Девушка брата
Шрифт:
Она существенно перевалила за пятьдесят, а я не был геронтофилом, никогда не испытывал тяги к женщинам материнского возраста.
В двадцать девять лет прицел интереса отфильтровывал девчонок, не приблизившихся к тридцати.
Я был женат, не считал себя истинным ходоком.
Но командировочные приключения относились к разряду сущностей, которыми глупо пренебрегать.
В конце концов, жизнь была коротка; лет через тридцать предстояла пора, когда не останется ничего, кроме сожаления
И я не упускал.
Увы, сегодня меня, юриста, отправили за Урал с главным бухгалтером, чей возраст исключал главные радости.
2
Город Медвежьеозерск, где стояла конечная точка нашего пути, спрятался у черта на рогах среди диких лесов; от местной трассы 80К-031 к нему шла тупиковая дорога.
Никакого озера тут не было.
Вероятно, изначально поселение имело какое-то башкирское название, которое неправильно перевели на русский.
Род деятельности нашей фирмы представлялся весьма приблизительно; она занималась разнообразными консалтинговыми услугами, я лишь следил за чистотой округло составленных договоров.
Отправляя в командировку, директор сказал, что Ольга Васильевна должна с кем-то обменяться бухгалтерскими документами, а мне придется уточнить некоторые соглашения.
Я любил дальние поездки за рулем, а суточные назначили двойные – как юристу и как водителю.
Поэтому, несмотря на туманную цель поездки, отказываться я не стал.
В городе была масса памятников и мемориалов, некоторое количество пятиэтажных домов, десяток сетевых супермаркетов, но серьезных предприятий – насколько я понял – не имелось.
Вряд ли стоило являться сюда на два дня, но спутница оставалась бодрой и даже веселой.
Выехали мы поздно, дорога заняла достаточное время.
Рабочий день подходил к концу.
Ольга Васильевна сверилась со списком, мы нашли строительное управление, куда она поднялась одна, оставив меня в машине.
Видимо, с договором там все обстояло нормально, внимание юриста не требовалось.
Посещать еще кого-то не имело смысла, мы отправились решать вопрос с ночевкой.
На улице Солнечной, опоясывающей насыщенный памятниками центр, нашлась небольшая гостиница.
По планировке она напоминала скорее общежитие для вахтовиков.
Все номера – неплохие и даже с отдельными санузлами – были двухместными; кровати стояли у противоположных стен, разделенные приоконными тумбочками.
Окажись тут с кем-то другим – например, с директорской секретаршей Аленой, у которой из-под юбки виднелся краешек чулка, сымитированного фасонистыми колготками – я взлетел бы в эмпиреи.
Но с пожилой главной
Нынешняя командировка обещала нулевой результат, с этим я смирился еще дома.
Ресторана при гостинице не имелось; я оставил машину на парковке перед входом и мы пошли искать, где поужинать.
В нескольких кварталах обнаружилось приемлемое кафе.
Несмотря на возражения, Ольга Васильевна за все заплатила сама, сославшись на выписанную сумму.
Я понял, что она хочет компенсировать мне неудачу по интимной части, и в общем был рад.
Сытые и слегка пьяные, мы вернулись в гостиницу, по очереди приняли душ: сначала я ждал в коридоре, потом спутница пряталась в постели – и мирно улеглись.
День закончился, не принеся ничего приятного, но нельзя было требовать от жизни слишком много.
–…Вадим, вы спите?
Голос Ольги Васильевны раздался на границе между явью и сном.
– Еще нет, – я постарался не зевнуть. – А что?
– Пить хочется. Еврейский салат был вкусным, но…
– Еврейский?.. – перебил я.
– Ну да. Так называется – с тертым сыром и чесноком.
– Да, он был вкусный. Но чеснока слишком много.
– О чем и говорю, Вадим. Теперь хочется пить.
– Мне тоже, – я вздохнул. – Но в этой как бы гостинице нет даже киоска. Придется набрать из-под крана.
– Не надо из-под крана!
Кровать заскрипела, моя спутница поднялась.
Я невольно отметил, что спать она легла в белье; лямки бюстгальтера темнели на плечах, которые в полутьме казались очень белыми.
– У меня в сумке есть минеральная вода. Взяла в дорогу, да как-то не потребовалось.
Я тоже прихватил несколько баллонов «Мензелинской», в дальний путь никогда не отправляясь без питья.
Но климат-контроль «Флюенса» работал хорошо, от жары мы не мучились.
К тому же днем мы останавливались в придорожной шашлычной на берегу речки Карламан, где выпили по несколько стаканов хорошего чая.
О своем запасе, валяющемся в багажнике, я вспомнил только сейчас.
Одеваться и выходить к машине не хотелось; лучше было взять воду здесь.
– Вон она, стоит около двери – достаньте, пожалуйста, по бутылочке.
Сумка у Ольги Васильевны была большой; я удивился, что в двухдневную поездку она взяла багаж для путешествий.
Но каждый человек имел право на свои привычки.
Я прошел к выходу, нагнулся, раздернул молнию, откинул клапан.
Воды было много.
Запечатанные пластиковыми пробками, бутылки не имели наклеек.
Это не удивило.