Девочка моего брата
Шрифт:
Распахиваю глаза, когда машина резко тормозит, и я чуть не утыкаюсь со всей силы в сиденье носом.
— Черт! — вырывается изо рта, и я выставляю руки перед собой в запоздалой попытке смягчить удар.
— Блядские черные коты! Ты посмотри, что творят?! Под колеса прямо так и бросаются… Ну-ка брысь отсюда! — выкрикивает в открытое окно водитель, а я наконец-то делаю шумный выдох-вдох.
Оказывается, я задремала немного, и уже через пару домов будет мой.
— Дальше не нужно ехать, я выйду здесь, — протягиваю водителю деньги и
— Всего хорошего, дамочка, — салютует мне мужчина, и авто трогается с места, а я неспешным шагом, шурша мелкой щебенкой под подошвами, шагаю домой.
Завтра нужно бы о многом подумать. Сейчас же нужно постараться успокоиться. С Ильей нам предстоит жить в одном городе, а это значит, нужно прийти к общему знаменателю. А он лишь один: ради здорового общения между нашими семьями нам с ним придется зарыть этот чертов «топор войны» в землю.
Иначе…
Я нажимаю на ручку калитки и открываю дверь. Дом… как же хорошо дома. Родные стены… это моя крепость.
— Долго же, однако, тебя пришлось ждать, — прорезает ночной воздух голос Ильи, и мое сердце пропускает удар.
Вглядываюсь перед собой в темноту и замечаю, как темный силуэт парня отрывается от угла дома и делает шаг ко мне.
— Не подходи, — пискнула я.
От переизбытка эмоций мой голос пропал, а вот инстинкты самосохранения обострились до предела, и я пулей кинулась к крыльцу.
Глава 7
Я перехватил сучку как раз в тот момент, когда она ступила на порог.
— Это все бесполезно, Даня. От меня не убежишь. Ты же это понимаешь, — разворачиваю ее к себе, и меня будто молнией прошибает. Ее взгляд заставляет сердце бухаться о ребра с такой частотой, что больно становится за грудиной. — Даня?!
Но девушка тут же опускает взгляд и упирается в мою грудь кулачками.
— Отпусти, — шепчет она, пытаясь отстраниться.
— Я просто хочу поговорить, — стараясь справиться со своими эмоциями, отвечаю ей.
— Илья, — она громко сглатывает, и я в тусклом свете ночи вижу, как хаотично пульсирует венка на ее шее и дрожат ресницы, — поверь, сейчас не время. И… я хотела извиниться за то, что произошло возле клуба и в клубе.
— Если только поцелуешь меня… — перебиваю ее.
Черт! Зачем я это сказал? Это не я, это все гребаная фантазия, которая семимильными шагами бежит впереди меня.
— Илья! — возмущенно лопочет Даня, и я, не глядя, чувствую, как ее щеки вспыхивают румянцем.
Где-то в глубине души понимаю, что зря я начинаю ворошить прошлое, ведь Даня мать моего племянника… хоть выжигай эти слова у себя на сердце, чтобы помнить об этом постоянно.
— Но ты же именно этого хотела от меня, не так ли?
Я схожу с ума? Почему мой рот говорит совсем противоположное тому, что диктует рассудок?
— Когда я этого хотела, Илья, ты отверг меня, а сейчас я этого не хоч…
Я не дал ей договорить. Силой сломив преграду в виде
Спустя уже несколько секунд мой член готов был перейти на другой уровень сближения, о чем сигнализировала нарастающая пульсация в основании ствола. Скользя ладонями по спине Дани, я остановился там, где значилась граница дозволенного, и, долго не раздумывая над тем, что можно, а чего нельзя, сжал ее задницу и впечатал своей возбужденный орган в ее пах.
— Черт! — выдохнула Даня мне в губы и вцепилась ногтями в лопатки.
— Хочу тебя, Даня! Прямо здесь и прямо сейчас, — я качнул бедрами вперед так, чтобы у девушки и сомнений не осталось в моих намерениях.
Короткий выдох, сорвавшийся с губ девушки, сказал все за нее. Она меня хочет так же сильно, как и я ее. Вот только всеми возможными способами пытается скрыть от меня это. Возможно, Даня делает правильно, что отгораживается от меня. Ведь это та граница, которую мы не должны переступать.
— Я потом буду жалеть об этом, — чуть слышно говорит девушка, и эти слова действуют на меня так же отрезвляюще, как если бы она мне дала пощечину.
Я медленно, очень медленно разжимаю пальцы и отпускаю ее. В памяти делаю заметку, что Даня сама не спешит от меня отходить. Она продолжает так же стоять на месте, вплотную ко мне, вот только во взгляде ее больше не вижу того дикого блеска желания. А может, мне показалось? Возможно, я придумал себе все? Может, это все алкоголь, которого Даня выпила, как я понял, немало?
— Не надо жалеть, Лика, — это ее второе имя резануло слух, будто металлический скрежет железа о железо, но я сам хотел стереть тот момент интимности, который всегда присутствовал между нами, когда я называл девушку Даней (ведь так называл ее только я), — этого больше не повторится.
Лицо девушки скривилось, как будто она съела кусочек лимона. И развернувшись ко мне спиной, не сказав ни слова, скрылась за входной дверью.
Придурок!
Я постоял еще пару секунд, созерцая черноту полотна, а потом пошел прочь от этого дома. От Дани. И от чертового соблазна трахнуть эту девчонку прямо сейчас.
Когда я оказался в машине, то так и не смог включить зажигание, чтобы уехать. Откинув спинку кресла, я продолжал стоять на месте рядом с домом Дани. В голове был полный бардак. Я не знал, что делать. Как дальше вести себя с ней? То, что я ее хочу до боли в паху, только дурак не смог бы признать, но я не дурак. Я просто больше не желал испытывать ту боль, которую однажды уже испытал и пережил.
Сделав глубокий выдох, я решил для себя одно: пока Даня живет в моем городе и пока мой племянник находится рядом с ней, я не позволю ни одному козлу приблизиться к ним ни на шаг. Даже такому козлу, как я.