Девятый день
Шрифт:
Теперь этот человек выглядел сумасшедшим, как Шляпник. Волосы дыбом, лицо перекошено, губы трясутся. Одежда в грязи, одна нога босая, ботинок валяется под деревом.
– Зачем вы туда полезли? – еле выговорила Нина. – Марк! Вы упадете!
– Ты не видишь? – проскрипел Адам. Сорвал голос, пока звал их.
Александр только после его слов заметил, и ему стало дурно. Вокруг шеи Марка была повязана пестрая лента. Шарфик Софии, припомнилось Александру. Второй конец шарфа безумец привязал у основания толстенной ветки, на которую
«Виселица, публичная казнь», – мелькнуло в голове.
– Надо его остановить, – решительно произнесла Нина и двинулась вперед, но Марк закричал:
– Стой! Не подходи! Все стойте!
– Я пытался остановить, – по-прежнему сипло произнес Адам.
– Никто не должен двигаться с места!
Александр лихорадочно соображал, что предпринять. Уйти с поляны, обогнуть ее, зайти Марку за спину? Успеет ли Александр взобраться на сосну и отвязать импровизированную веревку (еще и таким образом, чтобы Марк ничего не заметил)? Очевидно, нет.
Но ведь нельзя же просто стоять и смотреть! Нужно попробовать сделать хоть что-то. Для начала стоит подобраться поближе к Марку.
– Поговори с ним, отвлеки, – вполголоса сказал Александр Нине, и она поняла, не стала переспрашивать.
– Послушайте, Марк! Видите, я стою на месте, не приближаюсь.
Она вскинула руки, тем самым переключив внимание на себя. Александр тихонько попятился. Нина продолжала говорить, Марк отвечал.
«У нас получается!» – порадовался Александр.
– Позвольте задать вам вопрос, всего один! Вы умный человек, добрый, вдобавок образованный, мне нужна ваша помощь.
– Помощь? – озадачился Марк. – Какая?
– Мы все в одинаковом положении, не знаем, как выбраться. Но мне показалось, вы поняли нечто важное об этом месте.
Марк вдруг начал смеяться. Крупное тело его сотрясалось, и Александр испугался, как бы он не свалился. Зато Марк не смотрел по сторонам, и Александру удалось скользнуть в кусты, двинуться по краю поляны к дереву, на котором сидел Марк.
– Пожалуйста, Марк, вы нас пугаете.
Смех оборвался, голос Марка сделался печальным и одновременно злым.
– Я пугаю? Нет, вас пугаю не я, а нечто иное. И да, вы правы, я-то понял! И вы поймете скоро, что мы все умрем один за другим.
– Нет, вы не… – начала Тамара, но Марк закричал:
– Только здесь я понял, как устроен мир! Мне сказали!
– Кто сказал? – услышал Александр голос Нины.
Марк проигнорировал.
– Все прочее было ложью, но теперь я знаю: Нижний мир существует! Бабушка была права. Он поет на разные голоса, он шепчет. Истина открылась!
Внезапно Марк умолк, и Александр остановился, пытаясь рассмотреть, что происходит. Безумец заметил его маневры по передвижению? Но нет, Марк
– Я все про вас знаю, про каждого. Всем найдется место в Нижнем мире.
– Марк, помните, я тоже говорила про Нижний мир, – выступила Тамара. – Я тоже про него слышала. Прошу, расскажите нам о нем! Что вам открылось?
Тамара поступает правильно: сообразила, что Нина отвлекает Марка, и приняла эстафету. Александр понятия не имел, о чем они говорят. Верхний мир, Нижний… Чепуха какая-то. Но это не имело значения. О чем бы ни болтали, лишь бы Марк сидел спокойно, позволил себя спасти.
Александр был совсем близко, и Марк, к счастью, его не замечал.
– Все умрут! – проорал сумасшедший. – Но можно спасти себя за счет других. Всегда есть те, кто едят, и те, кого едят. Я всю жизнь был травоядный. А София – хищница. Вы не смотрите, что она воздушная, хрупкая. Внешность всегда обманчива. – Внезапно Марк указал подбородком на Адама. – Вон наш удалой капитан, наш мачо. Знаете, кто он? Что любитель чужих невест, это понятно. Но он убийца! Настоящий убийца!
Лицо Адама исказилось. То ли Марк попал в точку, то ли слова были настолько несправедливы, что ударили в самое сердце. В любом случае, что-то за этим обвинением стояло, оно не было обычной пустышкой.
Александру оставалось пройти всего несколько шагов. Нина видела его, по ее лицу читалось, как сильно она переживает. Чего не скажешь про Софию, которая смотрела на бывшего жениха с холодной отстраненностью. Ей было все равно, погибнет он или нет.
– Ты не смеешь так говорить обо мне, – сквозь зубы проговорил Адам.
Марк неожиданно захихикал.
– Но ведь это хорошо, что ты уже убивал! Рука набита, как говорится. Сможешь сделать это снова. И спасешься. Так что ты, можно сказать, в лучшем положении.
Пока они смотрели друг на друга, Александр подкрался совсем близко, примериваясь, чтобы половчее взобраться на дерево. В эту минуту идея стала выглядеть дурацкой, невыполнимой. Ясно, что Марк заметит его, а еще может испугаться, услыхав позади себя шум, дернуться и свалиться.
Но все обернулось иначе.
Марк отвернулся от Адама, потеряв к нему интерес, и завертелся на ветке.
– А где белобрысый? Он был тут! Куда подевался?
Александр замер, боясь шелохнуться, но напрасно. Марк заметил его, стоявшего в двух шагах. В глазах мужчины появился такой ужас, какого Александр никогда, ни у кого раньше не видел.
Актеры пытаются изобразить страх, у многих неплохо выходит, но, как понял в тот миг Александр, подлинное чувство не подделать. Смертный ужас, который испытывает живое существо, понимая, что гибель неминуема, сочится из каждой клетки, каждой поры, выворачивает наизнанку черты лица, делая их неузнаваемыми, заставляет глаза вываливаться из глазниц.