Девочка-яд

Коэн Даша

К особняку подрулил уже в начале шестого вечера. Понимал, что опоздал, но мне было на этот факт класть с высокой горы. Я знал, там, за высоким забором, меня ждет только «теплый, семейный ужин» и не более.

Кинул ключи парковщику, подхватил цветочки и двинул в дом, в панорамных окнах столовой отмечая три силуэта, сидящих за столом. В крови тут же забурлило прогорклое, ядовитое предвкушение.

Открыл дверь и вошел в дом.

– Добрый вечер, Демьян Павлович, – тут же поприветствовала меня домоправительница и приняла мою верхнюю одежду. Скривился от этого имени,

но кивнул и тут же двинул в нужную мне сторону, весь вибрируя как оголенный нерв.

Дверь открывается, и на пороге я вижу отца. Улыбается, чем окончательно выводит меня из себя.

– Привет, сынок, – от его радушного тона зубы скрипнули, а свободная рука сжалась в кулак.

Шаг, еще шаг и еще.

– Спасибо, что приехал, – продолжает он, но я только отмахиваюсь и, не снижая скорости, иду напролом, вручая ему по ходу его порцию очаровательных розочек.

– Рановато ты с благодарностями, – выдыхаю я и, огибая его, прохожу дальше в комнату, выхватывая обеспокоенное лицо Светланы, – это вам, – кидаю я два цветка на ее пустую тарелку.

– Ян, – окликает меня отец. Его голос дрожит, но мне плевать. Вот вообще фиолетово!

Пру как танк, еще не всех же порадовал, ну.

– А это тебе, – и поворачиваюсь к девушке, что сжалась на стуле, будто побитый жизнью воробышек, скрывая лицо за занавесом блестящих каштановых волос.

Шаг ближе, прожигая ее макушку взглядом.

– Что же ты? Давай знакомиться, сестрица…

Глава 25

POV Ян

Девица очень медленно выпрямилась и облокотилась спиной на стул, так и не поднимая головы на меня. Прямо Царевна Несмеяна, ни дать ни взять. Сцена первая, дубль первый, камера – мотор.

Я даже заржать хотел между делом, так это было до жути постановочно. Но к представлению все-таки приготовился. Ну давай, Леди Гага, удиви меня.

– Ярослава, – шикнула позади меня Светлана и уже где-то здесь по моему позвоночнику пробежались первые мурашки. Мерзкие, противные и холодные. Но осознание еще не пришло, оно только насмешливо стучалось в дверь, мол «открывай, чувак, я тебе такой сейчас перл расскажу».

А дальше я слышу ее смешок. Не, реально. Ей там весело, не иначе! Затем она хлопает ладошками по коленям и резко вскидывает на меня голову.

– Охренеть, – не выдерживаю я, ошалело смотря в ядовитые глазищи той самой девчонки, которая еще вчера по смске послала меня в зад.

Бам! Меня словно кто огрел сзади обухом по голове. Сильно. Прямо так от души приложились!

Но я не могу поверить в то, что вижу. Просто не могу! Моя сводная сестра и Ярослава Довлатова – это один и тот же человек. Девчонка, к которой я с абсолютно четкими намерениями протягивал свои руки, которую целовал, тискал и от запаха которой балдел как шальной, является дочкой распроклятой Светланы.

Подбила клинья все-таки, профура вертлявая. Виртуозно подбила! А сейчас сидит и глазками своими бесстыжими хлопает.

Швыряю две черные розы на ее пустую тарелку, обхожу эту гадину по широкой дуге и сажусь там, где стол сервирован еще для одного человека. Замираю.

Стараюсь не смотреть на нее, потому что единственное, что мне сейчас хочется, так это творить дичь. Но нельзя! Нет!

Я сама безмятежность во плоти.

– Ян, может объяснишься, что все это значит? – отец кидает розы на комод, стоящий у стены, а потом идет и занимает свое место, очевидно, окидывая меня обвиняющим взглядом.

Я мне чхать на его вопросы и предстоящие нравоучения! Я поднимаю на него глаза и растягиваю губы в улыбке. Хотя, скорее всего это похоже на настоящий звериный оскал. Но, что я могу поделать? Я сейчас и правда словно злой и голодный серый волк.

– Ян? – повторяет мой родитель.

– С Днем рождения, папа. Расти большой, не будь лапшой, – начинаю смеяться я как городской сумасшедший. Ну, а что? Ситуация комична до безобразия.

Наполеон в юбке! Ну надо же! Вот это стратегия, мое браво, черт возьми. Но как же я офигительно был прав на ее счет. Прямо бинго, десять из десяти, ребята!

– Что смешного? – прилетает мне еще один вопрос от отца.

– Еще спрашиваешь? Я так рад всех вас видеть, папа. Смотрю и вижу – родственницы-то мои новые такие милые оказались. Особенно сестрица. Всю жизнь о такой мечтал, – и я снова не выдержал и рассмеялся.

– Попридержи свой сарказм, сын, что бы он не означал, – призывает меня к спокойствию отец, но меня уже не остановить. Я – как чайник с той самой мерзкой горластой свистулькой, что начнет сейчас свой оглушительный ор.

– Не иначе как меня в гости ждали, м-м? Не начинали ужин, как я посмотрю. Прямо семья, горжусь! – не могу с собой ничего поделать, голос сочится ядом, которым под завязку меня накачала одна зеленоглазая гадина.

– Ян, давай без концертов, – сурово хмурит брови отец, не оставляя попыток меня утихомирить.

– Без проблем, – поднимаю я руки в защитном жесте.

– Познакомься, это твоя сводная сестра Ярослава. Ярослава, это мой сын Ян.

И вот тут-то я и перевожу взгляд на нее, замечая, как пренебрежительно она поджимает губы, а потом и вовсе склоняет голову на бок, словно не ожидает услышать от меня ничего вразумительного.

А вот это она зря. Прямо провал провалыч.

– Зря старался, дорогой ты мой папа. Мы с Ярославой уже…, – пинок под столом ногой по моей ноге, и я почти вспыхиваю от предвкушения, заканчивая предложение именно так как планировал, – знакомы.

– Знакомы? – переспрашивает Светлана.

– Ах, а вы не в курсе? – прихлопываю я себя по щеке и ставлю руку на стол, подпирая щеку.

И увидел, как отец и его новая пассия непонимающе качают головами. Ну что, надо просветить стариков, что они дочку-то прошляпили. Пошла по наклонной, так сказать. Уже ничем не поможешь. Хотя, для мамаши-то, скорее всего, это то, что нужно для успешной жизни в качестве паразита на каком-нибудь богатом увальне. Ой, не могу!

В груди тут же ярким цветом распустилось какое-то страшное наслаждение от происходящего. Я понимал, что буду творить, но остановить себя уже не мог. Мозг отказал. Стоп-краны сорвало. К чертям собачьим просто!