Девушка-воин. Часть вторая
Шрифт:
— Да хоть пару мгновений, не важно, — процедила я, с нетерпением наблюдая за откупориванием снадобья.
— Ваше питание теперь будет под моим наблюдением, — продолжал лекарь, — как и режим дня. Я рекомендовал бы вам жить раздельно это время, — я покачала головой, принимая кубок и приподнимаясь на локте, — но да, вы не согласны. Что ж…
Сделав последний глоток, я испугалась, что меня вывернет наизнанку прямо тут, но вдруг все улеглось, тошнота прошла, в теле разлилась приятная легкость.
— Почему вдруг вы начали так уважительно ко мне обращаться? — мой вопрос настиг дракона уже в дверях.
— Потому что вас двое, — чуть обернувшись, улыбнулся он, — и невежливо игнорировать наследника.
Откинувшись
День я провела в полудреме, потому что начавшаяся под утро тошнота не дала выспаться. Приходила дважды служанка с подносом, тарелки были полны тушеных овощей и вареной птицы, вместо вина — виноградный сок. Что ж, в целом, меня такое устраивало.
Ты пришел только в сумерках, сам принес ужин. Непривычно тихий, спокойный, движения лишились привычной резкости, а уж куда подевалась вся властность в голосе? Ты лежал рядом, словно лишившийся всех костей, и подставлялся под поглаживания головы, целовал мои руки, шепча что-то о том, как счастлив. Да, я тоже очень счастлива.
========== Часть 6 ==========
Ты едва ли не плясал вокруг меня, с еще большей, чем раньше, предупредительностью исполняя любой каприз. Беременность, невероятно мучительная по человеческим меркам, сводила меня с ума — каждый сильный запах вызывал сильнейшую тошноту, которая никогда не облегчалась рвотой; из-за приступов головокружения я несколько раз едва не полетела кубарем по лестницам. Одно радовало — драконы в большинстве случаев бросались на помощь и почтительно склоняли головы, правда, обращаясь к наследнику. Высшая знать, разумеется, пренебрегала этим, но все без исключения говорили о нас. Не обо мне. О нас. Кроме тебя. Ты фыркал и бросал, что лебезить перед собственным ребенком не намерен, а если нужно — обратишься к нему напрямую. Вопреки всему, что я знала о вынашивании, маленького дракончика, которому было всего около пяти декад от зачатия, все считали мыслящим. Я особо не перечила, но и не соглашалась только до определенного момента.
Динат в очередной раз высказывала мне нам, что ее не устраивает, начиная с моего происхождения и заканчивая цветом рубашки. Я молча скрипела зубами и смотрела в книгу — тебя рядом нет, спорить с ней чревато еще большим раздражением, от которого у меня разболится голова на несколько дней. Проще потерпеть. Так считала я, но только не мой сын.
Когда ярко-голубое пламя охватило мои кисти, я совершенно непривычно для себя взвизгнула, вскочила, едва не опрокинув тяжелое кресло. Сначала казалось, что нестерпимо горячо, я прыгала и изо всех сил трясла руками в бесплодных попытках стряхнуть этот странный огонь. Но потом поняла, что он ощущается только легким теплым покалыванием, остановилась, изумленно оглядывая свободно гнущиеся пальцы сквозь голубые язычки пламени.
Пламя исчезло с моих рук так же внезапно, как и появилось, я даже вздрогнула. Но когда за спиной надрывно взвыла дракониха, я подскочила на месте. Позабыв о титуле и платье, девушка каталась по полу и вопила, пытясь ухватиться за горящую тем самым голубым огнем голову. Я буквально остолбенела, чувствуя, что в нижней части живота ощутимо потеплело.
— Тебе это что, нравится? — возмутилась я, впервые обратившись к малышу. — Быстро прекрати!
Долго думать об источнике магии не было необходимости — в этом небольшом кабинете недалеко от библиотеки мы были вдвоем.
Лицо Динат уже покрылось ожогами, а я могла только беспомощно топтаться рядом — это пламя нельзя было залить водой, оно не прожигало ковер и ласково лизало мои руки. Бедная девушка уже сорванно хрипела, а я была готова разрыдаться от беспомощности, когда дверь с грохотом распахнулась.
— Тише, — негромко сказал ты, положив ладонь на лоб слабо потянувшейся
Огонь медленно угас, словно впитавшись в твою руку. Тяжело, с хрипом дышащая обезображенная дракониха послушно прижалась к твоей груди, ты что-то шептал ей, поглаживая почерневшие шипы-волосы. И смотрел на меня. Колючий блестящий взгляд не сулил ничего хорошего, но и укоряющим не был, поэтому я только неловко ерзала на коленях, кусая губы. Динат было очень жаль, она ведь такая красивая, но что я могла сделать?..
Стоило только явиться лекарю и еще нескольким драконам, ты передал им подвывающую девушку и придвинулся ко мне.
— Лия… — хриплый, низкий голос мало походил на тот, к которому я привыкла, но ты кашлянул и продолжил уже нормально: — Ты понимаешь, что это значит?
— Я не специально, — сбивчиво попыталась оправдаться я, — я пыталась потушить и…
— Посмотри на меня, — теплые когтистые пальцы коснулись подбородка, — успокойся, все хорошо.
— Это же заживет? — бросив быстрый взгляд на уже покрытое мазью поджаренное до корочки личико, я отстранилась. — Я не хотела, чтобы так получилось…
— Я знаю, но послушай, — нетерпеливо вздохнул ты, — синее пламя — знак того, что у тебя под сердцем маленький Император. И то, что он тебя защищает, значит, что ты достойна быть хранительницей его пламени, пока носишь его. Он знает о тебе все и счел тебя хорошей, понимаешь?
— Хорошей? — я непонимающе смотрела на тебя.
Что вообще происходит? Неужто маленький Император уже все осознает? Мне казалось, дети и после рождения не сразу понимать начинают, что вокруг них, а тут он еще даже не родился, да и зачат был не так давно!
— Ты привыкнешь, — с улыбкой пообещал ты, притягивая меня к груди, — мы очень странные. И знала бы ты, насколько счастливым меня сделала сейчас, Лия…
И вздохнул. Так вздохнул, что не поверить в абсолютное счастье в твоей душе было сложно. А я даже испытала некое облегчение — если это мальчик, наследник, мне не придется переносить столь тяжкую беременность во второй раз.
========== Часть 7 ==========
Я становилась все более капризной, в некоторой степени прощупывая рамки дозволенного, но ты не выказывал ни малейшего признака раздражения, в точности все выполняя. Время, отведенное мне на прогулки в саду, значительно сократилось из-за стремительно наступающей и очень даже суровой зимы. Ты почти всегда был занят, мешать тебе не хотелось, потому что все дела могли быть мгновенно позабыты, стоит только мне сказать одно слово. Ты замечательный и очень заботливый муж, отчитывающий нашего сына за то, что он толкается и этим делает мне больно, но ты меня не любишь. Я уже даже свыклась с мыслью об этом, даже думала, что это не слишком важно — ты же рядом. Но обманывать себя с каждой декадой становилось все труднее.
— Лия, — я вздрогнула и проснулась от твоего хриплого шепота, — что с тобой? — непонимающе обернувшись, я угодила в теплые объятия и только в этот момент осознала, что дрожу от холода. — Ты замерзла?
Тихий щелчок пальцев — и в камине вспыхнуло пламя. Все еще обнимая меня за плечи, ты поцеловал меня в лоб и снова пристроил голову на подушке. Прижавшись по мере возможности поближе, я почувствовала, как ты немного отодвинулся. Боишься нечаянно навалиться во сне и придавить меня, да. Вполне резонно, между прочим, учитывая твою привычку укладываться на меня, как ты часто делал до беременности. Но я так по этому скучаю. По крепким, почти болезненным объятиям, по немыслимо приятным пробуждениям на животе, когда ты чуть наваливаешься, прижимаясь грудью к моей спине, и целуешь в шею. Даже просто по поцелуям. Жарким, жадным, страстным поцелуям, которые остались в прошлом. Еще четыре декады примерно до родов, целых сорок дней! Я не выдержу, сойду с ума или умру…