Девочка по имени Аме
Шрифт:
Амэ понял, что дальнейшие возражения ни к чему не приведут, и поэтому замолк, и принялся покорно слушать. Вивиан съела кусочек курицы - ела она исключительно мясо, а остальное досталось Амэ, медленно прожевала и начала:
– Вначале существовал только поток Великой Сейкатсу, а потом он разделился на землю и небо, и в этот мир пришли двое: Идзанаги и Идзанами, брат и сестра, Боги, которые были настолько могучи, что могли путешествовать между мирами. Никто не знает, что побудило их явиться в наш еще нерожденный мир. Но именно они создали моря и океаны, они придали очертания материку Поднебесной и другим, они создали острова, и заселили землю и океаны различными растениями и животными. А потом Идзанаги и Идзанами привели сюда людей.
Так решили создать йокаев. Нашим отцом был Сусаноо. Именно он вызвался создать для людей идеального врага. Он пошел в лес, взял ворона, лисицу, собаку и енота. И сделал из них сильных монстров, которые питались мясом и только мясом. Наделил их магией и выпустил в Поднебесную. Но Сусаноо сделал своих детей слишком сильными. Люди гибли, йокаи размножались. Да, Цукиеми оказался прав, люди забыли о конфликтах друг с другом, но и с йокаями они справиться не могли. И вскоре оказались под угрозой исчезновения.
Сусаноо говорил, что знает, как справиться с йокаями, но Аматэрасу не верила. Она была слишком расстроена тем, что происходило. Поэтому выгнала из своего дома Сусаноо и надолго заперлась у себя в покоях. За это время Бог Морей понял, как ограничить ярость и жажду, и сделал это, но было поздно. Аматэрасу создала ками.
Вивиан замолчала и отпила из своего стакана, чтобы промочить горло. Амэ сидел на полу, подобрав ноги, укрыв их грубой тканью юкаты, и зачарованно слушал. Ему казалось, что он перенесся на много-много лет назад, и является свидетелем произошедшего. Его воспаленный от усталости и ночи без сна мозг рождал картины, и как наяву он видел Идзанами и Идзанаги, сильных и гордых, но с нечеловеческой печалью в бездонных глазах. Он видел плачущую Аматэрасу по погибшим людям, и растерянный, слегка виноватый взгляд Сусаноо, и красноглазого Цукиеми, скорбно склонившего голову. Амэ казалось, что он в далеком прошлом.
– Аматэрасу так боялась повторения истории с йокаями, что дала своим детям Основной Инстинкт. Это - любой ценой защищать людей от йокаев, - продолжила Вивиан.
– Секрет этого инстинкта таится в рождении ками. Видишь ли, ками - это те же йокаи, но сердце у них человеческое. Как оказалось, людская душа находится в постоянном движении и развитии. Всего восемь ступеней. На первых ступенях душа человека по-настоящему жалка, она не может обеспечить тело ни умом, ни сообразительностью, ни талантами. Слабоумные и блаженные - это пример таких людей. Но потом, с каждой жизнью, душа развивается. И уже на восьмой, на последней, она достигает своего цвета, и становится почти неуязвимой для Сейкатсу. Да, Амэ, все, у кого восьмая жизнь - это воины Аши… - она на некоторое время замолчала, давая время переварить информацию, а затем продолжила.
– Йокаев обвиняют в том, что они убивают людей, а ками же,
Амэ от этой новости выпучил глаза, а Вивиан грустно смотрела на него. Грустно и как-то участливо, будто понимая, какие чувства он сейчас испытывает. Образ прекрасных ками, чистый, незамутненный и благородный, сейчас давал трещины. И это было очень больно, потому что Амэ чувствовал, что ему снова лгали. Жизнь есть ложь, не правда ли?
– Это долгий и сложный процесс, - вновь заговорила Вивиан, - Я не стану тебе его сейчас объяснять. Но ками является таковым только благодаря человеческому сердцу, и если отнять его, то он неизменно превращается в йокая.
И тут Вивиан замолчала, и стала напряженно вслушиваться в звуки гостиницы. Амэ непонимающе захлопал глазами, открыл было рот, чтобы задать вопрос, но девушка шикнула на него. Юноша тоже решил прислушаться, но ничего особенного не почуял. Даже тени были спокойны и ленивы - за окном начинался очередной знойный летний день. Тихо ржали лошади. Несколько мужчин во дворе переговаривались, заливисто смеялись дети. На кухне гремели посудой. Все спокойно, не о чем беспокоиться, но ушки Вивиан беспокойно шевелились, будто ими она старалась уловить то, что Амэ казалось совершенно недоступным.
– Нас обнаружили!
– вскочила она на ноги и схватила Амэ.
– Уходим!
Не ожидавший такого, уставший и сытый юноша, упал на пол и задергался, точно жук, опрокинутый на спину. Перед тем, как в коридоре раздались шаги, и распахнулись фусума, являя на пороге троих, Амэ успел перевернуться на четвереньки. Когда он задрал голову, раздраженно ей тряся - длинные незаплетенные волосы упали на глаза и закрыли весь обзор, он встретился с взглядом уже знакомого Принца, и замер. Йокай приподнял бровь, будто удивился происходящему.
– Что здесь происходит?
– спросил он и повернулся к Вивиан.
Вивиан стояла немного поодаль, опустив голову и сложив руки в замок. Ее плечики поникли, а тело выдавало напряжение. Поднять глаза на нежданного визитера она не смела.
– Мой Принц… - произнесла она слабым голосом. В нем угадывалась дрожь, а еще страх.
Амэ, чувствуя себя неповоротливым и неуклюжим, поднялся на ноги и выпрямился. Волосы с глаз убрал, но знал, что сейчас они на редкость растрепаны. Только приводить их в порядок времени не было.
– Я велел тебе привести его ко мне!
– удивительные глаза Принца полыхнули яростью. Амэ сглотнул, собирая осколки своей воли, и нацепил на лицо улыбку.
– Меня не так уж легко привести куда-то, - произнес он.
– А ваша Вивиан вовсе не способна со мной справиться.
Принц покосился на Амэ, и юноша в ответ вздернул подбородок. Движение было молниеносным, и совсем не заметным для человеческого глаза. Щеку вдруг обожгло болью, удар сбил с ног. Амэ закашлялся и кровь, хлынувшая из разбитой губы, перемешанная со слюной, уродливыми бурыми пятнами, закапала на пол. Юноша утер рот рукавом, размазывая кровь по лицу, и медленно поднялся. Его не в первый раз били, и не последний, а у Амако тяжелая рука.
Принц стоял там же, где видел его Амэ в последний раз. Казалось, он не сдвинулся ни на шаг, а ударил его невидимый призрак.
– Что скажешь в свое оправдание, Вивиан? Я ждал, пока ты приведешь его ко мне. Ждал целый вечер и целую ночь, но этого не произошло.
– Простите, Принц, - девушка виновато прижала ушки к голове.
– Ты просишь меня простить тебя?
– йокай нехорошо сощурился и одним, почти незаметным движением скользнул к Вивиан. Амэ заморгал, пытаясь осознать, что происходит, и вскоре нашел Принца у девушки. Он нежно, почти любовно обнимал ее за плечи, но взгляд его пылал яростью. Амэ слишком хорошо его знал, видел такой не раз у Акито, когда брат чувствовал себя оскорбленным. Сердце дрогнуло в нехорошем предчувствии.
– Вот так легко простить тебя, когда ты пыталась предать нас?