
Она обрывает себя на полуслове и смотрит на Суддена:
– Но те игровые автоматы уже несколько лет как не работают?
– Какие? – спрашивает Эйр. – О чем вы?
– В парке аттракционов у скалы. Конфета оттуда. Только он уже несколько лет как закрылся.
– На меня не смотри, – говорит Судден. – Я не из тех, у кого пульс зашкаливает при виде комнаты страха и все такое.
– Когда ты их в последний раз надевал, туфли эти?
Судден задумывается ненадолго.
– Дай-ка подумать… У Роозов на мне были мои обычные рабочие ботинки, а потом…
– Но ты ездил обратно к Роозам, чтобы осмотреть живую изгородь? После первого визита?
– Да.
– И в тот раз на тебе были эти туфли? Не рабочие ботинки?
– Да…
– Хорошо, хорошо, – произносит Санна. – А после этого где ты был?
– Нигде.
Санна достает мобильный. Она звонит диспетчеру и спокойным голосом сообщает, что ей понадобится подкрепление у скалы.
– Да что вы делаете-то? – спрашивает Эйр.
– Заброшенный парк аттракционов – это же идеальное укрытие.
Эйр криво усмехается.
– Вы думаете, что преступник…
– Пришел оттуда, – обрывает ее Санна. – Я думаю, что он пришел из закрытого парка развлечений.
Въезд в парк аттракционов преграждают железные ворота. На проржавевшей вывеске нарисованы двое детей, которые держатся за руки. Под вывеской громоздкий навесной замок, а от ворот в обе стороны тянется высокая ограда, вдоль которой поверху натянута колючая проволока.
– И что теперь будем делать? – интересуется Эйр.
Санна ждет, пока Йон, Бернард и остальные припаркуются и подойдут к воротам. Ограда очень старая. Ни у кого с собой нет никаких инструментов, но Бернард звонит какому-то смотрителю, который может им открыть. Санна берется за ограду и пытается потрясти, но ограда крепкая. Она вытирает руку о штаны, на них остается коричневое маслянистое пятно ржавчины и грязи.