Девочки

Тестю Сильви

— Я сама иду, — говорю я.

Вот так, сразу ему показала: хоть с родителями, хоть без, нечего тут пихаться, со мной такое не пройдет.

Я иду на место, он за мной.

— Эй! О! О! Девочки, вас не на бойню везут, а на каникулы! — говорит он и смеется.

Моя старшая сестра на него даже не глядит. Слишком громко он это сказал. Опозорил ее перед всем автобусом.

Ладно. С ним все ясно: придурок. Еще и добавляет:

— Посмотрите, другие ведь не плачут!

— А их родители не любят! — отвечает несведущему Жоржетта.

Вот

так, не знал вожатый, к кому обращается, зато теперь он в курсе.

Хоть Коринна и безутешна, она не позволит выдавать наши тайны.

— Перестань, Жоржетта… Замолчи.

Коринна приходит в чувство. Но Жоржетту уже не остановить.

— Их родители веселятся, пока дети в ла-а-а-а-агере.

— Да нет же! Эти дети счастливы, что едут на каникулы. Родители их любят и отправляют в лагерь, чтобы порадовать.

Его рука тянется погладить нашу младшую по голове.

Но у нее отличная реакция. Она с силой отпихивает его, прежде чем он успевает коснуться ее волос. И смотрит злобно. Так-то. Он видит, что лучше ее не трогать, а то может и укусить. Понял: руки прочь.

— Ничего, все пройдет. Я пойду сяду. Если что, подойдете ко мне. Договорились?

Никто ему не отвечает, но он все равно уходит.

Коринне стало стыдно, и она пытается взять себя в руки. Мы смотрим в окно. Больше никто не плачет. Надо собраться с силами. Ничего не попишешь, мы обречены на лагерь. Четыре недели.

Проходит сколько-то времени, Коринна смотрит на убегающий Лион. Мы проезжаем мимо дома ее подружки. Мимо дома дедушки и бабушки. Мимо дома Анжелы. Мимо дома моей кормилицы. Мимо школы классического танца. Мы попали: нас увозят неведомо куда.

— Я думала, — вырывается у нее, — что мама никогда с нами так не поступит.

Автобус ехал до места девять с половиной часов. Девять с половиной часов мы слушали разговоры других детей. Сами не сказали ни слова, открывали рот только на остановках. Старшая сестра попросила меня подержать дверь туалета, пока она сходит. Велела съесть бутерброд, который сделала нам мама. Жоржетте она сказала: «Хватит лопать конфеты». И вот наконец автобус въехал во двор лагеря.

Двери открылись.

Ребята усталые, злые. Все толкаются. Широкий двор окружают блочные корпуса. Посередине куча чемоданов, выгруженных из автобуса. Вокруг багажа толпятся ребята. Трое вожатых стоят с листками в руках.

Во двор въезжают еще два автобуса. Один приехал из Невера, другой из Гавра. Внутри тоже ребята, они прилипли к стеклам, ждут, когда откроются двери. Смотрят на лионцев.

К вожатым подходит пожилой мужчина с седыми волосами. Это директор. Он машет рукой, чтобы мы отодвинулись.

— Назад! Отошли назад! Дайте другим отрядам выйти!

Так, значит, когда дети приезжают сюда на каникулы, их называют отрядами. Первая новость. Мне уже не нравится так называться.

Два

автобуса открывают двери. Крику-то, крику! А толкаются как! Выходят еще вожатые. Они здороваются между собой. Водители вытаскивают из автобусов еще багаж.

Теперь чемоданы валяются по всему двору. Моя старшая сестра ищет глазами наши.

Вожатые орут, командуют, чтобы мы разобрались по автобусам.

Как же в этой суматохе им удается нас построить? Но мы образовали трехконечную звезду вокруг вожатых и директора. По одну сторону — Лион, по другую — Невер, Гавр напротив.

Мы стоим, хмуро глядя друг на друга.

— Все тихо сели! — командует вожатый.

Хоть бы и этот был не наш…

Какая-никакая тишина наступила. Директор встает в середину звезды.

— Добро пожаловать в наш лагерь, где, я надеюсь, вы отлично отдохнете. Меня зовут Жан-Кристоф, для всех Жи-Се. [9] В этих корпусах, расположенных вокруг, вы будете жить, и сейчас мы вас по ним распределим.

9

Инициалы имени Jean-Christophe.

Какая-то маленькая девочка кидается к своему чемодану.

— Нет-нет, барышня, забирать чемодан еще рано! Будь так добра, сядь.

Девочка послушно садится.

— Сначала я познакомлю вас с вашими вожатыми: Ален, или Ленлен, будет работать с отрядом старших. Жером, или Жеже, — тоже со старшими. Кристиан, или Кики, работает со старшими средними, Мюриель, Мюмю, — со средними старшими. Натали, Тотош, — со средними младшими, Коринна, Коко, — со средними младшими. Тьери, Тити, — с младшими. Люсьен, Люлю, — с младшими.

Я запуталась. Я вообще ничего здесь не понимаю.

— Сейчас будет перекличка. Когда услышите свое имя — берете чемодан и становитесь в строй, за вашим вожатым.

Директор уходит, а слово берет один из вожатых.

— Я Ленлен. Здравствуйте, ребята, всем добро пожаловать.

Все кричат вразнобой:

— Здравствуй, Ленлен! Привет! Салют!

Ленлен посмеивается, и другие вожатые тоже. Что тут смешного, не пойму.

— Тихо! Как вам сказал Жи-Се, я работаю со старшими. Наш отряд будет называться Ленлен-бэнд. Когда выкликнут ваше имя, берите чемодан и становитесь за мной.

Он опускает глаза, смотрит в свой список, и тут же большинство ребят срываются с места и бегут к своим чемоданам, как будто выстрел услышали. Ну да, похоже на начало соревнований.

Ленлен разом потерял свой авторитет.

— Эй! Эй! — вопит он. — Я что сказал? Так, для начала все, кто встал без разрешения, будут дежурными по спальне!

Оставшиеся сидеть хихикают.

Я оглядываюсь на сестер. Хорошенькое начало, ничего не скажешь. Этот вожатый мне совсем не нравится. Может, он не видел, что я тоже встала?