Девять драконов
Шрифт:
— Ту Вэй предложил остановить беспорядки.
— Как может оностановить беспорядки? Никто не уверен, что Тан сможет.
— Он уж точно начал их, — вмешался Ма Биньян. — И кто в Гонконге пойдет против него, если триады намеренно проговорились, что поддерживают его? Тайные общества будут только рады помочь Ту Вэю. При нем они будут процветать.
— Что вы имеете в виду — при нем?
— В обмен на то, что он остановит беспорядки, — ответила Вивиан, — он потребовал, чтобы его назначили губернатором независимого города-государства Гонконг.
Вивиан
— Полностью автономного Гонконга — за исключением внешней политики, — объяснила Вивиан. — Ту Вэй будет единоличным правителем, его слово — законом, полиция — его личной армией, весь город — его городом.
— Чен никогда не согласится на это, — перебил ее Уолли. — Китай не откажется от Гонконга.
— Китай сам закрыл себе все двери во внешний мир со времен кровавой пекинской бойни, — горячо подытожила Вивиан. — Все двери, кроме Гонконга. Конечно, Чен и его сторонники твердой рукой не примут реальных перемен, но они нуждаются в Гонконге, чтобы он продолжал быть открытой дверью Китая на Запад. Ту Вэй убедил кормчих жесткой линии, что он вернет назад бизнесменов-гуйло, в чьих инвестициях нуждается Китай.
— Но ведь этому не бывать?!
— Это как Шанхай по новой. Шанхай до Освобождения. Ту Вэй не больше чем шанхайский гангстер. В Шанхае бандиты коррумпировали полицию и запугали рабочих и сами поставляют их иностранным компаниям. Гонконг будет как дом без окон, без дверей. Все будут платить Ту Вэю за протекцию и защиту. И гуйло будут мириться с этим, пока смогут торговать и заниматься бизнесом.
— Чушь собачья! — отрезал Херст. — Пекин обещал единый Китай со времен Освобождения. Как Чен может позволить существовать Гонконгу?
— Они упакуют это в традиционный язык. Помните, Викки, как я сказала вам, что Вьетнам и Корея были вассальными государствами Срединной империи? Они придумают нечто подобное. Ту Вэя назначат каким-нибудь «низкокланяющимся-до-самой-земли»перед «императором».Он будет отдавать дань уважения партии и пекинскому правительству, а фактически будет свободен править этим городом как своим королевством.
Викки кивнула, вспомнив, как ее отец считал, что Ту Вэй принадлежал к «Зеленой банде», правившей Шанхаем.
— Я уже вижу, каким привлекательным это должно казаться для западных корпораций.
— Прежде чем вам это тоже покажется привлекательным, — ответила Вивиан, — вспомните, какое место вызанимаете в его сердце. Макфаркары могут закрыть ему дверь и оставить ключ в замке. Я надеюсь, климат Англии вам нравится больше, чем мне.
— Я не забываю, — сказала Викки. — Но боюсь, что если правда то, что вы сказали, то уже слишком поздно. То, что у меня есть для Тана, больше ему не может помочь. Чен назначит Ту Вэя губернатором тут же, как только триады Ту Вэя остановят беспорядки. Ту Вэй отвел от себя наш удар. У Тана не будет времени довести доказательства отца до сведения достаточного количества китайских бюрократов, которые могли бы надавить на Чена и вынудить его ретироваться.
— Чен не сможет сладить с бандой.
— Но вы только что сказали, что Ту Вэя остановят банды.
— Дело не только в гонконгских бандах. Есть еще пекинские банды, кантонские банды, шанхайские
— Чен раздавит их.
— Мы так не думаем, — ответила Вивиан. — Армия все еще не оправилась после последних событий. «Комитет пяти» знает, что ему будет трудно убедить генералов, что им больше интересна «стабильность», чем поддержка китайского народа.
— Китайский народ опять будет истекать кровью, если вы ошибаетесь, — сказал Уолли замогильным голосом.
— Давайте лучше сосредоточимся на происходящем сейчас. Гонконг уже истекает кровью. Давайте остановим кровотечение… Опять я спрашиваю вас, Викки: могу я поехать с вами? Вам может понадобиться моя помощь.
— Тайпану с нами отлично, — сказал Уолли. — Правда, Лин-Лин?
— К Тану может рваться слишком много людей, — сказала Лин-Лин. — Может быть, беременной леди лучше быть дома?
Стремительный «Инвернесс» врезался в «убежище от тайфунов» в Ематее. Джонки сновали так же хаотически, как и в Козвей Бэе. Викки велела Ай Цзи направляться к «лендроверу», ждущему на пирсе. Он был обклеен большими переводными картинками-буквами и флажками, что указывало, что это машина прессы. Она попросила ее у Аллена Уэя вместе с разрешением пересекать полицейские кордоны.
— Тан или храбрец, или дурак, — сказала она, опять обращаясь к Вивиан, когда катер подваливал к «лендроверу». — Он не думал о том, что Ту Вэй может превратить его компанию в новые беспорядки?
— Гонконг — последний шанс Тана, — сказала Вивиан. — Ему нечего терять.
— А как насчет его жизни? — спросила Викки, думая об их жизнях тоже, если толпа обезумеет.
— Несмотря на все его злоключения, Тан об этом не думает. Кроме того, его будут хорошо охранять. У полиции было время подготовиться. Это тоже их последний шанс. Что вы решили, Викки? Могу я поехать с вами?
— Слишком много народу, — запротестовала Лин-Лин. — Это небезопасно.
— Да, похоже, соберется жуткая толпа, — согласился Уолли. — Я против, Вив.
Викки не знала, что она выиграет, взяв ее с собой. Но Уолли и Лин-Лин явно не хотели брать Вивиан, были очень взволнованы и недовольны. Еще более странная мысль пришла в голову Викки. В Китае, по крайней мере, было нехорошо и неправильно брать сторону чужаков, настроенных против семьи. А Вивиан — к лучшему или к худшему — должна была вот-вот стать членом их семьи, достаточно только взглянуть на ее живот. А что до завоевания доверия Тана, то, может, будет даже лучше прибыть с ними обоими — и с Уолли и с Вивиан, и предоставить Тану самому делать выводы, когда она — и только она — лично отдаст ему оптическую дискету отца.