Дикарь
Шрифт:
«Люди, покупающие взрослых детей, выиграют», - подумал Джек, когда полное понимание того, для чего его «готовили», захлестнуло его одной тошнотворной волной кроваво-красного цвета. Вся его жизнь, каждое мгновение, были ради этого…
«Если я не придумаю, как нам с Харпер выбраться отсюда, тогда сотни других детей пройдут через те же страдания, что и я. За ними также будут наблюдать, их также будут обманывать, использовать или просто оставлять умирать в одиночестве».
Он
Глава сорок восьмая
Наши дни
– Харпер, ты здесь?
– Лори толкнула дверь, которая уже была слегка приоткрыта, и прошла в квартиру Харпер. Она заходила медленно и осторожно, волнение и неприятное предчувствие волной захватили её.
– Харпер, - снова позвала она, - Это Лори Галлахер.
Маленькая однокомнатная квартира была чистой и опрятной, кровать была заправлена красивым покрывалом, обувь выстроена в ряд у двери. Несмотря на беспокойство, которое Лори испытывала, обнаружив, что дверь открыта и никого нет дома, она улыбнулась, видя, что Харпер наполнила свою маленькую квартиру уютом и теплом. Квартира была милой, даже очаровательной, хоть и сдержанной, совсем как девушка, живущая в ней. Девушка, с которой Лори чувствовала душевную связь.
Она прошла в маленькую кухню, поставила пакет с продуктами на столешницу.
«Кто сможет найти время ходить по магазинам или готовить, когда в твою жизнь врывается столь противоречивая личность, как Джек?», - подумала Лори.
Она знала, что Джек пробудет в офисе шерифа ещё пару часов, поэтому решила купить что-нибудь вкусненькое, чтобы немного приободрить ребят. Когда она услышала о шахте, о немыслимых вещах, найденных там… Ей просто нужно было что-то сделать. В основном Лори хотела, чтобы Харпер и Джек знали - они не одни.
Лори начала разбирать покупки.
Время шло, но Харпер не возвращалась, поэтому Лори все сильнее беспокоилась.
«Может, она ушла к соседке? Вряд ли бы она оставила дверь открытой, если бы собиралась уйти надолго, - размышляла Лори, а потом упрекнула себя: - Ты слишком мнительна».
Возможно, в ней говорила материнская забота с примесью горького, мучительного опыта прошлого. Она сразу начинала думать о худшем, когда дело касалось близких и дорогих её сердцу людей.
На краю стола лежал блокнот, и она подошла к нему, желая оставить записку.
Она медленно сложила записку, убрала в карман, и выбежала из квартиры Харпер.
Через сорок пять минут она подъезжала к своему дому, а ещё через двадцать секунд уже вбегала внутрь.
– Марк?
– крикнула она, бросая сумочку и ключи на столик в холле.
– Марк?
– Привет, - сказал Марк, выходя из кухни.
– Что-то случилось?
– Я тебе звонила, - сказала она, когда он встретил её в холле.
– Чёрт, я должно быть забыл включит звук на телефоне. Извини. Я только приехал из больницы. У Холстона Фэрбенкса случился сердечный приступ.
Лори остановилась, её глаза расширились.
– У Хэлстона Фэрбенкса случился сердечный приступ? Боже мой!
– она покачала головой.
«Это может подождать».
Она достала из кармана листок и протянула Марку.
– Я нашла это в квартире Харпер. Она оставила его для Джека. Она… в этом нет никакого смысла.
– Лони помолчала.
– Ведь так?
Марк быстро прочёл записку, наморщив лоб.
– Убил Дрисколла? Водопад Эмити? Они… сбежали вместе?
– Ты много разговаривал с Джеком. Есть ли в этом какой-то смысл?
– Её сердце забилось быстрее.
«Может быть, я просто не хочу, чтобы это оказалось правдой? Это только моя привязанность говорит во мне, пытается убедить, что два человека, которые так внезапно стали дороги мне, не могли просто взять и уйти?»
Марк покачал головой.
– Нет. Я брал у Джека показания.
– Он наморщил лоб, словно размышляя, не солгал ли Джек каким-то образом.
– Нет. Это не похоже на правду. Но Харпер не отвечает на звонки… я не смог до неё дозвониться. Джек, возможно, винит себя… думает… что он каким-то образом повинен в сердечном приступе своего деда. Очень может быть, ведь именно Джек нашёл Фэрбенкса и предупредил семью. Но это?
– Он поднял записку.
– Вряд ли. Но, мог ли он, например, поймать попутную машину и поехать к водопаду?