Девятый день

Абердин Александр

Проглотив сладковатую ржаную кашицу, Артор сначала отпил из стального кубка паладина маленький глоток, чтобы прополоскать рот и лишь потом сделал всего пять не таких уж и больших глотков. Для такого опытного паладина-ветерана, как он, этого уже было вполне достаточно, чтобы двое, трое суток сражаться не думая ни о еде, ни о воде. Все самые лучшие продукты паладины приберегали напоследок и всегда отдавали рыцарям, довольствуясь в таких случаях одними ржаными сухарями каменной твёрдости. Те, понимая, что только так они могут увеличить их силу, смиренно молчали, хотя и сокрушались, что им не дано быть столь же неприхотливыми.

Жертвовать во имя людей всем, даже жизнью, не иметь своего жилья

и не владеть никаким имуществом, помимо сражений с врагом и тех часов, которые удавалось выкраивать для изучения магии посвящать всё свободное время целительству, для любого паладина было так же естественно, как для солнца светить с небес. Всё, что требовалось паладину, это счастливая улыбка спасённого от беды или исцелённого от тяжкого недуга человека. И при этом никаких проповедей, никаких наставлений и нотаций. Они были уделом других служителей Храма Света, которые преуспели в целительстве душ и наставлении людей на путь истинный, но и они этим не злоупотребляли. Если человеку будут слишком часто говорить, что хорошо, а что плохо, то его ум невольно сам собой потянется именно к плохому.

Артор редко вспоминал свою прошлую жизнь и считал, что те служители Храма Света, с которыми он когда-то встречался, непростительно мало говорили с ним природе Света и Тьмы, но по всей видимости они наверное были правы. Вряд ли он стал бы тогда воспринимать их слова всерьёз. Он был для этого слишком самоуверенным, независимым и себялюбивым человеком, который искал в жизни одни только удовольствия. Что же, их выпало на его долю, пожалуй, даже с лихвой. Промотать довольно большое наследство, никогда не знать нужды и голода, ведь его немалый рост вкупе с огромной физической силой и отличной воинской подготовкой давали ему возможность грабить даже купеческие караваны только за счёт своего внушительного вида, потратить на продажных красоток целое состояние и при этом соблазнить ещё и семь красавиц, некоторые люди сочли бы за верх удачи и просто немыслимое счастье.

Не гнушался Артор и банальных краж в городах под покровом ночи или в сутолоке на рынке, а также утончённого мошенничества и обмана в деревнях, где он частенько выдавал себя за бродячего служителя Храма Света, собирающего деньги на строительство своего собственного храма и единственное, в чём не был повинен, так это в человекоубийстве, истязаниях и насилии над женщинами и девушками. Наверное ещё и потому, что он никогда не забирал последнего, на него так ни разу и не была объявлена королевская охота. Посетив в той, прежней жизни одиннадцать миров, ведя отнюдь неправедный образ жизни, он всё же умудрился избежать обвинения в тяге к Тьме и нигде за его голову не была назначена награда, но потом, когда он был впервые брошен в королевскую тюрьму за банальную драку в таверне, уже на третьи сутки в камеру Артора сквозь толщу камня проник яркий солнечный луч и он понял, что может легко покинуть узилище.

Странно, но временами вспоминая те дни, которые он провёл с соблазнёнными им девушками, паладин не чувствовал никакого томления плоти, никакой тяги к женщинам, хотя в своих воспоминаниях он очень ярко и живо переживал всё заново. Хотя с другой стороны ничего странного в этом как раз и не было. Всё объяснялось очень просто, таким образом Свет говорил ему, что после ста лет верного служения ему Артору будет воздано за всё, за аскезу и смирение плоти, за скудную пищу и нестяжательство, за все его раны и тяжкие труды. Далеко ходить ведь не надо, у него было немало знакомых, которые, сбросив с себя вериги доспехов паладина, становились многомудрыми магами, женились и обзаводились домом полная чаша, в котором жили окруженные не одними только бабочками и щебечущими пичугами, но и детьми, также будущими паладинами и рыцарями.

Правда,

судя по всему Артору всё же была уготована несколько иная стезя. Быть ему ещё одним королём и породить тем самым восьмой правящий дом Славуридов. Про это ему не просто намекали более старшие по званию паладины, а говорили открыто, как о ещё одной важной миссии и служении во имя Света. В Империи Света множество миров, свыше трёх тысяч, а королевств в ней ещё больше, но далеко не все короли служат Свету. Подавляющее их большинство заявляет, что служит своему народу и это тоже служение Свету, хотя не прямое, а опосредованное. Вот только если король служит непосредственно Свету, то у него гораздо больше ответственности перед Храмом, а это о многом говорит. В таких королевствах на Тьму со всеми её "прелестями" люди заглядываются намного меньше. Да и порядка в таких королевствах в разы больше, равно как и прогресс ощутимее.

Что ни говори, а в Империи Света встречались разные миры, в том числе и весьма отсталые, в которых люди полагались на одну только магию и даже не пытались развить науку, как не подталкивали их к этому служители Храма Света. Артор дел-Славур как раз и был выходцем из чуть ли не самого "замшелого" мира, в котором люди не пользовались ни силой пара, ни электричеством, ни какими-либо другими несомненными благами науки. Тем самым они ослабляли себя перед полчищами сил Тьмы, которые пользовались отсталостью вооружения их армий самообороны. Зато чёрные маги полагались не только на мощь магии, но и на новейшие виды вооружения, созданные, разумеется, не без её помощи. Ударная армия Света, которой командовал командор-магистр дел-Славур, имела такое.

Артор допил воду, вложил кубок паладина в подсумок, где лежало пять больших плазменных фугасных гранат направленного действия, устало вздохнул и принялся пристально вглядываться в линзу магического перемещения. По иному телепортации. Она слегка выступала над поверхностью пола стального шагающего блиндажа и имела куда больший диаметр, чем все остальные. Четыре метра по сравнению с двумя с половиной остальных. Или двенадцать локтей. Не смотря на то, что он уже не был тем, прежним дремучим и отсталым кавалером Артором дел-Славуром, измерять расстояние в локтях ему было всё же привычнее, но скорее тем самым он просто цеплялся за родной Эолар, в котором родился и вырос, прежде чем, обратив наследство в звонкую монету, удрать в куда более развитые миры.

Синдар когда-то тоже был довольно отсталым миром, хотя и более развитым, нежели Эолар, но его родному миру повезло больше. Его правители всё же оказались куда более смекалистыми и пошли на то, что вооружили свои армии самообороны современным оружием, пулемётами, автоматами, танками, пушками и даже самолётами, хотя последними управляли исключительно одни только наёмники из развитых миров Империи. Это обезопасило Эолар от вторжения чёрных магов и защитило священные сосуды этого мира от наполнения чёрной магией. Правда, во всём остальном его мир так и остался сидеть в феодализме, в котором он погряз по самые брови. Но если честно, то как раз в этом ничего плохого не было.

В Империи насчитывалось крайне малое количество миров, которые не имели во главе короля или нескольких. Просвещённую монархию было насадить где угодно намного легче, чем создать подлинную Республику Света. Даже в тех, где действительно воцарился Свет, а не властвовала над людьми Тьма, имелось куда больше пусть и мелкого, но всё же зла и несправедливости, нежели порядка и добра. На любого, даже самого могущественного и волевого короля-мага в Империи быстро найдётся управа, а вот со всякими депутатами, парламентами, сенатами и президентами так просто не справишься. Приходится применять против них массовые репрессии, что уже плохо.