Дикарь
Шрифт:
Поэтому, подойдя к алтарю, я лихорадочно вспоминал, кто же там самый крутой бог у германцев. Тевтат? Нет! Это у галлов, именно его поминала Ямила. Кажется, Розмари как-то упоминала Вотана…
Задрав голову кверху, я, старательно скрывая раздражение, произнес:
— О, великий Тевтат! Ты повелеваешь молниями или чем там еще. Даруй мне толику своей силы, чтобы я мог выжить и вернуться домой!
Несколько секунд ничего не происходило и я уверился, что зря потратил время. Неожиданно небольшой вещевой мешок за плечом мелко завибрировал.
Есть
Системное сообщение заставило меня замереть. Что еще за атрибуты чуждых божеств?
Вещмешок снова завибрировал и тут до меня дошло. Амулеты! Порывшись в инвентаре, я достал амулеты Марса и Афины, серебряный и золотой, шагнул вперед и положил на холодную шершавую поверхность алтаря.
Пламя свечей резко взмыло вверх, достигнув потолка и я отшатнулся. Потом резко вернулось вниз, сменив цвет на алый. Медальоны на алтаре начали стремительно краснеть, словно брошенные в доменную печь. Секунд через пять металл не выдержал и потек.
— Великий Вотан! — ахнула Розмари. — Он откликнулся!
Кажется, она сама не особо верила в подобное.
Тем временем медальоны полностью потеряли форму, превратившись в две раскаленные лужицы, но это оказалось лишь начало. Алтарь начал разгораться желтым светом и у меня возникли серьезные опасения за его сохранность. Две капли, золотая и серебристая, пришли в движение, устремились друг к другу, смешались. Этот сплав стал обретать круглую форму, на которой проступили силуэты двух воронов. Через минуту свет погас и на алтаре остался лежать необычный желто-серый медальон, на котором красовалось рельефное изображение двух черных воронов.
Получена новая особенность Отмеченный Вотаном. Дипломатия при общении с германцами, кельтами и иберами повышается на 10. Дипломатия при общении со жрецами германского и кельтского и иберского пантеонов повышается на 15. Дипломатия при общении со жрецами римского и греческого пантеонов понижается на 5.
Неслабый такой бонус! И пусть есть небольшой негативный эффект, но он касается только жрецов, а не простых римлян и греков. А что там за медальон?
Я осторожно приблизил к нему руку, готовясь отдернуть в любой момент. Но металл оказался удивительно холодным.
Амулет воронов Вотана. При ношении повышает Интеллект и Духовность на пять очков. Дает навык «Уязвимые точки».
Ай да Ганнон, ай да сукин сын! Вроде бы безобидный квест, который вылился в целую гору плюшек. Что там, кстати, за навык?
Я надел на шею медальон и заметил, как он трижды мигнул красным в такт биению моего сердца.
— Кристина, расскажи про навык «Уязвимые точки».
Данный навык потребляет максимальный запас веры игрока, независимо от его абсолютного значения. Может применяться один раз за бой. После активации в течение 90 секунд все успешные удары гарантированно наносят критический урон.
Не в силах сдержаться, я восхищенно присвистнул и
— А как мы тут оказались? — я удивленно встряхнул головой.
Виллар пожал плечами.
— Ты просто молча вышел из храма, проигнорировал жреца, поинтересовавшегося, что там произошло, и вышел. Ну а мы за тобой.
Я поморщился. Вот что значит эйфория. Но квест торгаша-то никуда не делся! надо как-то раздобыть это ослом отлюбленное ожерелье.
— У кого есть мысли, как нам развести жреца на бирюльку? У него же на морде написано, что врет.
— Конечно врет. — Виллар был само спокойствие. — А насчет ожерелья…
И тут ворюга достал из кармана ниточку с нанизанными на нее мелкими черными жемчужинами. Оставалось только догадываться, когда и где он умудрился его раздобыть.
— Но как?
— Жрец был сильно занят разговором с тобой и ощутимо напрягся, когда ты спросил, где сейчас ожерелье. Поэтому я нарушил твой приказ и проверил его карманы. Можешь приказать мне полететь, я готов понести наказание.
Полететь?… Ааааа, я уж и забыл про это. А он, судя по всему, так и не понял, что это была шутка. Ну и хрен с ним, главное, что можно спокойно возвращаться к Ганнону, получать свой опыт и награду.
Дорогу я запомнил, так что уверенно миновал Внешнюю стену и стал спускаться вниз по улице, в сторону рынка. Периодически поглаживая медальон и лыбясь, словно блаженный. Наша дорога как раз пролегала мимо каких-то нежилых построек, так что навстречу попалось лишь два прохожих, которым я улыбнулся от уха до уха.
Раздавшийся сзади топот и крики «подождите» вернули меня с небес на грешную землю. Как показывает практика, в Ареале если кто-то что-то от меня хочет — это почти всегда заканчивается дракой. Но не в этот раз. К нам бежал давешний лысый жрец. Что важно, бежал один, а не в кампании десятка мордоворотов. Ну, тогда можно и поговорить.
Поравнявшись с нами, жрец без предисловий перешел к делу:
— Вот как вы отплатили мне за гостеприимство?!
Я состроил максимально невинную рожу, на которую способен, хотя в голове прозвенел тревожный звоночек:
— О чем это вы уважаемый, не возьму в толк?
— Вы пришли в храм, воспользовались моей добротой, испортили алтарь, который теперь не принимает подношения для Эшкара и от него веет чуждой магией, так еще и обокрали меня?
Испортил алтарь? Хороший вышел ритуал, ничего не скажешь. Ну да и хрен с ним, не единственный же он у них, в конце концов.
— На алтаре я просто помолился своему богу. Могу напомнить, что вы сами мне разрешили. А обвинение в воровстве сколь тяжкое, столь и абсурдное. А что у вас пропало, позвольте спросить?