Девочка моего брата
Шрифт:
У меня будто в мозгах переклинило, и я, не осознавая, как мне после будет плохо и чем это все может закончиться, закрыла глаза, приоткрыла губы и позволила Илье углубить поцелуй.
Но когда руки Ильи вдруг сжали мои ягодицы, я как будто очнулась от наваждения.
Что же ты, глупая, делаешь? Ведь это же Илья… Один раз отказавшись от меня, он может сделать это вновь…
Я просунула руки между нами и, собрав все свое самообладание, оттолкнула парня от себя.
— Тебе лучше уйти, — тяжело дыша, я мелкими глотками ловлю воздух, — пусти.
Илья
— Прости, — охрипшим голосом выдыхает он, — этого не должно было произойти.
— Ты больше не приходи сюда, — говорю быстро, как будто боясь, что если пущу в грудь обиду, которая возникла при его словах, то расплачусь прямо здесь, стоя на ступеньках. — Я подумаю по поводу твоих родителей, но пока я не дам свой ответ, тебе лучше ни о чем им не говорить.
Я закрыла за собой дверь прежде, чем Илья что-то мне смог ответить. Прижав к груди дурацкий пакет, я сползла по стене и, спрятав лицо в ладонях, не смогла сдержать судорожный всхлип. Обида затопила меня, словно пустой сосуд, тягучей горечью, которая, прокладывая путь наружу, жгла горло и глаза своим едким запахом разочарования.
Беззвучно рыдая, я потеряла счет времени. И только настырное облизывание моих щиколоток мокрым языком привело меня в чувство. Я поняла, что сижу в коридоре уже достаточно долго, так как задница онемела то ли от холода, то ли от того, что затекли мышцы.
— Эй, — шмыгнула я носом и потрепала щенка за ушко, — ты что делаешь?
Перевалившись с одной половинки на другую и обратно разгоняя кровь, через несколько таких повторений встала на ноги.
Черт! Ощутила, как внутри что-то бухнуло из груди в желудок, и следом пустота заполнила все пространство внутри. Все как всегда. Только ярким огоньком там светился мой сын. Только он был для меня маяком в этой пустоте, не покидающей меня с того самого дня, когда Илья сказал, что Егор разбился на мотоцикле.
Шаркая тапочками по полу, я зашла на кухню. Налила молока Пупсеню и воды себе, залпом выпила, запивая горькую таблетку успокоительного.
Господи, надеюсь, больше такого не повторится. Иначе я так долго не протяну. А это не входило в мои планы. Уезжая от тети Лары, я приняла решение остаться дома навсегда. Именно поэтому я и не продала дом, это единственное, что у меня осталось от моих родителей, и я буду бороться за возможность остаться здесь, даже если моим противником будет… Илья.
— Мам, мам, ма-а-а-а-а-ма-а-а… вставай! Пупсень наложил кучку прямо посередине кухни!
— Малыш, — я, приоткрыв один глаз, осматриваю обстановку вокруг себя и понимаю, что уже светло за окном.
Время вставать, но все же несмотря на это натягиваю на голову одеяло в попытке урвать еще пару минут желанного сна.
— Вставай, мама, — толкают меня в плечо ручонки сынишки, — там так воняет… фу…
Эх… не удалось мне обмануться призрачной надеждой на сон. Откидываю одеяло и хватаю Марика подмышки, подминаю под себя
— А-ха-ха-а-а-а-ха! — разносится звонкий смех сынишки по дому. — Хватит, хватит.
— Ладно, уговорил, — перекатываюсь вместе с Мариком на край кровати и, не отпуская его, встаю на холодный пол, — пошли, посмотрим на утренний «сюрприз» от Пупсеня.
— О, май гаш… — выдыхаю и зажимаю нос пальцами, стоило только переступить порог кухни, — что за дерьмо…
— Это дерьмо? — тут же подхватывает Марик.
— Тс-с-с-с, так могут говорить только взрослые. Это взрослые слова, понял?
Сынишка активно закивал.
— Давай, малыш, тащи сюда это чудовище… будем его учить не гадить где попало…
Следующий час ушел на то, чтобы вымыть до скрипа и нормального запаха пол на кухне, а также на то, чтобы отругать волосатое чудовище и выставить его за дверь. Если бы не мелкий возраст, с сегодняшнего дня он бы точно жил в будке.
— Мам, а мы Пупсеня пустим на ночь домой? — активно пережевывая овсяную кашу, интересует Марик, пока я пью обжигающий чай.
— Мгу… — мычу в ответ, — …мы его пустим намного раньше, Марк, как только я приеду с работы.
— Я поеду с тобой?
— А как же, тебе в прошлый раз понравилось с Ириной играть?
— Да, она веселая…
— Тогда доедай кашу, а я пойду отгорожу для Пупсеня местечко, где он посидит, пока нас не будет.
— Марта, твое знание английского достойно похвалы, — говорю девчонке приятные слова, так как она действительно прекрасно владеет языком.
— Спасибо, Лика… ой! Данилика Вячеславовна, — смущаясь, краснеет Марта. — Я сейчас сбегаю за Марком.
— Спасибо, — отвечаю девчонке и бросаю беглый взгляд на часы.
Нужно бы поторопиться, иначе есть большая вероятность того, что мне придется столкнуться с Романом. А мне этого ой как не хотелось бы…
— О, какие люди да без охраны, — сарказм в голосе парня просто перевалилвает за отметку в сто баллов.
Я напряглась всем телом, когда почувствовала Романа прямо за своей спиной. Мне даже отступить некуда, так как прямо передо мной огромный дубовый стол. Поэтому я продолжила создавать видимость того, что присутствие парня меня совсем никак не заботит.
— А можно я на сегодня буду вашим охранником, учительница Лика? — он облокотился задницей о столешницу сбоку меня, и я выдохнула с облегчением.
Я терпеть не могу, когда нарушают мое личное пространство, а тем более, блокируют со спины.
— Нет, — сухо ответила ему, складывая в сумку учебные пособия.
— Блин! Лик, вот я не могу понять, чем я тебе не угодил? — парень двигается ко мне ближе, а я делаю шаг в сторону, увеличивая расстояние между нами.
— Роман, я уже высказала тебе свою позицию, — отрываю взгляд от стола и перевожу его прямо на парня, — ты не в моем вкусе. И пойми… ты еще слишком молод, а у меня есть ребенок… Ты понимаешь, о чем я?