Дикарь
Шрифт:
– Что значит, тот самый Лангранж?
– вдруг спросил он. – Ты сказала так про… своего мужа.
Линк унеслась вперед, бормоча что-то под нос и чертя на земле сухой веточкой рисунки.
– Ты и вправду не слышал? – буркнула я.
– Гордон Лангранж. О нем даже написали в Большом Собрании Магов. Он остановил наступление эйлинов семь лет назад. Разорвал дорогу возле Багровой Скалы. Неужели не знаешь?
– мужчина смотрел на меня не мигая, и на миг стало не по себе от этого мертвого взгляда.
– Эйлины? О них ты ведь слышал? Те, что прошли сквозь королевство! Ну, те самые!
Шерх не реагировал, и я нахмурилась. Что это с ним? Не может же Хенсли не знать об эйлинах! Все о них знают! Вернее, знают, что они есть – ужасные и могущественные, проложившие дорогу, на которой до сих пор находят магические осколки. Люди не знают, зачем и куда они идут, лишь радуются каждый раз, что могут остановить этих ужасных созданий. Последняя дорога эйлинов, семь лет назад, говорят, была ужасающей. В газетах писали, что их лица столь кошмарны, что воины королевства плакали кровавыми слезами, увидев. Я в то время была подростком, мечтала о зеленом платье из магазина на Звездной Аллее, собирала картинки с лицами великих магов и знать не знала об угрозе , нависшей над королевством. Дорога пролегла далеко от Кронвельгарда, а все случилось так быстро, что столичные жители и осознать эту угрозу не успели.
– Остановил эйлинов? – наконец отмер Шерх. Моргнул тяжело, словно даже это простое движение век далось ему с трудом. Словно весь он застыл, закоченел настолько, что приглядись - и увижу вместо зрачка кристалл льда. – Гордон Лангранж? Твой муж?
– Ну да, - я привыкла, что это шокирует. Сама поверить не могла, когда узнала.
– Это он тебе сказал?
– с какой-то странной, скрипучей интонацией спросил Хенсли.
– Истра Элеонора. По секрету. Понимаешь, – пожала я плечами, – ордон не желал говорить о том дне. оворил, что он был ужасным. Слишком тяжелым, чтобы вспоминать и рассказывать… Но все равно все знали, да и в Собрании написали вот…
Я осеклась, потому что Шерх откинул голову и рассмеялся. Вот только мне стало жутко от этого звука.
– Что смешного? – растерялась я.
Он мотнул головой, откидывая темные волосы, упавшие на лицо.
– Значит, Гордон Лангранж остановил эйлинов? – давясь звуками, произнес он.
– Ну да.
– Охренеть, - резко оборвав смех, произнес Хенсли.
И, развернувшись, пошел к дому, засунув руки в карманы своей куртки. Я посмотрела на его спину. Кажется, я шокировала мужчину. Может, он никогда не слышал об эйлинах? Странный он все-таки…
– Софи, Софи! – крикнула Линк, и я мигом забыла о непонятном соседе. Подхватила юбки и в несколько шагов оказалась возле девчушки, что прижимала к себе какую-то грязную бежевую шкурку.
– Ко мне пришел Ушастик! – счастливо выдохнула Линк, сияя глазами. Я охнула, пытаясь рассмотреть шкурку внимательнее. При ближайшем осмотре это оказался лисенок фенек, маленький, худой, с вылезшей клоками шкурой и слезящимися черными глазами. Самым примечательным в тощем тельце оказались уши - они были больше головы. Кривые лапки не держали тельце: стоило Линк поставить зверя на землю, как тот свалился, распластавшись.
– Только
– Надо пристрелить,чтобы не мучился, - прозвучал над головой равнодушный голос Шерха. Глаза Линк наполнились слезами, и я кинула на дикаря гневный взгляд.
– Думай, что говоришь, Хенсли, – прошипела я, косясь на Линк. Не хватало еще, чтобы этот гад напугал девочку.
Мужчина безразлично пожал плечами, но на него я уже не смотрела.
– Это мой Ушастик, - слез в глазах Линк стало больше.
– Он пришел ко мне! Он мне верит!
– Не плачь, мы ему помож ем, – ласково улыбнулась я, уже смирившись с очередным питомцем в нашем доме. Похоже, это просто рок какой-то! Покосилась на тушку зверька, надеясь, что тот ещё жив. Выглядел он так, словно успел сдохнуть по дороге. – Ну же, милая, откуда слезы? Разве Ушастик должен их видеть? Он может испугаться.
Линк торопливо отерла лицо, а я снова вздохнула.
– Давай дадим ему молоко, кажется, в доме осталось немного.
– Ушастик поправится! – Линк на миг приалась к моим ногам , а потом осторожно подхватила фенека и понесла к дому.
– Глупо ее обманывать, - тихо сказал Шерх.
– Зверь не жилец, к утру точно сдохнет. И как ты будешь объяснять это девчонке?
– Мы хотя бы попытаемся его спасти! – огрызнулась я. – ты готов пристрелить животное, даже не попробовав!
– Глупость, – оскалился Хенсли.
– Идиотская надежда, София. Лучше бы ты научила девочку принимать правду. Этот мир жесток, полудохлые лисы в нем становятся просто дохлыми.
– Катись к жротам, – от души пожелала я и решительно потопала вслед за Линк.
ГЛАВА 15
Несколько дней выдались удивительно спокойными. Шерха мы с Линк почти не видели, лишь пару раз я заметила его фигуру, уходящую в сторону гейзера. го половина дома стояла темная и казалась замершей.
Но думать о дикаре мне было некогда, в срочном порядке я пыталась сделать наше жилище хоть немного пригодным для жизни. На второй этаж я так и не решилась подняться, напротив – порадовалась, что лестница завалена вещами. Зато первый эта отдраила до блеска, натерла воском старый паркет и начистила потускневшие лампы.
После дня пробуждения источника природа словно встрепенулась,и весна – яркая, солнечная, пряная - вдруг неудержимо хлынула на землю Ированса. Первым зацвело миндальное дерево, растущее возле террасы. Мы вышли утром, зевая и потягиваясь, и застыли, открыв рты. Я никогда в жизни не видела такого чуда. Дерево стало похоже на бело-розовый зефир,такое же воздушное, ароматное и невероятно красивое. Нежные цветы окутывали ветви сплошным покрывалом, я даже глаза протерла, не веря им.
Миндальное дерево словно послало душистый сигнал,и следом за ним полезли из земли травинки, а на ветвях – цветы и листья. Воздух наполнился запахами: сладкими, острыми, пряными, а земля как-то разом скрылась под разноцветным ковром всех оттенков. Виоград и дикая роза, что оплетали Оливковую рощу, налились живым соком и укрыли стены темно-зелеными с бурыми крапинками листочками.