Девятый талисман
Шрифт:
И гостеприимцы охотно раскупали товары. Новшества Лорда-Чародея, несомненно, привнесли приятные изменения. Меч вспомнил, что рабочие из дорожной бригады говорили тогда, в Безумном Дубе, что царь-жрец Ивового Берега был недоволен дорогами лишь до появления первого торгового каравана, после чего резко изменил свое мнение. Судя по всему — вполне обычная реакция. Гостеприимцы тоже в восторге от изобилия. Быть может, некоторые жрецы и маялись желудком и головными болями, а множество лерров лишились обиталища, но тем не менее эти дороги и впрямь радуют многих.
Меч поглядел на Летний Дворец, возвышающийся
Наверняка. Вряд ли этот базар расцвел за последние четыре дня. Предыдущее краткосрочное пребывание Меча в Зимовье попросту не совпало с базарными днями, но понятно, что торговля формировалась тут годами.
Меч еще раз обвел взглядом рынок, улыбающихся торговцев, смеющихся покупателей, посмотрел на местных женщин в новых шифоновых платках, на детишек, наслаждающихся неизвестными прежде сластями. Все они казались счастливыми, а Мечу редко доводилось видеть кого-то в Зимовье столь откровенно счастливым.
Это заслуга Артила. Артил привнес радость в их жизнь и буквально преобразил местных жителей.
Меч искренне понадеялся, что у него никогда не возникнет причины убивать человека, который сделал так много доброго.
Во всяком случае, сейчасу него точно нет причин. Лорд-Чародей не совершил ничего плохого, а значит, и Избранным нет нужды вступать в дело. Так что пора домой. Поправив на плече мешок, он зашагал к северу и почти уже выбрался с площади, когда вдруг замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.
Он путешествовал несколько недель и возвращаться домой с пустыми руками как-то нехорошо. Хотя бы матери надо принести какой-нибудь подарок. Меч повернулся к торговым фургонам.
Час спустя он снова шагал на север, но мешок его заметно потяжелел.
Красавица, к его удивлению, на стук не ответила. Меч поразмыслил, не подождать ли малость, но решил, что не стоит. Она может быть где угодно и вернуться через несколько дней, если не месяцев. Он двинулся прочь, оставив позади Зимовье, и заночевал в гостевом доме на краю городка Тенистые Деревья. К тому времени, как Меч туда добрался, он уже выдохся полностью, сил на осмотр городка не осталось.
Однако утром он обнаружил, что благодаря новым дорогам экзотические товары проникли не только в Зимовье, но и сюда. Нет, выбор, конечно, в небольшом городке был не столь богатым, но все равно есть что посмотреть. Он побродил немного, зашел, как положено, в местный храм и продолжил путь на север.
Когда Меч добрался до Большого Пруда, удивляться он уже перестал. Казалось, теперь в каждом городке и селении обретались торговцы со своими фургонами и телегами, продавая все — от обычного винограда до экзотических шелка и парчи или странных, ни на что не похожих морских существ, маринованных в пряном уксусе. Меч сначала не понял, для чего нужны эти создания, и лишь услышав объяснения продавца, как их нужно готовить, узнал, что это еда.
Из Большого Пруда он пошел дальше, через Каменный Мост и Ивовый Берег, и наконец дошел до Безумного Дуба, где обнаружил, что и сюда добрались торговцы, которые охотно меняют пряности и моллюсков на пиво и ячмень.
И повсюду покупатели восхищались новым Лордом-Чародеем,
Меч заметил, что дороги сделались более гостеприимными. Головокружение и легкая дезориентация, которые он ощутил, впервые ступив на дорогу, теперь почти исчезли. Судя по всему, лерры приспособились к новому раскладу — ведь по дорогам прошли десятки путешественников.
Меч слушал, смотрел и запоминал, и когда наконец, придя домой, смотрел, как мать перебирает пальцами несколько ярдов бархата и восхищается красотой ткани, он принял решение.
Даже если к нему явится весь Совет Бессмертных в полном составе и скажет, что Артил нарушил закон, даже если Лорд-Чародей и впрямь прикончит нескольких баламутов в процессе преобразования Барокана, даже если новый Вождь, кем бы она ни была, возжелает смерти Артила, не станет Меч его убивать. Этот человек и впрямь меняет старый уклад на нечто куда лучшее, пользующееся популярностью и улучшающее жизнь всех и каждого.
Нет, конечно, остаются границы, которые Лорду-Чародею лучше не переходить — уничтожить целую деревню, например, как сделал Темный Лорд с холмов Гэлбек. Короче, не совершать ничего настолько чудовищного, что перевесит очевидную пользу, принесенную им Барокану.
А значит, в Избранном Воине нет никакой нужды, и Меч может прожить остаток дней простым крестьянином, выращивая ячмень и бобы, если не случится чего-то совсем уж из ряда вон выходящего. Или пока Артил не умрет или не свихнется.
Он улыбнулся этой мысли, но как-то неуверенно, и улыбка быстро исчезла.
Глава 12
Холодный влажный ветер, дующий с западного холма, сметал листву в бурые кучки. Стояла поздняя осень. Меч сидел в павильоне, глядя на паршивую погоду и почти голые деревья, и думал, что вовсе не удивится, если посыплется первый снег. Хотя не сегодня, пожалуй. Еще слишком тепло.
Влажный воздух и темные тучи над головой ясно показывали, что скоро пойдет дождь. Меч прикинул, что, пожалуй, до темноты дождик не разразится. Лорд-Чародей, когда не находился в своем горном убежище, управлял погодой, а то, что дождь должен идти только по ночам — многовековая традиция.
Но этим летом традиция несколько нарушилась. Может, Артил и повелел леррам погоды вести себя как следует, только вот они не особо его послушались. Лето оказалось необычно жарким, и пару-тройку раз дождь лил днем. Некоторых это огорчило, но Меч, к своему изумлению, обнаружил, что ему такое даже нравится. Летние дожди — ласковые и освежающие, совсем не похожие на яростные шквалы, которые обрушивал на них Темный Лорд с холмов Гэлбек в попытке задержать Избранных.
Но затем поступили сведения, что Лорд-Чародей спустился из Верхнеземья в Зимовье, и погода снова наладилась.