Девочка по имени Аме
Шрифт:
– За что мне это наказание, Великая Богиня? Чем я тебя прогневал так?
Великая Богиня молчала, а Хорхе думал о том, ситуация снова вышла из-под контроля, как это всегда бывает с Данте. Теперь, главное, чтобы его отпрыск не решил, что находится в долгу перед Кимэем. Это может стать большой проблемой.
– Ты должен был сдохнуть, Курадо. Сорок три года назад ты должен был сдохнуть!
____________________ .
Глава 11: Разоблачение
Аннотация:
Прошлое
____________________
9 день месяца Змеи 491 год Одиннадцатого исхода
Цукуси, Академия Воинов-Теней Аши,
лазарет
Данте медленно просыпался. Первая, застрявшая в прошлом часть его сознания кричала, чтобы он делал это быстрее, потому что ему нужно защитить человека; а вторая, вполне трезвая и адекватная, - успокаивающе приговаривала, что все прошло и все закончилось, волноваться не о чем. Данте, ввиду своей клятвы, поддался бы первой, но вдруг обнаружил, что не может двинуться, вот и пришлось успокоиться и послушать другую часть своего сознания. Только вот расслабиться не получалось. Казалось, что его тело - это тугой жгут, который выкручивает немилосердным образом.
Вскоре Удзумэ смог различать звуки. Здесь было тихо. Но не так, как при том ужасающем щите, который поставил Хорхе, а по-другому. Именно такая тишина царила днем в каком-нибудь спокойном месте. Данте понял, что сделал правильный выбор, успокоившись. Здесь не было опасности.
Спустя минуту, а может всего несколько мгновений - сложно было следить в таком состоянии за течением времени - послышались чьи-то легкие шаги. Вначале неясно, туманно, а потом все четче и четче стало ощущаться приближение Хорхе.
– Он уже должен очнуться, - произнес знакомый голос давешнего ками, которому Данте имел смелость изливать душу после происшествия в большом зале.
– И почему я тебе не доверяю? Не знаешь?
– по тону родителя сразу становилось понятно, что он раздражен, причем раздражен уже давно.
– Хорхе, Кимэй знает свое дело. Ты думаешь, я просто так его назначил главой медицинского отдела?
– а этот мягкий, слегка укоряющий голос мог принадлежать только одному ками в Поднебесной - ректору Академии.
– Возможно.
– Мне понятны твои волнения насчет ребенка. С ним все будет в порядке, я вовремя его отыскал.
Хорхе усмехнулся. Данте попытался открыть глаза, чтобы посмотреть на происходящее, но у него ничего не получилось. Все вокруг было залито каким-то ярким, нестерпимым желтым светом. Он охнул
– М-м? Все же очнулся?
– спросил удивленно родитель.
– Данте?
Удзумэ попытался что-то прохрипеть. Пока не вышло даже этого. Хорхе приблизился - это ощущалось так сильно, что Данте невольно зажмурился и скривился.
– Может, снимете уже с него ти-но кей?* (прим.автора: ти-но кей - заклинания Сейкатсу Земли, используются для лечения) - потребовал Хорхе.
– От них сейчас больше вреда, чем пользы.
– Разумеется, уже можно, - согласился Кимэй и прошелестел шелком рядом с Данте. Удзумэ понятия не имел, что тот сделал, но вдруг пришло ощущение легкости, будто на него все это время давили тяжелой каменной плитой, а теперь ее забрали. Ощущение жгута тоже ушло вникуда.
– Хватит халтурить, открывай глаза, - безжалостно произнес родитель.
Данте опасливо приоткрыл один глаз, боясь света, но него не было. Впрочем, за него мог сойти Хорхе со своими яркими блестящими волосами, который склонился над ним, скрестив руки на груди. Он старался смотреть насмешливо и раздраженно, но все равно казался встревоженным.
– Что случилось? Где… - произнес он тихо, но был прерван Хорхе.
– Ты в лазарете, и все кончилось. Так что забудь о случившемся, как о страшном сне. Ничего не произошло.
Данте только нахмурился, пытаясь возразить, но натолкнулся на строгий взгляд куратора. Здраво рассудив, что тягаться с ним сейчас он просто не может, Удзумэ покорно кивнул. Родитель, кажется, заподозрил в этой покорности какой-то подвох и сощурился, но все же промолчал.
– Пока рано забывать. У меня еще есть к Амэ-но-удзумэ-но микото несколько вопросов насчет произошедшего, - Рихард встал рядом с куратором. Сейчас он находился в форме Воинов-Теней Аши, но поверх была накинута белая накидка, которая свидетельствовала о том, что он является главой Академии. Он сложил руки на груди. Данте обратил внимание, что руки у него выглядели человеческими. Так кто же такой Рихард?
– Я не думаю, что ты узнаешь что-то новое, - закатил глаза Хорхе.
– Это формальность, Амацукумэ, - произнес он мягко, выделяя имя души своего сына. Тот едва брезгливо плечами не передернул.
– Или ты хочешь, чтобы с ним разговаривал Гор?
– Мне все равно, - ответил Хорхе, разрешая кивком задавать вопросы своему сыну.
Ректор подошел еще ближе.
– Данте, давай, я помогу тебе сесть. Ты еще слаб, - Рихард поправил подушку и помог приподняться. И все это под зорким, внимательным взглядом Хорхе.
– А что произошло, после того как… - Данте запнулся, почему-то опасаясь спрашивать про Акито.
– Наверное, это мы должны были спросить, - Рихард опустился на колченогий стульчик, который стоял рядом с койкой.
– Перед тем, как ты закрыл собой Акито, что ты почувствовал?