Девочка с птицами
Шрифт:
– Странные вы все какие-то, – он поднимает ногу на ступеньку.
Вот-вот свершится Тёмкина месть, и… Подождите-ка. Он же на меня подумает, да? Это ведь я тут лежу весь такой счастливый… Поджимаю губы, а слова так и просятся наружу. Тёмка обидится, если я скажу, но я не хочу, чтобы меня поколотили… И вообще, насилие – это не выход.
– Подожди, не… – начинаю я. Руслан замирает, глядя на меня.
Дверь скрипит, и в комнату заходит Лёнька. Он тянется за соломенной шляпой, но замечает наше напряжение и
– Не залезай туда, – со вздохом говорю я, закрывая блокнот. – Там… Ну…
– Вы мне туда червей, что ли, подбросили? – усмехается Руслан.
– Нет… Сам посмотри.
Руслан поднимается по лестнице, откидывает одеяло. Лёнька одними губами спрашивает: «Вы чего творите?» Я вскидываю руки.
– Слабенько как-то, – отзывается Руслан. – Это больше похоже на подарок, чем на подлянку.
– Что там? – Лёнька из любопытства подходит и заглядывает на второй ярус, встав на край моей кровати. – Ого!
– Что же мне с ними теперь делать… – Руслан спускается и расхаживает по комнате, постукивая себя пальцем по подбородку. Вид у него собранный, важный и грозный. – Точно, вы же попались на месте преступления. Значит, мне и наказание для вас выбирать. Крепитесь, пацаны.
Меня охватывает дрожь. В глазах Руслана я вижу танцующих чертиков с крошечными вилами.
7
Ни я, ни Лёнька прежде не делали ничего подобного. Переглянувшись, мы смотрим на Руслана. Он снимает с подушки наволочку и собирает в нее все ягоды. Их не так много, и Руслан без труда кладет ее на прикроватную тумбу. Уходит куда-то, затем возвращается с двумя пластиковыми приборами.
– Ну, берите уже, – раздраженно говорит он.
Послушно беру отделитель косточек.
– Ни разу такого не делал, – признается Лёнька.
– Да и он тут не при чем, – я пытаюсь отмазать его. – Это была Тём… наша с Тёмкой идея.
Руслан усмехается, скрещивая руки на груди.
– Тёмка ваш только козни строить умеет. Я так понимаю, вы с ним вместе черешни нарвали. Значит, отработаешь свой неудавшийся розыгрыш за двоих.
– Что конкретно ты хочешь, чтобы мы сделали? – уточняет Лёнька.
– Выдавливайте косточки. Потом ягоды в столовую на варенье отнесем, – Руслан наклоняется и копается в прикроватной тумбе. Достает оттуда шариковую ручку, раскручивает, вынимает стержень и решительно кивает.
– Сегодня что, какой-то особый случай? Они без нас не смогут варенье сделать? – уточняю я.
– Нас сегодня вечером на праздник пригласили, забыл? – Руслан встает между нами с Лёнькой и берет черешню. – Смотрите, оболтусы, показываю один раз…
Наше сосредоточенное сопение прерывают дерзкие выкрики
– Десятая! – отчитывается Лёнька.
Он сидит на своей одноместной кровати в позе лотоса, и с каждым постукиванием черешневых косточек о таз улыбается шире и шире.
– Не болтай, я уже пятнадцать выдавил, – поддевает Руслан.
Ягоды в моих руках надолго не задерживаются. Одна выскакивает в таз, другая скатывается по футболке на шорты. И в школе, и дома я не справляюсь с такими заданиями. Не могу ровно вырезать фигурку из картона, края всегда получаются зазубренными.
– Ты что, хочешь еще отрабатывать? – Руслан смотрит на меня, продолжая ловко выдавливать косточки.
Качаю головой и пытаюсь привыкнуть к прибору.
– А кто тебя этому научил? – спрашиваю.
– Сам научился. Дома скучно было, а ягоды начали гнить. Решил сделать что-то полезное.
– Мне раньше в голову не приходило попробовать самому приготовить варенье, – признается Лёнька, откладывая черешню.
– Некоторые решения приходят неожиданно, – отзывается Руслан.
Наволочка уже не похожа на мешок, заполненный молодой картошкой. Запускаю руку за следующей ягодой и ничего не нащупываю.
– Пусто, – говорю.
– Ну, и кто победил? – глаза Лёньки горят в предвкушении.
– Мы так-то не соревновались, – Руслан протягивает мне пластиковый корпус ручки и берет таз. – Пойдемте, олухи. Не забудьте помыть косточкодавители перед тем, как вернете на кухню.
До этого момента мы иногда заходили в столовую перекусить. Сейчас мы проходим за Русланом в кухню, куда обычно никого, кроме персонала, не пускают.
– Здравствуйте, – громко здоровается Руслан.
Женщина в белом колпаке отрывается от замешивания теста и широко улыбается.
– О, Русланчик! Что придумал на этот раз? – она раскатывает тесто по широкой столешнице, покрытой мукой. – Говори-говори. Я сейчас закончу и посмотрю.
– Мы с парнями принесли черешню для варенья. Если уступите плиту, я сам приготовлю, – Руслан ставит тазик на подоконник и надевает фартук через голову.
Переглядываюсь с Лёнькой.
– Теперь понятно, почему его редко видно, – шепчу я.
– Ага.
– Ой, спасибо. У меня сегодня нет свободного времени, – отвечает женщина. Она переводит взгляд на нас. – Если вы не будете помогать Руслану, пожалуйста, подождите его снаружи. Здесь все же не место для посторонних.
– Идите-идите, – отзывается Руслан, возясь с пакетом сахара.
– Ладно, – выдыхаю я, и мы с Лёнькой пулей вылетаем из кухни.
– Фу-ух… Я думал, он нас в заложники взял, – смеется Лёнька.
– Знаешь, самое страшное еще впереди.
– И что же?
– Тёмкин гнев, конечно.