Девятая Крепость
Шрифт:
Защиты множились и переплетались между собой. Уже за каждой стояли ловушки, некоторые из которых могли сработать совершенно неожиданным для врага образом. Рано или поздно, кто-то из шаманов ошибется и попадет в одну из них.
Но все же маг беспокоился. Несмотря на свою силу и опыт, ему не хватало практики реальных схваток с орками. Наследная башня Рамангара очень редко за всю его долгую жизнь подвергалась атакам. Сейчас маг больше размышлял, чем произносил новые заклинания. Вспоминал рапорты от пограничных магов восьми крепостей, сообщавших о новых хитростях орков, перелистывал
Спать приходилось урывками, по полчаса — часу. Специально приставленный к нему охранник будил его, как он и требовал, как только песочные часы отмеряли положенный срок. Подобный сон отнюдь не способствовал ясности сознания, и маг все больше боялся совершить какую-нибудь ошибку, забыть что-то важное, что позволит шаманам прорвать его защиту. Он не мог такого позволить, поэтому вновь и вновь проверял старые защиты и устанавливал новые.
Рем оглянулся.
— Кстати, посмотри, — показал он Вику на катапульты, — мастера специально немного отодвинули их от центра, как они сказали, чтобы не задеть будущую башню. Но чтобы бить только по тем, кто идет в атаку на ворота, они немного повернули их, совсем чуть-чуть. Как ты думаешь, они не переборщили? Я не хочу, чтобы первый же их булыжник ударил меня по затылку.
Маг оглянулся, и некоторое время разглядывал катапульты.
— Нет, нормально, — наконец сказал он, — камни будут падать точно по линии против ворот. Если я понял их замысел правильно, то они должны падать на расстоянии в десять шагов один от другого. Первый чуть правее, на шаг — два, второй чуть левее, и так далее. Трудно сказать точно, пока я не увижу их первый выстрел.
— Скоро увидишь, — пообещал Рем, — они наступают.
Щиты орков медленно двинулись вперед. На этот раз на стену шли около четырех тысяч мечей, против менее пятисот ее защитников. Среди нападающих катились четыре осадных машины, толкаемых троллями. Теперь орки закрыли толстыми шкурами и первый ярус, так что даже те, кто двигал машины изнутри, оказались укрытыми от стрел. Только тролли, которые пихали двухъярусных монстров сзади, были незащищены. Орки справедливо полагали, что им и не требуется защиты.
— Смола и кипяток готовы? — спросил Рем у стоящего рядом солдата.
— Кипят на кострах, сержант, — кивнул солдат.
— Поджечь стрелы. Дать один залп по щитам. Не будем делать их передвижение уж совсем безопасным.
Сотня горящих стрел вонзилась в щиты. Но только некоторые из них действительно загорелись. Орки использовали какую-то мазь, защищавшую дерево от воспламенения.
— Пусть башни стреляют по готовности, — дал Рем еще одну команду.
Длинные луки на флангах научились за эти дни находить малейшие щели между щитами орков. То в одном, то в другом месте орки падали, но этого было слишком мало, чтобы их остановить.
— Хорошо у них получается, — заметил Вик, внимательно наблюдавший за развитием событий.
— У кого?
— У луков на башнях.
Рем долго всматривался, пытаясь определить, что такого нашел маг в стрельбе левой башни. Наконец он увидел. Лучники стали работать группами. Один из них, видимо, лучший, находил щель в обороне орков. Как только убитый орк падал вместе со своим поднятым над головой щитом, на короткое время в сплошной стене из дерева возникала брешь. В эту брешь сразу летела дюжина стрел, вышибая оставшихся беззащитными орков. Один раз орки настолько замешкались, что потеряли больше двух десятков, прежде чем полынья в щитах была вновь затянута.
Рем подозвал вестового:
— Видишь? Хорошая тактика. Передай на правую башню, чтобы использовали.
Вестовой убежал. Орки приблизились на двести шагов.
— Центральные катапульты, залп, — приказал Рем, как только осадная башня вышла в нужную точку.
Четыре семидесятифутовых булыжника врезались в щиты орков. Только один из них задел осадную машину, сорвав покров из шкур и покалечив нескольких орков внутри. Тем не менее, результат был впечатляющим, на этот раз камни разом остановили три дюжины орков.
— Дальний залп в брешь, — скомандовал Рем.
— Три ладони! Залп! — повторил его команду сержант на башне.
Сотня стрел оставила лежать еще две дюжины орков.
— Начинаем неплохо, — обернулся Рем к другу.
Вик молча кивнул.
— Сколько? — спросил капитан подбежавшего вестового.
— На стены идут четыре тысячи, мой капитан.
— Четыре? Я думал, что их будет меньше. Придется идти самому, — Тригор начал тяжело подниматься.
— Сержант Рем пока неплохо справляется, — вежливо произнес солдат.
— Да? Ну, тогда ладно, останусь. Четыре тысячи на юге, еще не менее двух пытаются штурмовать скалы. Сколько же орков в этих лесах?
— Главное, чтобы их оказалось меньше, чем наших стрел, мой капитан.
— Да, стрелы. Этой ночью мы подняли еще несколько сотен ятаганов из-под стены. Думаю, в наконечниках у нас проблем не будет.
— Прорыв на восточных скалах, капитан, — подбежал еще один вестовой. — Скоро начнется рукопашная.
— Один взвод, бегом за мной, — капитан поднялся и побежал на восток вместе с четырьмя десятками солдат на восток.
— Сто семь, — удовлетворенно произнес Бодор, кладя кирку на камни. Оглянувшись назад, он с гордостью посмотрел на ступени лестницы, поднимающиеся до середины скалы. Последняя из них оказалась особенно тяжелой, он натолкнулся на твердую, крепчайшую породу камня, и потратил на одну единственную ступень несколько часов.
Бодор повернулся и посмотрел наверх. Его лицо слегка омрачилось. До вершины скалы оставалось еще очень далеко. Порой гному начинало казаться, что он переоценил свои силы. Но шестеро подмастерьев, глядящие на него после нескольких проведенных вместе дней как на бога, не позволяли ему сдаться. Нельзя показать людям, что гномы могут уставать.