Дикарь
Шрифт:
Он потянулся к Щенку, глубокая печаль сжала его сердце, когда он понял, что его там нет. И больше никогда не будет.
Его ноги коснулись холодного пола, и он осторожно подошёл к заднему окну, вглядываясь в заснеженный, залитый лунным сиянием лес. Яркий свет внезапно ослепил его. Джек вздрогнул и прикрыл глаза рукой. Он резко присел, его ладони сильно ударились о подоконник, и он застонал от боли.
С минуту он прятался под окном, сердце громко стучало, отдаваясь в ушах, голова шла кругом.
«Откуда
…Ты умрешь сегодня?
«Нет!»
Джек собрал всю свою храбрость и поднял голову, выглядывая из—за подоконника, когда свет стал не таким ярким. За окном стоял человек.
«Женщина», — подумал он.
В руке она держала неизвестный предмет, от которого исходил луч света.
Широко раскрыв глаза и дрожа от страха, Джек смотрел, как незнакомка подошла к соседнему окну и заглянула внутрь. Она постучала по стеклу, и хотя звук было довольно тихим, Джеку он показался барабанным боем, смешивающимся с бешеным биением его сердца.
Женщина отступила назад, разглядывая дом, выглядела она при этом растерянной не меньше Джека.
Джек наклонился ближе, пытаясь получше её рассмотреть. Оружия не было, только большая сумка висела на плече. Она посмотрела в одну сторону, затем в другую, оглянулась назад, прежде чем вернуться к окну, под которым прятался Джек, и снова тихонько постучала.
Он повернулся, прижимаясь спиной к стене, а тихое постукивание продолжалось. Несколько минут он неподвижно сидел и ждал, в надежде, что женщина просто уйдет. Но вместо этого незнакомка начала стучать громче.
— Пожалуйста, впусти меня.
Она казалась испуганной и крайне взволнованной.
«Что, если ей нужна помощь? Что, если она потеряна и одинока, как тот мальчик со светлыми волосами?»
Джек посидел ещё несколько секунд, нервничая, неуверенный и испуганный, прежде чем, наконец, встать и посмотреть на неё через окно.
Она посмотрела в ответ, подняв руки в успокаивающем жесте.
— Что вам нужно?
Она шагнула вперед, всхлипнула и положила ладони на стекло.
— Это ты. — С негромким стуком она уперлась головой о стекло. — Пожалуйста, впусти меня. Здесь так холодно, и я просто хочу… Я просто хочу поговорить с тобой. Пожалуйста.
Джек помедлил ещё секунду, но всё же протянул руку и медленно поднял стекло.
— Кто вы?
Женщина улыбнулась, слёзы блестели в её глазах. Она переступала с ноги на ногу, нервно провела рукой по шее, всхлипнула и вытерла нос рукавом. Затем вновь оглянулась по сторонам и полезла в окно, хотя Джек ее не приглашал.
—
Джек решил, что она боится, что внутри есть кто-то ещё, кто может причинить ей вред.
— Да. Здесь только я.
Она кивнула и перевела дыхание.
— Я оставила машину у дороги и пошла сюда. Я подошла к задней части дома на случай, если за главным входом следят.
«Следят?»
За ним никто не следил. Неужели эта женщина ведет себя так подозрительно и осторожно из-за войны?
Джек отступил назад. Женщина быстро закрыла окно, повернулась и начала внимательно рассматривать Джека, медленно переводя взгляд от волос к лицу. Она снова улыбнулась, встретившись с ним взглядом. Это была привлекательная женщина, с длинными черными волосами и гладкой загорелой кожей, но глаза у неё были красные и воспалённые, и она всё время немного подёргивалась и странно жестикулировала, как будто с ней было что-то не так.
— Посмотри на себя, — сказала она, её глаза были полны слёз. — Ты такой красивый. Я надеялась, что ты будешь похож на него, и ты похож.
Джек нахмурился, смущённый и встревоженный, и всё ещё нервничающий.
— Кто вы? — снова спросил он. — Что вам нужно?
Женщина подошла ближе, и Джек рефлекторно сделал шаг назад, несмотря на то, что он был больше и сильнее, невысокой, хрупкой женщины, стоявшей перед ним.
Она протянула руку, пытаясь коснуться его лица, но он отстранился.
«Нет!»
Слеза покатилась по её щеке, и она опустила руку.
— Я — твоя мама.
Джек потрясенно замер.
— Моя мама? Как… у меня нет матери.
Женщина снова подошла ближе, и на этот раз он не отступил.
«Его мама?»
— Конечно, у тебя есть мама. — Она снова резко почесала шею, а затем потрясла головой, будто пытаясь прояснить мысли. — Это я. Я знала, боже, я знала, что не должна была отдавать тебя ему. Но у меня не было выбора.
Её лицо исказила гримаса боли, и она начала плакать, но вскоре остановилась.
— Я думала, тебе будет лучше с ним. И он заботится о тебе, я это вижу. — Она оглядела хижину. — Ты в безопасности, верно? Тебе здесь хорошо? Тепло?
Джек на мгновение задумался и неуверенно кивнул.
— Мне тепло. Но никто не заботится обо мне.
«Я сам о себе забочусь».
Женщина — его мать? — наклонила голову, дергаясь и снова почесывая шею.