Девушка с секретом
Шрифт:
Почистив ноги о порог, Женька отправилась осматривать жилище, на временное пристанище в котором сильно надеялась. И чем больше она его разглядывала, тем больше крепла в ее душе уверенность, что дом этот обитаем.
— Интересно, — вполголоса пробормотала девушка, увидев аккуратно застеленную кровать, — кто же здесь живет?
Хотя прекрасно понимала, что при таком наличии бездомных в городе жить здесь мог кто угодно. Причем невзирая на дурную славу этого жилища. А если в доме живут, значит, могли обнаружить и тайник, содержимое
Женька вспомнила, как на все ее уговоры и доводы та упрямо твердила постепенно слабеющим голосом:
— Все забирай! Хочу все отдать тебе! Никому больше! Они отвернулись от меня… Никто за два года куска сала с хлебом не прислал! Шиш им всем! Такая им будет моя месть!..
Честно сказать, Женька мало верила в предсмертный хрип бабы Маши. Списывая все это на помутнение рассудка пожилой женщины, просидевший почти год в одиночке. Но сейчас, оглядывая стены, она решила все-таки слазить в тайник, который, по словам бабы Маши, располагался на чердаке.
Подставив трухлявую лестницу к чердачному люку, зиявшему открытым лазом в маленькой кухоньке, девушка осторожно полезла наверх.
Чердак встретил ее махровыми хлопьями паутины, развешанной в художественном беспорядке трудолюбивыми пауками. Брезгливо отодвигая их творения в сторону, Евгения шаг за шагом продвигалась в дальний угол. Туда, где, по словам умершей женщины, и хранились «несметные сокровища».
— Так, кирпич на месте, — проговорила Евгения, опускаясь на колени перед полуразвалившейся трубой.
Обломок красного кирпича, который служил ориентиром в ее поисках, призывно торчал под углом сорок пять градусов на единственной уцелевшей стене трубы. Тронув его за край, Женька с удовлетворением обнаружила, что он легко подался. Она отложила обломок в сторону и принялась вытаскивать один за другим кирпичи, которых должно было быть шесть. Когда горка из них обозначилась нужным количеством, Евгения с облегчением вздохнула, увидев открывшееся взгляду полое отверстие.
Удивительно, но она растерялась. Маленькая ниша, непонятно для чего выложенная внутри трубы, была заполнена плотно уложенными свертками.
— Прямо мини-пещера Али-Бабы, — прошептала девушка, вытаскивая один из свертков, представлявший собой правильной формы квадрат, заботливо обернутый мягкой белой тканью. — Сейчас посмотрим…
Каково же было ее разочарование, когда на колени ей упали аккуратно упакованные пачки купюр, в недалеком прошлом предусмотрительно деноминированные нашим заботливым государством.
— О черт! — против воли вырвалось у Женьки, и тут же она едва не закричала от ужаса, потому что в доме что-то сильно громыхнуло.
Решив, что тот, чье имя она сейчас назвала, не замедлил явиться, Женька закрыла глаза и принялась исступленно просить господа послать ей спасение.
Грохот повторился…
Девушка вжала голову в плечи и только-только собралась завизжать от ужаса, как представитель
Мужчина между тем, продолжая греметь, метался по дому.
«А если он обнаружит лестницу?!» — обдало морозом позднее прозрение.
Но обитателю внизу, видимо, было не до этого. Суматошная беготня по дому была тому подтверждением.
Неизвестно, как долго просидела, замерев от страха, Евгения, но когда внизу все затихло, она с трудом смогла разогнуть колени. Постучав по ним кулачком, девушка тихонько пискнула, чувствуя, как покалывает ноги, и решила все же довести свое маленькое расследование до конца.
Выложив поочередно все свертки на пыльный пол, она принялась их один за одним разворачивать. Содержимое следующих трех «порадовало» деньгами еще более древними, чем те, которые она обнаружила в первом. Но когда Женька развернула еще два, то едва не задохнулась от радости…
Прямо на нее, позеленев неизвестно от чего лицом, уставился сам президент Линкольн.
— Мамочки! — тихонько вскрикнула девушка, перебирая во внезапно задрожавших пальцах хрустящие бумажки. — Она не соврала!..
Воодушевленная такой находкой, Женька быстро рассортировала содержимое тайника на нужное и ненужное и осталась вполне довольна результатом.
Горка иностранных бумажек, находящихся сейчас в обращении в России, была более чем внушительной. Были они столь интересных раскрасок и принадлежности к различным государствам, что у Евгении невольно закралось подозрение, что баба Маша их коллекционировала скорее из эстетических соображений, чем из желания обогатиться.
— Я теперь просто миллионерша! — выдохнула Женька, спускаясь вниз, после того как вернула ненужные деньги обратно в тайник, а остальное рассовала по карманам. — И могу себе кое-что позволить…
Осторожно высунув нос из кухоньки, она недоуменно огляделась и от удивления присвистнула. В домике, доселе аккуратно прибранном, царил полнейший разгром. Постель была разбросана по полу, единственная подушка вспорота, и ее нутро развеяно по комнате. Алюминиевые ложки, щербатые чашки и прочая нехитрая утварь, украшавшая старенький буфет, валялись беспорядочной грудой.
— Вот так так! — пробормотала Женька, оглядев жилище. — Или это результат сборов, или…
— Обыска! — рявкнул кто-то за ее спиной, заставив девушку взвизгнуть от неожиданности. — Кто ты такая, черт тебя побери?!
Судорожно сглотнув, она повернулась и наткнулась на сумрачный взгляд злых зеленых глаз. Которые и глазами-то назвать было трудно. Скорее это были два полузамерзших омута, от которых всякий здравомыслящий человек побежал бы без оглядки, причем невзирая на время года.
— Я-я-я?! — заикаясь, произнесла она, отирая о джинсы пыльные ладони.