Дикарь
Шрифт:
Я срываюсь, дергаю свою одежду… Кожа к коже, как тогда – в поле… Проникновение, пытаясь удержаться на краю… И ее рывок ко мне, ее ногти, вцепившиеся мне в спину. Это лучше, чем я запомнил. Это гораздо лучше, чем я мог представить. Это идеально настолько, что я уже ничего не понимаю, кроме необходимости дойти до завершения…
Своим совершенством рыжая убивает меня…
***
Круги и звезды сменяются фейерверком. мой стон – воплем, чего я сама от себя не ожидала. Я никогда не кричала с мужем. А сейчас не могу удержать эти порочные звуки и вижу, как искажается лицо Шерха, когда он слышит их. Ему нравится. Нравится то, что он делает со мной, то, что я делаю с
Насмешливая улыбка Сандэра Лангранж сменилась яростной дикостью Шерха Хенсли. Духи, он даже укусил меня! Переверул, придавил к кровати, прихватил зубами загривок, намотал волосы на руку, не давая двигаться. Вбился сзади мощно и яростно, заставляя меня снова кричать! И трудно было принять этот вопль животного экстаза за призыв о помощи. Если я и просила о чем-то,то лишь не останавливаться. Дикость дикаря оказалась заразной, он словно пробудил во мне что-то запретное. Больше не было разумной и в меру воспитанной истры Лэнг-Лангранж, была необузданная дикарка, свихнувшаяся от ласк своего дикаря. То, что проделывал со мной Шерх, благовоспитанные особы даже представить не смогли бы! Он вылизывал меня языком, щурясь, словно довольный зверь! Везде. Но я лишь извивалась и просила еще, что бы он ни делал. потом сама изучала его тело – руками, губами, языком, впадая в состоянии эйфории от того, как остро он реагировал на меня. Когда я провела языком по твердому животу Шерха, он сдавленно зарычал, и я улыбнулась, облизываясь. К жротам приличия, пусть все благовоспитанные мысли сдохнут от моей безнравственности! Я посмотрела в темноту глаз, полыхающих от желания, спустилась язычком ниже и мягко обхватила губами соленую мужскую плоть. Хенсли застонал, хватая ртом воздух, и я чуть снова не улетела к звездам, почувствовав эту власть над ним. Ощущая его дрожь, его желание, управляя им. Я смотрела на Шерха, ловила его хрипы и пряные капли и наслаждалась каждым мгновением. В этом слабом свете огня, в этом логове из шкур, рядом с этим мужчиной пробудилась новая я – свободная и сильнaя…
***
Не знаю, сколько продолжалось наше безумие, но усталость взяла свое,и после очередной вспышки удовольствия я просто свалилась во все эти шкуры. Влажная, раскрасневшаяся и счастливая настолько, что хотелось петь. И спать.
– М-м, неужели ты устала?
– Хенсли накрыл меня своим телом, игриво прикусил кожу. – Разве не ты только что кричала: «Еще»?
– Я не буду тебя больше кормить, - буркнула я, не открывая глаз. – В тебе слишком много сил.
– Только сегодня, - со смешком произнес он. Голос стал задумчивым : – Честно говоря, я думал, что ничего не выйдет, Софи.
– В смысле? – я перевернулась на бок, посмотрела в его лицо.
– То, чем мы занимались, – усмехнулся он, откидываясь на спину и положив руки за голову. Я облизнулась. Расслабленный. Удовлетворенный. Красивый. Мне нравился такой дикарь.
– Раньшe я и надеяться не мог на подобное, – он закрыл глаза.
– Не понимаю, что происходит.
Я скосила глаза на черный рисунок, что темнел на ег груди. Я успела изучить эти печати. Их было шесть – на руках, ногах, спине и груди. Сейчас мне казалось странным, что я сразу не догадалась. Конечно, места тонких слоев,там, где физическое тело соприкасается с Духом. Все эти места заблокировали, не позволяя Шерху выпускать магию. И теперь она билась внутри, причиняя мужчине неимоверную боль. Я уже видела, что происходит с ним от этой боли. Потеря себя, агония, почти смерть…
Снова опустила глаза. Нет, жалость это не то, чего хочет мой дикарь. Совсем
– Шерх? – позвала я.
– Нет, - сказал он.
Я привстала на локте.
– Что нет?
– Все, что ты сейчас скажешь. Нет, ты никуда не пойдешь. Нет,тебе не надо проведать Линк, потому что я послал следилку. Нет… все остальное. Мне надо отдохнуть.
– Ты послал что?
– открыла я рот, слегка ошалевшая от такого ответа. Хенсли открыл глаза и посмотрел на меня.
– София, чем ты занималась на лекциях? Смотрела на студентов и считала мух? Следилка – это фантом, его создают, чтобы наблюдать за детьми. Маленькое облачко, не способное ни на что, кроме как подать сигнал тревоги, если ребенок покинет заданный квадрат. В нашем случае – кровать.
Я изумленно похлопала глазами и вспомнила:
– Фантомный сгусток для наблюдения!
– Точно, - зевнул енсли. – Следилка.
– И когда ты его послал?
– Когда услышал, что ты идешь.
Я приподняла брови. Ух ты, значит, не сомневался, что я останусь?
– Сомневался, – ответил на мой вопрос Шерх. – еще как сомневался. Но я рад, что ты осталась, Софи.
Он тоже повернулся на бок,и теперь мы лежали рядом, глядя друг другу в глаза. Голые, горячие… Влажные. Кажется, я опять покраснела.
– Похоже, ты как раз был хорошим учеником, - буркнула я, смутившись. Лежать вот так, в ворохе шкур, огда тело так сладко саднит и болит от удовольствия, оказалось даже интимнее, чем делать то… что мы делали.
– Лучшим, – тихо сказал Хенсли, и его глаза потемнели.
– Я не буду спрашивать, если не хочешь, - торопливо сказала я,испугавшись, что он снова закроется от меня.
– Может, я хочу, чтобы спросила?
– хмыкнул он, накручивая на палец прядку моих волос.
– Ладно. Я был лучшим в Академии, мне пророчили блестящее будущее. Самый сильный дар во всем королевстве,так говорили обо мне.
– Он задумчиво улыбнулся, но горечи в глазах я не увидела. – Это делало меня порядочным говнюком, надо сказать.
– Хочешь сказать, что-то изменилось? – не удержалась я, и Шерх рассмеялся. Я отвела взгляд, потому что мне слишком нравилось видеть его таким. Расслабленным и смеющимся. Помогите мне Духи. Кажется… кажется, я влюбляюсь… Или уже?!
– Конечно, изменилось. Стало гораздо хуже, – хмыкнул он. – А тогда я был юн,и мир лежал у моих ног…
– Что случилось?
– Выплеск на пределе возможного, - Хенсли произнес это спокойно, словно говорил не о себе.
– Я был самоуверен, Софи… Слишком самоуверен. Даже такая плохая ученица, как ты, – он щелкнул меня по носу, - должна знать, что нельзя выплескивать все силу. Внутри остается пустой резерв, а когда он наполняется, маг уже не может управлять силой… Она становится хаотичной, стихийной, связи с физическим телом рвутся… Дальше тольо запечатывание.
– Неужели это нельзя исправить? – в отчаянии я закусила губу.
– Никому не удавалось, – пожал плечами Шерх.
– Разве только…
– Что?
– вскинулась я.
– Первое время я настойчиво искал любые упоминания о восстановлении резерва. Я был совсем молод и верил в чудеса, Софи. – он качнул головой, смеясь над собой.
– Как ты знаешь, в Лангранж-Холле огромная библиотека, и я перетряс ее всю. И нашел несколько упоминаний о магах, которым удалось вернуть свою силу к управляемому состоянию. Но это были лишь россказни. Лишь сказки… Как они это сделали - оставалось тайной. Даже если было правдой. Единственное, что мне удалось выяснить и даже испробовать на себе, это то… что помогает магия, оставшаяся от эйлинов.