Дезертир

Степанов Алексей

–  Не стреляйте!
– громко сказал Паля.

Снова перестроение. Теперь незнакомцы упали на землю, раскатились в стороны.

Мы нейтралы!
– повторил проводник, по-прежнему не двигаясь.

Лысый всхрапнул снова, даже пробормотал что-то.

–  Какие еще нейтралы?
– донеслось с площади.

–  Любые. Ты только не стреляй.

Тишина, потом негромкие переговоры пришельцев и шорох.

–  Встаньте, все. Оружие положите на землю. С поднятыми руками десять шагов вперед.

–  Действуй, Каша, - распорядился Паля.
– И разбуди

этого идиота, тащи с собой.

–  Кто это?
– тихо спросил Каша, толкая Лысого.
– Их вроде четверо.

–  Да хоть бы двое, не справимся. И потом, чего ради? Мы им не враги, это не группировка.

«Что за группировка?…» - хотел бы разузнать Каша, но его товарищ, кряхтя, поднялся на ноги.

Паля первым перешагнул через рюкзаки и широко поднял руки. Лысого действительно пришлось тащить: со сна бомж не желал понимать, что происходит, только блеял что-то жалобно.

Сбоку ударил свет - кто-то из незнакомцев успел отползти в сторону, теперь все трое стали легкой мишенью. Но выстрелов не последовало, рядом оказался человек. Высокий, в камуфляжной бандане, незнакомого типа автоматом в руках.

–  Кто старший?

–  Я, - Паля помахал поднятыми руками.
– Несем

груз от Червя к Клоуну. Детекторы, аптечки, батарейки, гравиперчатки, еще кое-что по мелочи.

Человек зашел им за спины, быстро покопался в рюкзаках и принялся ощупывать задержанных. Кинжал Каши покинул ножны, помятая зажигалка почему-то тоже показалась обыскивающему опасной.

–  Этот, в пальто - нормальный?

–  Нормальный, только мало что соображает. Обожгло его.

–  Выброс пересидел где-нибудь в стороне?
– хмыкнул незнакомец.
– Отбой угрозы! Сюда все.

Перед тем как погас свет, Каша успел заметить презрительную гримасу проводника. Паля явно оказался невысокого мнения о командире странной четверки.

–  Сами-то вы кто?
– спокойно спросил проводник.
– Клоуна люди или как?

–  Мы сами по себе. Сможешь к нему отвести?

–  Конечно, всемером доберемся. Тут недалеко… Сесть можно? Одноногий я.

–  Садитесь к стене. Диск и Рыжий, приглядывайте за ними и по флангам. Док, здесь не опасно переждать до рассвета?

–  Безопаснее, чем идти.

Тот, кого назвали Доком, присел рядом с Кашей, прямо на рюкзак, спиной к площади. Нагнулся, подцепил пальцем «Форт», ощупал.

–  У меня такой же был, - проговорил он хриплым говорком.
– Поначалу. Так себе, но лучше «ПМ». Сменяй или продай.

–  Я… Я не знаю… - промямлил Каша.
– Пусть проводник решает.

–  Проводник?
– Док похлопал Кашу по плечу.
– Сам ходить не можешь? Бедняга. Ну ничего, я тоже проводник. Мы луг все, по-вашему, проводники.

–  Это что значит, Док?
– спросил старший.

–  Это значит, что без своего приятеля парень шаг ступить боится. Психическое… Обычное дело в Зоне… Этот - вообще бомж, окурок, а не человек. Оружие давать нельзя. Ну, а ты… - Док закурил, отсвет зажигалки на миг высветил полное, заросшее рыжей щетиной лицо.
–

Ты кто будешь?

–  Человек без прошлого, - хмуро, с ленцой отозвался Паля.
– И без будущего. Оружие отдадите?

–  Утром, - решил старший.
– Если не будешь юродствовать. Вы стреляли около фермы?

– Нет.

–  А откуда шли?

–  Не твое дело, извини. От Червя к Клоуну, я же сказал. Зачем подробности, если ты Червя не знаешь? Если по пути - провожу.

Наступила довольно-таки напряженная тишина, Каша почувствовал, что старший этих людей сейчас пытается принять решение. Настоять на своем - или простить дерзость пленника? Голос старшего выдавал в нем человека, привыкшего командовать.

–  Ты его не терзай, Ворон, - посоветовал Док.
– Человек к Клоуну идет - вот и отлично. Пусть и идет себе дальше первым, а мы в кильватере. До червей нам дела нет.

–  Может, я сейчас хочу пойти!
– В голосе Ворона зазвенела сталь.
– И без него.

–  Ночью ходить - только патроны без толку тратить, я же предупреждал!
– начал заводиться и Док.
– Риска до фига, а продвигаемся еле-еле, от каждой тени шарахаемся. Сам только что решил заночевать - так не передумывай. Утром разберешься с ним. Слышь, земляк, как тебя звать?

На Кашу и Лысого, похоже, совсем перестали обращать внимание. Бомж уже свернулся калачиком и затих.

–  Паля, - спокойно ответил проводник.
– Разбираться со мной не нужно, я давно сам с собой разобрался.

У твоей ноги моя фляга стоит, дай, если что-нибудь осталось.

Док поплескал жидкостью в сосуде, понюхал и, прежде чем отдать флягу^, приложился к ней сам.

–  Это еще что?!
– Ворон, похоже, видел и в темноте.

–  Спокойно, старшой. Для проверки… - крякнул Док, утирая рукавом губы.
– Короче, мы встретили чужой караван. Редкость. Груз, конечно, можно забрать, только зачем он тебе сейчас? У Клоуна можешь купить, он первый барыга в этих краях. Червь - еще какой-нибудь торгаш, помельче. Не влезай в чужие разборки. И этих лучше не трогать -шли и пусть идут. Паля, а зачем ты бомжа тащишь? Или тут прибился?

–  Рюкзак надо кому-то нести? Пускай прет, пока здоровья хватает.
– Паля допил остатки виски и заворочался, устраиваясь на ночлег.
– Извините, ребята, но без оружия нам глаза мучить ни к чему. Спи, Каша.

–  Может, я тоже прилягу?
– тут же предложил Док, ставший Каше уже симпатичным.
– До рассвета далеко.

Прежде чем ответить, старший выдержал паузу, -видимо, для пущего авторитета.

–  Ложись. Рыжий, отбой. Разбужу через пару часов. Каша положил тяжелую голову на собственное плечо и почти мгновенно уснул. На душе у него стало спокойнее: эти люди походили на нормальных более всех, прежде встреченных им в Зоне. Ворон - так тот вообще словно офицер из спецбатальона, такой же дурак. Будто мирной жизнью пахнуло, хотя по сути это была лишь пороховая гарь фронта. Но фронт - не тыл врага, в конце концов.