Девочка с луны

Гудкайнд Терри

Увидев, наконец, светящийся красным символ больницы, она свернула и встала прямо перед входом в приемное отделение. Она знала, что здесь нельзя парковаться, но ее это не заботило.

На входе в приемное отделение были двойные стеклянные двери, и Анжела могла видеть то, что внутри. Других пациентов не было. Девушка знала, что в это позднее время в приемном обычно тихо и спокойно. Всех пьяных, попавших в аварии или драки, уже оформили, поэтому больница погружалась в относительное спокойствие до обычной утренней суеты.

Анжела

выскользнула с водительского кресла. Едва ее ноги коснулись земли, она почувствовала столь сильное головокружение, что засомневалась, сможет ли даже стоять, но свет за стеклянными дверьми звал ее к себе. Она решила, что если силы покидают ее, то она должна хотя бы войти внутрь. Тогда кто-нибудь ей поможет.

Автоматические двери раздвинулись, едва она подошла ко входу. Только при свете она заметила, что ее кровь капает на темный линолеум. Девушка чувствовала, как кровь стекает с ее подбородка на грудь и живот.

Кресла для пациентов, ждущих своей очереди, были пусты, но за регистрационной стойкой находилось несколько человек. Она хорошо знала это место, так как часто доставляла сюда посылки. Она знала многих работников больницы.

Они узнают ее. Они помогут ей.

Увидев медленно шагающую девушку, медсестра за стойкой тут же позвала на помощь и выбежала навстречу. Еще две сестры примчались из соседнего помещения. Санитар высунул лысую голову из-за занавески. Никто не впадал в панику, но все они деловито засуетились.

Одна из сестер взяла девушку под руку и обняла за талию, едва Анжела начала оседать на пол. Санитар пододвинул сзади инвалидную коляску и помог усадить в нее пострадавшую.

— Бог мой, юная леди, с вами еще кто-то есть?

— Я одна, — выдавила Анжела. Ее голос казался чужим, а распухший язык едва слушался.

Санитар повез ее в сторону лечебного отделения, по обеим сторонам шли медсестры.

— Милая, как тебя зовут?

Анжела подняла взгляд:

— Джули, это же я.

— Ты? Кто ты?

— Анжела.

Женщина была потрясена.

— Анжела? Анжела Константайн? Наш курьер?

Анжела кивнула. Она поняла, что ее лицо сильно пострадало, раз Джули не узнала ее.

— Что случилось? Ты попала в аварию?

— Нет. Меня изнасиловали четверо мужчин, — ответила девушка. — Они пытались меня убить.

Анжела смутно осознавала, что ее переложили на кровать в процедурной. Вокруг мельтешили люди. Кажется, каждый из них знал, что и как делать.

Невысокая азиатка склонилась над ней, и Анжела узнала женщину. Это была доктор Сонг. Одна из медсестер затягивала на левой руке девушки манжету тонометра, пока вторая вводила иглу капельницы в правую руку. Измерив давление, первая сестра ножницами разрезала шорты и трусы Анжелы, затем быстро расшнуровала сапоги, стянула обувь и поставила ее в сторону.

— Что с твоей шеей? — спросила доктор Сонг, прослушивая сердцебиение девушки.

— Они пытались меня повесить.

Доктор

Сонг повернулась к одной из медсестер.

— Вызови полицию. Офицера-женщину. Потом возьми анализы на изнасилование.

Анжела начала плакать.

Одна из сестер похлопала ее по плечу:

— Не нужно плакать, Анжела. Мы о тебе позаботимся.

Анжела плакала не из-за этого.

Она плакала, потому что оказалась в безопасности.

Глава 26

Джули проскользнула в помещение — не то призрак, не то ангел, — и коснулась пальцами плеча Анжелы.

— Как ты себя чувствуешь?

— Что происходит? — спросила Анжела слабым, хриплым голосом, щурясь на медсестру.

— Тебе дали лекарство, чтобы ты расслабилась и немного поспала.

Анжеле еще не доводилось видеть Джули во время исполнения обязанностей по уходу за пациентами. Она видела ее только за оформлением образцов для доставки в лабораторию. Женщина казалась очень уверенной, знающей и заботливой, когда просматривала показания на мониторах.

Джули напомнила ей Кэрри Страттон. Та тоже работала здесь медсестрой, пока Оуэн не убил ее. Они были примерно одного возраста, и даже их прически были похожими.

Горло Анжелы болело. Как и челюсть, и живот. У нее болело все. Ее собственный голос казался ей скрипучим.

Она огляделась и поняла, что находится в больничной палате, а не в отделении неотложной помощи. Пока ее осматривали врачи и делали компьютерную томографию, она то и дело теряла сознание. Она не помнила, как ее доставили в палату. В памяти всплыл смутный образ того, как ей поставили капельницу, а потом мир поблек.

— Если тебе нужно больше обезболивающих, доктор Сонг разрешила их давать, — сказала Джули. — Просто попроси.

Анжела кивнула:

— У меня онемели щеки. Во рту какие-то корочки.

— Ты чувствуешь швы. Докторам пришлось зашивать твои щеки изнутри, — пояснила Джули.

Глядя на женщину, Анжела недоверчиво прищурилась.

— Что?

— Когда тебя били, твои зубы изрезали щеки изнутри. Доктор применила местную анестезию для наложения швов, так что некоторое время тебе будет непривычно.

Анжела вспомнила, как мужчина избивал ее, будто это была какая-то игра. Однако, несмотря на боль, она не хотела больше наркотиков. Ее и так тошнило от лекарств, которые уже дали. Она ненавидела наркотики. Из-за них она родилась уродом.

Анжела была очень рада, что смущавшая ее процедура освидетельствования закончилась. Она без раздумий согласилась на это, можно считать даже настояла. Это была главная причина, по которой она пришла в больницу. Она хотела, чтобы этих мужчин привлекли к ответственности, а для этого полиции понадобится их ДНК. По крайней мере, компьютерная томография прошла довольно быстро. После изнурительного осмотра она хотела, чтобы ее просто оставили в покое и дали поспать.