Девочка-маскара

Гронская Ольга

Только спустя несколько минут я позволила себе оглядеться. В комнате была дверь на улицу. Мне хотелось поскорее воспользоваться ею, потому что то, что я увидела, было по меньшей мере странным. Здесь был и шест для стриптиза, и джакузи, и огромная кровать. Рядом с ней, прямо на тумбочке лежала пачка презервативов, на покрывале пустая упаковка одного из них. Я даже почувствовала мерзкий клубничный запах силикона.

Вылетела на улицу. Глубоко вдохнула. Извращенец, подонок, сумасшедший! Оттуда где я

стояла были видны ворота. Открыты. Но я все время забывала, что это МНЕ нужно быть тут.

– Ку-ку! – Беляев выглядывал из окна второго этажа. Он улыбнулся и посмотрел на ворота. – Поднимись.

Я направилась в комнату, где ночевала. Вошла. Он сидел на кровати с моим планшетом в руках.

– Я ведь тебя не держу, ты же в курсе? Ты свободна и можешь делать что хочешь. Например, уйти в любой момент. Понимаешь?

– Держите. Не физически, но морально. Я здесь не потому, что хочу этого…

– Нравится тебе? – он развернул планшет, на экране которого улыбался Гастон. – Любишь сказки?

Как же давно это было. Ключи соседке, чемоданы в багажник. Словно в прошлой жизни, две тысячи лет назад.

Я промолчала. Стояла в дверях, сжимая книгу. Беляев встал с кровати, медленно пошел ко мне. Немного улыбнулся. Взял за руку, взглянул на обложку.

– Таис… Не плохо, тебе пойдет.

– Пойдет что?

– Таис Афиснская, – так называлась моя книга. – Теперь тебя будут звать так. Любимая гетера Александра Макидонского, между прочим. Знаешь кто такие гетеры?

– Куртизанки. И я не такая!

– Ц… – он снисходительно улыбнулся. – Это самые образованные и красивые женщины. Их обучали литературе, музыке, философии и политике. Они могли вести беседы на любые темы. И мне жаль, что ты не такая. Я думал, как раз наоборот, Таис… – он облизнул губы и на мгновение застыл, глядя в глаза, – Кстати, я нашел кое-что интересное в твоих вещах.

– Вы лазили в моих вещах?

– Ну ты же в моих лазила, – я хотела возразить, но он поднял вверх ладонь, заставляя умолкнуть. – Посмотри, – развернул шелестящую бумагу и достал два квадратика ткани. – Не ожидал от тебя.

Я подбежала и спрятала дурацкий купальник в пеструю бумажку.

– Примерь-ка.

– Что? – нет, ни за что!!!

Я ведь не думала, что придется… Надеялась, что повод надеть бикини все-таки будет и, возможно, я даже ждала мужских взглядов… Но не так, не наедине с самым пошлым человеком на свете!

– Вот это, – он протянул мне черную коробку.

– Что это?

– Надевай.

Я медленно подняла крышку. Внутри лежало черное кружевное боди и маска, как у женщины кошки.

– Нет… я … я не буду…

– Не нравится? Никогда такого не носила? – он вскинул брови. Я замотала головой. Кружево стекало по пальцам. Тончайшее, очень нежное. Наверняка стоило целое

состояние.

– Зачем надевать?

– Хочу придать тебе товарный вид.

– Я не товар…

– Надевай, я сказал, – резко произнес он.

– Вы прямо сейчас меня продадите? Кому? Меня увезут? Надолго?

Я забегала из угла в угол, нервы натянулись как струна, затошнило.

– Не паникуй, просто посмотрю. Давай уже…

Он развалился на кровати, подложил под спину подушку, поправил волосы.

– Что значит продать девушку? Она становится узником, без прошлого и надежд?

– Мое терпение на пределе.

– Прошу вас…

– Таиссс… если ты сейчас же не наденешь на себя эту тряпку, клянусь богом, я отдам тебя охране, которую ты видела во дворе дома.

Я выдохнула и направилась в ванную. Но Беляев тихо промычал «у-у».

– Вы отвернетесь?

Я уже успела выучить его манеры. Потемневший взгляд из-под сведенных бровей говорил, что я исчерпала лимит терпения и мне не стоило спорить. Одно лишние слово, и я снова повисну в воздухе, как щенок.

Я села на край кровати, спиной к нему. Сперва стянула шорты. Затем футболку. Помяла кружево в руках.

– Почему остановилась? Если боишься, я тебя успокою, это произойдет не сегодня… – он усмехнулся.

Меня это и правда успокоило. Я стянула трусы, стараясь при этом не вставать с кровати и не показывать ему свои обнаженные ягодицы. Сразу же натянула боди. Скинула лиф и спрятала грудь в полупрозрачном кружеве. Размер был подходящим. Я бы сказала идеальным. Маска пахла лакированной кожей.

– Повернись.

Слюна стала вязкой, и я не смогла сглотнуть. Поперхнулась, закашлялась. Мельком глянула на Беляева. Высокомерный взгляд с неприкрытой скукой унижал, кромсали гордость на мелкие кусочки. Его идеальное лицо выглядело настолько надменным, что я почувствовала себя дворовой шлюхой! Но разве это мне должно было быть стыдно! Беляев долго и, к моему облегчению, неподвижно смотрел. Затем навел на меня мобильник, и я услышала звук фотоаппарата. Я вдруг вспомнила альбом, который он рассматривал в день моего приезда сюда. Как продуктовый каталог на кассе Пятерочки, пролистал и выбрал подходящий товар, поди еще и скидки на рождество были.

– Прежде чем мы продолжим, произнеси вслух: «что тебе показать, Ангел?».

– Что?

– Ни «что», а «что те-бе по-ка-зать, Ангел?», – отчеканил он по слогам. – Скажи это.

– Я не понимаю… продолжим что?

– Я жду.

– Пожалуйста…

– Я ска-зал, про-из-не-си слова, – проговорил он медленно.

– «Что… что тебе показать?».

– … ангел…

– «Что тебе показать, Ангел?».

Нет… это сон, все это просто дурной сон! Реальность такого не вынесла бы!