Девушка в башне
Шрифт:
меч, она ощущала, как стекает кровь.
Чародей опомнился, оскалился с гневом.
– Не смотри, – шепнула Вася Маше.
И она сжала кулон, раздавив его в окровавленном кулаке.
Касьян закричал, на его лице была агония… и облегчение.
– Иди с миром, – сказала ему Вася. – Бог с тобой.
Кощей Бессмертный рухнул мертвым на пол.
* * *
Призрак задержалась, хотя ее силуэт трепетал, как огонь от сильного ветра. Черная
тень ждала рядом с ней.
–
это были ее первые слова в башне. – Я не хотела.
– Твоя дочь родила пятерых детей… бабушка, – сказала Вася. – У этих детей тоже
есть дети. Мы не забудем тебя. Ты спасла нам жизни. Мы тебя любим. Покойся с миром.
Губы Тамары жутко изогнулись, но Вася видела там улыбку.
А потом бог смерти протянул руку. Призрак, дрожа, взялась за нее.
Она и бог смерти пропали. Но перед этим Вася, как она думала, увидела красивую
девушку с черными волосами и зелеными глазами, сияющую в руках Морозко.
26
Огонь
Вася спустилась по лестнице, истекая кровью, ведя ребенка, что бежал за ней без
слов и слез.
Лестница была полна удушающего дыма. Марья кашляла. На лестнице теперь были
слуги. Призраки пропали. Вася слышала крики женщин наверху, словно Касьяна там не
было: ни юного чародея с огнем в руке, ни кричащего старика.
Они выбежали во двор. Врата были разбиты, двор был полон людей. Некоторые
лежали в снегу, окровавленные и затоптанные. Некоторые скулили и звали. Стрелы
больше не летели. Челубея не было видно. Дмитрий отдавал приказы, его лицо было
маской крови и сажи. Почти всех лошадей выводили за ворота, подальше от огня. Он был
близко? На дом попали искры? Конюшня догорала во дворе, слуги Дмитрия смогли
потушить ее. Но Вася слышала тихий рев большого огня, знала, что они все еще не в
безопасности. Ветер усиливал пламя, она ощущала вкус дыма. Он близился. Это была ее
вина.
Саша все еще был на Соловье, Вася обрадовалась. Ее брат говорил с мужчиной на
земле.
Марья закричала от стража. Вася повернула голову.
Демонесса полуночи с лунными волосами, звездными глазами и ночной кожей
появилась на звездах, словно родилась меж огоньков. Лошади не было, только она.
Красный свет отливал лиловым на щеке чертовки. Что–то, похожее на печаль, гасило
звезды в ее глазах.
– Они мертвы? – спросила она.
Вася все еще была ошеломлена от боя в башне.
– Кто?
– Тамара, – нетерпеливо прошипела та. – Тамара и Касьян. Они мертвы?
Вася взяла себя
– Я… да. Да. Как…?
Но Полуночница только устало сказала поверх рева, почти себе:
– Ее мать будет рада.
Вася позже подумала, что хотела бы понять значение этого. Но сейчас – нет. Она
была избита, потрясена и измождена. Москва горела вокруг них из–за нее.
– Они мертвы, – сказала она. – Но теперь город горит. Как спасти Москву?
– Я смотрю на все полуночи мира, – вяло ответила Полуночница. – Я не вмешиваюсь.
Вася схватила ее за руку.
– Вмешайся.
Демонесса опешила, отпрянула, но Вася мрачно держалась, пачкая существо своей
кровью. Она вкладывала все силы и не только. Полуночница не могла вырваться.
– Моя кровь делает твой вид сильным, – холодно сказала она. – Может, если
пожелать, сделает тебя и слабой. Попробовать?
– Нет выхода, – выдохнула Полуночница, чуть встревожившись. – Никакого.
Вася трясла ее до стука зубов.
– Должен быть выход! – закричала она.
– Это… – Полуночница охнула. – Давным–давно король зимы умел подавлять пламя.
Он – повелитель ветра и снега, – блестящие веки прикрыли сияющие глаза, ее взгляд стал
злым. – Но ты была храброй и отогнала Морозко, своими руками сломав его силы.
Хватка Васи ослабла.
– Сломав…?
Полуночница почти улыбнулась, зубы блеснули красным в свете огня.
– Сломав, – сказала она. – Мудрая девочка, как ты и сказала, твоя сила работает в две
стороны.
Вася молчала. Полуночница склонилась и прошептала:
– Рассказать тебе секрет? Тем сапфиром он привязал тебя к себе, но магия сделала то,
чего он не задумывал. Она сделала его сильнее, но и тянула все ближе к смертности, и он
все больше хотел быть человеком, а не демоном, – Полуночница замолчала, глядя на Васю,
а потом жестоко прошептала. – Настолько, что он полюбил тебя и не знал, что делать.
– Он король зимы, он не может любить.
– Теперь, конечно, нет, – сказала Полуночница. – Твои руки сломали его силу, как я
и сказала, и своими словами ты изгнала его. Теперь его будут видеть только умирающие в
Москве. Убирайся из города, Василиса Петровна. Оставь его. Ты ничего не можешь.
Полуночница яростно задергалась и вырвалась из хватки Васи. Ее тут же не стало
видно в дыму, укрывшем город.
* * *
Через миг Вася услышала вопль Соловья, Саша слетел с коня в талый снег. Брат
крепко обнял их с Марьей, и Соловей радостно их нюхал. От Саши пахло кровью и сажей.
Вася обняла брата, погладила нос Соловья и отодвинулась, пошатнувшись на ногах. Если