Диалог

Березин Алексей

— Ну, ага! А мое желание как же?

— Ты же сама только что хотела, чтобы Сашка тебя любил. Ты его желание спрашивала?

— Но я же ему нравлюсь!

— Но он же тебя не любит?

— Ну, как не любит, если я ему нравлюсь!

— Ты же мне сама сказала. С чего разговор-то начала? Забыла?

— Ой…

— Вот тебе и «ой».

Так что же мне делать?

— Не знаю…

— Вот и я не знаю.

— Как же ты не знаешь? Ты же все знаешь?!

— Все знаю, а как с вами быть, не знаю. Это уж вам самим решать.

— И ничего нельзя сделать?

— Сделать-то можно, да только всем все равно не угодишь. Вы же не куклы, вы ведь живые. Вы сами влюбляетесь — я не помогаю.

— Никогда-никогда?

— Никогда-никогда.

— Я думала, ты поможешь…

— Влюбиться? Или Сашку в тебя влюбить? Так ведь моя помощь для этого не требуется.

— А как тогда?

Улыбаюсь.

— Я? Я сама должна?

— Конечно. Видишь, вот я тебе и помог.

— Но я же так и не знаю, что мне делать! Как быть-то, хоть посоветуй?

— Люби. Просто — люби.

— Кого? Сашку?

— А кого ты хочешь любить?

— Сашку.

— Тогда — Сашку.

— А он? Он будет меня любить?

— Это уже от него зависит. И от тебя, наверное, отчасти.

— А если нет?

— Тогда только ты будешь его любить. Разве этого мало?

— Не знаю… А как же можно любить, если тебя не любят?

— А как тебя Петя любит? Вот так и можно.

— Но это же нечестно!

— Почему?

— Ну, как!.. Я же не виновата, что Сашка меня не любит! И Петька тоже не виноват, что… что я… Вот ты скажи, почему все не могут быть счастливы?

— Почему же не могут? Могут. Просто большинство сами не знают, что для них счастье. Кто для них — счастье.

— И как же узнать? Что делать, чтобы узнать?

Снова улыбаюсь.

— Ну, чего же ты молчишь? Как узнать?

Ничего не отвечая, промакиваю

ей глаза платком, вытираю размазавшиеся тени. Вот, так-то лучше.

— Ты мне все уже рассказал, да?..

— Да.

— Это и есть то, что надо для счастья? Просто любить?

— Это главное.

— А если я буду любить… Если постараюсь изо всех сил — у меня будет все хорошо?

— Посмотрим.

— Ну, ты хоть намекни!

— Не могу. Сама все узнаешь, когда время придет.

— И даже совсем-совсем не подскажешь?

— Совсем-совсем.

— А если я не сумею полюбить? Что, если я не справлюсь?

— Все умеют любить. Главное — найти любимого человека. Вот и ищи.

Она ненадолго замолкает, только всхлипывает чуть. Потом снова поднимает личико.

— А с Сашкой все будет хорошо? Или тоже не скажешь?

Я пожимаю плечами.

Они такие разные. У каждого свои мечты, свои желания. Кто-то знает, чего хочет, а кто-то понятия не имеет. Кто-то уже нашел свое счастье, а кто-то никогда не найдет.

Конечно же, этого мало для счастья — просто любить. Любовь — не волшебная палочка. Она ничего не способна изменить в судьбе. Это всего лишь прекрасное чувство, самое лучшее из всех — как картина может быть прекрасней всех, висящих по соседству, или одна мелодия лучше других, или запах приятнее прочих. Но запах или музыка ничего не меняют.

Просто лучше жить среди цветов, чем среди чертополоха. Лучше есть вкусную еду, чем объедки. Лучше жить с любовью в сердце, чем с разочарованием.

Жизнь человека слишком коротка, чтобы быть несчастным. Счастье не приходит извне, и никто не способен дать человеку счастья — это его внутреннее состояние, и только лишь ради ощущения счастья человек существует. А в чем больше счастья, нежели в любви?

— Ты, главное, люби, — повторяю я. — Просто люби, девочка. Других правил нет.

И ухожу.