Девятый день
Шрифт:
Лес вдоль берега рос густой, но продраться сквозь него было можно.
Сэму пары не хватило, но он и не стремился идти с кем-то бок о бок. Двинулся в одну сторону с Ниной и Еленой: не хотелось идти рядом с Александром и Адамом, да и Марк с Тамарой ему не сильно нравились. Лучше уж эти кумушки-подружки.
Некоторое время шли втроем, но потом Сэм устал слушать их разговоры, отошел от женщин, вопреки советам Александра. Они и не заметили.
В лесу было темно и сумрачно. Ветки хватали за руки, дергали за волосы, а если их не придержать, хлестали по лицу, словно
Сосредоточившись, парень не сразу увидел просвет впереди. По всей видимости, там находилась поляна.
Вскоре лес поредел, деревья расступились, образовав почти идеально круглую лужайку. Сэму показалось, он услышал женский голос. София?
Парнишка выбрался из чащи, готовясь сказать девушке, что все ее ищут, чего она здесь забыла, заблудилась? У него мелькнуло в голове, что она может не понять его слов, но потом Сэм увидел… то, что увидел, – и мир перевернулся.
На земле лежала кукла. Большая, в человеческий рост, но при этом все равно странно короткая. На кукле было светлое платье в неопрятных разводах, испачканное чем-то красным; одна нога, обутая в бежевую туфельку, была согнута, вторая, босая, выпрямлена. Руки раскинуты в стороны, словно кукла делала гимнастику или собиралась кого-то обнять.
Сэм тяжело дышал. Чужак смотрел в дыру и хохотал.
«Это не кукла, болван», – кричал он.
Дождался момента, чтобы заговорить.
Да, Сэм видел теперь, что не кукла.
На земле, залитой кровью, лежала София. Крови было много, все кругом – красное, клюквенно-алое. Платье Софии, ее туфельки; ее стройные ноги, тонкие руки и красивое тело. Вот только…
– Голова, – прохрипел Сэм, – где же голова?
Он заметил движение на противоположной стороне поляны. Убийца, возможно, еще не ушел! Если Сэм слышал голос, значит, София только что была жива! Хотя, быть может, ему почудилось.
Сэм резко повернул голову и увидел, что чуть поодаль, спиной к нему стоит человек. Мужчина. Вернее, не стоит, а уходит с поляны. Миг – и мужчина скрылся за деревьями.
Кто это такой, Сэм не сумел рассмотреть, слишком быстро все случилось, разглядел лишь, что на нем было что-то темное. Вроде бы футболка или рубашка синего цвета.
Сэм попятился, хотя, наверное, храбрец на его месте бросился бы в погоню за преступником. Но Сэм не был храбрецом, ему было страшно, как никогда в жизни. В голове гудело, будто в дырах, проделанных злобным Чужаком, свистел ветер.
«Убийца знает, что ты его видел, – захихикал Чужак, – он обойдет поляну и набросится на тебя сзади! Чик – и твоя пустая башка тоже свалится с плеч».
Стоило Чужаку упомянуть голову Софии, как Сэм увидел ее. Она лежала за старым сухим пнем, закатившись за него, как самый ужасающий на свете мяч. Широко распахнутые тусклые глаза смотрели в небо, рот раскрыт, одна щека расцарапана.
Вдалеке
Сэм бросился обратно в чащу и, не разбирая дороги, побежал к догоревшему костру, к берегу реки, к людям. Правда, поначалу заплутал, рванул не в ту сторону, покружил по лесу, пока ноги сами не вынесли его куда надо.
Потрясенный, перепуганный, не замечающий, что вопит во все горло, Сэм ломился сквозь деревья и кусты, как лось, и, когда чудом отыскал-таки путь, вылетел на поляну, был весь исцарапан, исхлестан ветвями, будто неизвестный преступник покушался и на него.
Эдвард, стоявший возле воды, обернулся, и Сэм краем сознания отметил, что он улыбается – снова улыбается своей новой ледяной и вместе с тем безумной улыбкой. Больше никого не было, но вскоре остальные стали выбегать из леса, услышав крики Сэма.
– Она там! Я видел! – орал парень, стараясь перекричать голос Чужака, который нашептывал ему, что убийца – один из тех, кто плыл на катере, обзывал Сэма трусливым зайцем и добавлял, что он – следующая жертва, свидетель, от которого надо избавиться.
Сэм почти ничего не соображал, пока не почувствовал, как обожгло щеку. Тогда он перестал кричать и уставился на возникшую перед ним Тамару.
– Тише, тише, успокойся, – сказала она. – У тебя истерика.
Пожилая женщина обхватила Сэма за плечи.
– Ты меня слышишь? Кивни.
Сэм слышал. Кивнул.
– Вот и славно, – проговорила Тамара, усаживая его на поваленное бревно на краю поляны, – присядь, вот так. Дыши глубже. Кто-нибудь, дайте воды.
Ее заботливые руки пригладили его волосы, поднесли ко рту воду.
«Из Дуная, сырая. Пить опасно, но другой нет», – пронеслось в голове.
«Ничего, малыш! Если выпить воду, черепушка не отвалится», – заржал Чужак, и Сэма вновь затрясло. Перед глазами все кружилось, но он пытался сосредоточиться. Нужно рассказать, в чем дело, предостеречь!
Сэм облизнул сухие, колючие губы, стараясь смотреть прямо перед собой. Как выяснилось, все остальные собрались вокруг. Нина и Елена сидели на корточках перед Сэмом, мужчины стояли за их спинами.
«Я так кричал, что все услыхали и прибежали».
«И убийца прибежал, – давился смехом Чужак. – Готовься, малыш».
Сэм застонал.
– Можешь говорить? Скажешь, что случилось? – мягко спросила Нина.
– Ты что-то видел в лесу?
Это произнес Марк. Сэм поднял голову и посмотрел на него.
– София. Ваша невеста.
– Что с ней?
– Она мертва.
Люди ахнули – точно волна пронеслась.
– Я видел. Она в лесу, лежит на лужайке, – с усилием выговорил парень. Язык, как распухшая губка, еле ворочался во рту.
Сэму отчего-то захотелось спать.
– Ты уверен? – хором спросили Александр и Адам.
– Сэм, милый, скажи, пожалуйста, ты не мог напутать? Может, София без сознания, ей нужна помощь? – спросила Нина, не подозревая, насколько глупо звучат ее слова.