Диалоги
Шрифт:
Сократ.Понятно ли нам теперь, что вытекает из этого рассуждения?
Протарх.Вполне: были предложены три жизни, причем из первых двух ни одна не оказывается достаточной и заслуживающей выбора как со стороны людей, так и со стороны животных.
b
Сократ.Неужели еще не ясно, что по крайней мере из этих двух жизней ни одна не владеет благом? Ведь если бы какая-нибудь из них владела им, она была бы достаточной, совершенной и заслуживающей выбора со стороны всех тех
c
Протарх.По-видимому, это так.
Сократ.Мне кажется, из сказанного достаточно ясно, что Филебову богиню [19]не следует считать тождественной с благом.
Филеб.Но ведь и ум, о котором ты говоришь, Сократ, не есть благо и заслуживает, надо полагать, тех же самых обвинений.
Сократ.Мой-то, пожалуй, Филеб; однако он, думаю я, не есть истинный и вместе с тем божественный ум, а имеет некоторые иные свойства. Я отнюдь не оспариваю у смешанной жизни первой победной награды в пользу ума;
d
но нам нужно рассмотреть и обсудить, как следует поступить со второй наградой: быть может, отыскивая причину [благости] этой смешанной жизни, один из вас сочтет ею ум, другой же – удовольствие, и, таким образом, хотя ни то ни другое не есть благо, все же кто-нибудь сможет, пожалуй, принять либо то, либо другое за причину блага. Тут я готов еще ожесточеннее сражаться с Филебом, говоря, что в смешанной жизни – чем бы ни было то, благодаря чему эта жизнь стала достойной выбора и вместе с тем хорошей, – не удовольствие, но ум более сроден благу и более подобен ему.
e
На этом основании справедливо можно было бы сказать, что удовольствию не принадлежит ни первое, ни даже второе место; оно далеко и от третьего, если только мы должны хоть сколько-нибудь верить теперь моему уму.
Протарх.И действительно, Сократ, мне теперь кажется, что удовольствие падает, как бы пораженное твоими рассуждениями; в самом деле, в борьбе за победные трофеи оно оказывается поверженным [20].
23
Да и об уме следует, по-видимому, сказать, что он поступил благоразумно, не предъявив притязаний на победную награду, ибо и с ним случилось бы то же самое. Что же касается удовольствия, то, лишенное даже второй награды, оно окажется совсем обесчещенным в глазах своих поклонников, потому что даже им оно перестает казаться прекрасным.
Сократ.Так что же? Не лучше ли оставить удовольствие в покое и не огорчать его, подвергая столь тщательному испытанию и изобличению?
Протарх.Пустое ты говоришь, Сократ.
Сократ.Уже
b
Протарх.Не только поэтому, а еще и потому, что никто из нас тебя не отпустит, прежде чем ты не доведешь до конца этого рассуждения.
Сократ.Ой-ой. Протарх! Значит, предстоит еще длинное и, пожалуй, не очень-то легкое рассуждение. Выступающему в защиту присуждения второй награды уму нужен, видно, другой прием; ему, пожалуй, нужно иметь еще и иные стрелы – не те, что применялись в прежних рассуждениях. Впрочем, некоторые стрелы могут оказаться теми же самыми. Разве ты не согласен?
Протарх.Как не согласиться?
Сократ.Попытаемся же осторожно установить исходный пункт этого рассуждения.
c
Протарх.О каком исходном пункте ты говоришь?
Сократ.Все ныне сущее во Вселенной разделим надвое или лучше, если хочешь, натрое.
Протарх.Объясни, на каком основании?
Сократ.Хорошо. Возьмем некоторые из наших положений.
Протарх.Какие?
Сократ.Выше мы сказали, что бог указывает то на беспредельность существующего, то на предел.
Протарх.Совершенно верно.
Сократ.Итак, допустим, эти два рода, третий же составится из смешения их воедино. Ну, не смешной ли я человек – со всеми этими подразделениями на роды и подсчеты?
d
Протарх.Что ты хочешь сказать, любезнейший?
Сократ.А то, что, как мне кажется, нужно прибавить еще и четвертый род.
Протарх.Скажи какой.
Сократ.Обрати внимание на причину смешения трех родов и считай ее четвертым родом.
Протарх.Не понадобится ли тебе еще и пятый род, способный производить различение?
Сократ.Быть может; но теперь по крайней мере я об этом не думаю. Если же будет нужно, то, я надеюсь, ты позволишь мне искать и пятый.
e
Протарх.Почему же не позволить?
Сократ.Сначала мы отделим от четырех три рода. Затем два из них – принимая во внимание, что каждый рассечен и разорван на множество частей, – вновь сведем к единству и попытаемся понять, каким образом оба они – и единство, и множество.
Протарх.Если бы ты выразился яснее, я, может быть, и мог бы следовать за тобой.
24
Сократ.Прежде всего допущенные мною два рода тождественны с теми, которые были обозначены только что – один как беспредельное, другой как имеющий предел. Я попытаюсь разъяснить, каким образом беспредельное есть в некотором смысле множество, с пределом же мы подождем.