Девять месяцев
Шрифт:
— Вы сказали, туалет прямо по коридору? — взвизгнула я, устремляясь к двери.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Большая группа людей из Армии спасения под окнами моей квартиры во все горло распевала «Придите все верующие». Был канун Рождества, и я праздновала, поедая святочные пирожки и роняя на юбку крошки.
Я закрыла кафе на день раньше, хотя обычно пользовалась преимуществом последних дней рождественского ажиотажа. В это время всегда был по ток покупателей, мечтающих укрыться от уличной суматохи.
Телефон зазвонил, и я ответила нервно, задавшись вопросом, возможно ли определить беременность по тембру голоса. Я старалась говорить как можно жизнерадостнее:
— Привет, мам.
— Привет, дорогая, ты хорошо себя чувствуешь? У тебя расстроенный голос.
«Боже мой, она ясновидящая», — подумала я, прочищая горло.
— Да, у меня все хорошо, жую пирожки и смотрю «Жизнь прекрасна».
— Ага, купаешься в сентиментальности и похрюкиваешь от удовольствия. Отличное времяпрепровождение, дорогая. Я просто звоню удостовериться, что ты как обычно обедаешь завтра у нас.
Я всегда встречала Рождество дома. Где еще приготовят такой жареный картофель с луковой подливкой? Я мысленно представила, как мы все сидим вокруг индейки и я рассказываю им о своей беременности. У меня засосало под ложечкой. Не из-за того, что страшно рассказать им, — моя мама вполне современна и ко всему относится с пониманием. Она всегда нравилась моим парням, а подруги в школе даже слегка завидовали мне. Я знала, что она не расстроится из-за того, что я могу оказаться матерью-одиночкой. Наоборот, как только она узнает новость, тут же начнет действовать: выберет роддом, заведет карточку универмага «Мать и дитя». И очень захочет видеть меня счастливой, а я не была уверена именно в этом выражении моего лица.
— Конечно, обедаю, мама, — пробубнила я.
— Хочешь, я куплю тебе ореховое жаркое? Я как разу еду в магазин.
Она покупала мне ореховое жаркое каждый год с тех пор, как я перестала есть мясо. Это стало такой же традицией, как рождественская индейка.
— На самом деле не могла бы ты купить мне цветной капусты?
Она помолчала немного, а потом спросила подозрительно:
— Но ты же ненавидишь цветную капусту, дорогая?
— Почему-то вдруг захотелось.
— Ну, раз хочется, то я, конечно, куплю, — сказала она неуверенно.
Как я и говорила, она не из тех, кто любит поспорить.
К концу разговора я была уверена, что она меня раскусила. Какой-то кочан капусты, и я раскрыта Я не могла в это поверить.
Почти тотчас, как я повесила трубку, телефон зазвонил снова. На этот раз это была Мэгги.
— Я могу заскочить к тебе? — спросила она возбужденным голосом.
— Конечно, я не занята.
— Сейчас буду.
Через пять минут она, задыхаясь, ворвалась ко мне и бросилась на кровать.
— Ты не поверишь, что сделала моя мать, — произнесла она, переводя дух.
Я достала холодную банку колы из холодильника и вложила в ее вспотевшую руку. — Ну?
— Она только что объявила мне, что выходит замуж!
—
— Она клянется, что это любовь с первого взгляда. Какой-то ее приятель по любительскому драмкружку. То ли Дон, то ли как-то еще... Боже, это отвратительно, — фыркнула она.
— Может быть, это ее присмирит, — предположила я, надеясь успокоить Мэгги. — Если у нее будет мужчина, ей не надо будет доказывать самой себе, что она молодая и красивая. Возможно, она будет сидеть дома и перестанет флиртовать с твоими друзьями.
— А ведь ты права, — воскликнула Мэгги, повеселев на глазах. — Я не думала об этом в таком свете. Ты такая умная. — И она нежно похлопала меня по руке.
Я улыбнулась ей в ответ:
— И когда же счастливое событие?
— В первую субботу апреля. И, к сожалению, церемония будет не для узкого круга, а с белым платьем и всем, что полагается. Она даже хочет, чтобы я была подружкой невесты, можешь себе представить? А после свадьбы они прямиком отправляются па медовый месяц в Лас-Вегас. — Она сжала горло руками. — Бе-е, как пошло! В это время там будет концерт Рода Стюарта. Дон уже купил билеты. Наверное, он тоже его фанат. Зная мою маму, не удивлюсь, если он даже внешне похож на него. Кстати, ты приглашена на вечерний прием, у них будет большой фуршет в отеле «Рояль», и она хотела бы, чтобы ты приготовила свадебный торт.
— Правда? Здорово, мне еще никогда не заказывали свадебный торт. Не какой-нибудь традиционный корпоративный торт, а персональный. — Я сразу представила, как я стою, нарядная и сияющая, рядом со своим произведением кулинарного искусства, окруженная толпой поклонников.
Кроме того, на свадьбах можно неплохо выпить и пофлиртовать. И я погрузилась в сладкие мечты.
Мэг заметила выражение моего лица и сказала:
— Ну, хорошо, что хоть кому-то нравится эта новость. В любом случае, это полная неожиданность. Ну, как ты сегодня, тебя не тошнило утром?
Тут я вернулась к реальности. На какой-то короткий миг я забыла, что беременна. Мгновенно в моем воображении возникла картинка. Я стою рядом со свадебным тортом в платье, напоминающем шатер, со стаканом апельсинового сока в руках. А все вокруг меня веселые и пьяные, танцуют и целуются. Время от времени на меня бросают сочувственные взгляды вроде «бедная девочка, отличный пример разваливающихся общественных и семейных ценностей».
— Я чувствовала себя хорошо, пока ты не спросила меня об этом, — проворчала я. Мэг с сочувствием посмотрела на меня (ну вот, уже началось!).
— Тебе нужно пройтись по магазинам с хорошей подругой и побаловать себя обновкой, это тебе поможет.
— Купить себе немного цианистого калия или лифчик для кормящих мам? — огрызнулась я, задыхаясь от жалости к самой себе.
Она стащила меня с дивана и подхватила мою сумку:
— Пойдем, я знаю, что тебе сейчас нужно.
Мэгги как ракета неслась по многолюдной улице. Она прошло мимо «Оазиса» и «Джигсоу», даже не взглянув в их сторону, и остановилась, только переведя меня под руку через порог большого магазина одежды.