Шрифт:
Пролог
– Сломала кофеварку? – поймал я ее за руку в кухне.
Коснулся ее и снова словно пришло током… Не могу ее трогать. Я теряю над собой контроль. Но не смог побороть желание прикоснуться.
– Кажется, да, – закусила она нижнюю губу от волнения и отняла у меня свои пальцы.
– Слушай, ну мне придётся рассказать отцу, что ты косорукая и портишь вещи. Пусть выгонит тебя.
В ее глазах заблестели слёзы.
– Не говори. Пожалуйста, – заломила
– А кого это волнует? – усмехнулся я. – Мы тебя, сироту, и так по доброте душевной пригрели, а ты вещи портишь. Нет, я всё-таки скажу ему. Пусть тебя вернут туда, откуда забрали.
Я сделал пару шагов от неё и обернулся. Девочка опустила голову. Рыжие волосы, на которых красиво играли лучи солнца, упали на лицо. Из глаз капали слёзы на ее сцепленные между собой до белых костяшек пальцы.
– Значит, так, – поставил я руки в боки и, наклонив голову набок, наблюдал за ней. – Ты хочешь остаться в этом доме?
– Да… – тихо ответила она.
– Тогда тебе придётся играть по моим правилам. Одно мое слово – и ты вылетишь отсюда пробкой. Ты это понимаешь?
– Понимаю.
Я подошёл к ней ближе и поднял пальцами ее подбородок на себя. В который раз словно провалился куда-то, глядя в глубину ее глаз.
– Тогда будешь делать то, что я скажу тебе. Ясно?
– Что ты хочешь, чтобы я делала? – тихо спросила она, понимая, что в моей полной власти.
Так и было – она в моей власти. Наконец-то.
Нежная, красивая до дрожи и такая слабая. Теперь моя.
Прекрасное чувство…
– Даже и не знаю, что с тебя взять-то кроме анализов… – наклонил я голову и наблюдал на неё, словно рассуждая. – На что ты мне, такая бестолковая, сгодилась бы.
Она смотрела на меня с волнением и настороженностью, будто ожидая приговора.
– Поцелуй меня.
– Ч-что? – расширила глаза девчонка и отпрянула от меня, врезавшись в стол бедром.
Я последовал за Котёнком и поймал её в капкан, поставив по обе стороны от девчонки руки на столешницу буфета.
– Целуй меня, сказал. Ты глухая, а, рыжая?
– Но я думала, что ты…
– Мне плевать, что ты думала, – оборвал я ее, ощущая, как меня начинает потряхивать от близости к ней. Я жадно втягивал в себя запах её волос словно зависимый. – Целуй. В губы.
Она нервно сглотнула и осталась неподвижной. А я уже просто умирал от предвкушения, желая ощутить сладость и мягкость её губ, которые никто никогда не целовал. Я буду первым…
– Умеешь?
– Нет… – почти шёпотом ответила она, словно мышка, которую загнали в угол.
– Щас научишься.
Глава 1
Громкая
– Скучно как-то, – заявил Архип, перекатывая по барной стойке свой стакан.
– Нормальная туса, – пожал я плечами. – Чё тебе ещё надо?
– Драйва не хватает.
– Иди окуни в бассейн одну из подружек Инги – будет тебе драйв.
– О нет, они же верещать будут потом до ночи.
– Ну тогда предложения закончились.
– Зато есть предложение у меня, – вклинился между нами Самсонов.
– Какое? – поднял я брови вверх.
– Но Роману оно не понравится, – ответил главный балагур нашего, теперь уже одиннадцатого «А», класса.
– Ты мне хочешь предложить поцеловать нашу рыжую заучку? – моё лицо приобрело выражение крайнего отвращения. – Даже не проси. Я лучше съем перед ЗАГСом свой паспорт.
– Да нет, – заржал Семён. – Но тоже неплохо. В смысле поцеловать прилюдно заучку – надо запомнить.
– Вот чёрт, подал идею…
– Должно же это случиться хотя бы в наш последний учебный год. А то только ругаетесь всё.
– И не мечтай, – фыркнул я.
– Так ему есть кого целовать, – промурлыкала над моим ухом Инга, обвивая мою шею руками.
– Уверена, что я этого хочу? – сжал я её руку на своей шее.
– А разве нет? – уселась она ко мне на колени и заглянула в глаза.
– Не уверен.
– А так?
Инга потянулась к моим губам. Инга – негласная королева школы и уверена, что любой парень готов на всё, лишь бы только она улыбнулась ему. Но она ошибается, думая, что особенная и для меня.
Для меня особенная та, кого я никогда не поцелую. И это не Инга. Но мне нравится, как она бегает за мной. Это забавно.
– Подожди, – увернулся я от её губ и заставил девушку встать с моих колен. – Тут Сеня предлагает какой-то прикол.
– Короче, сегодня снова проходят уличные гонки, – он поиграл бровями, намекая мне на вкусный куш, который я не раз уже имел возможность урвать для нашей банды.
Прав у меня нет, мне только семнадцать. А вот водить я умею с двенадцати лет, обожаю и понимаю механизм автомобиля. Поэтому участие в гонках было бы само собой разумеющееся, если бы они не проводились нелегально и не являлись бы столь опасными… Тем более накануне первого сентября.
– Я пас, – заявил я. – Отец меня убьёт, если узнает.
– Да ладно тебе, – продолжал подбивать меня Самсонов. – В первый раз, что ли… Там сегодня такой куш.
– Сколько?
– Больше двухсот тысяч!