Дикарка

Ланзони Фабио

– Чего? – удивленно спросила она.

– Мне жаль, что я не заковал тебя в наручники после того, как мы…

– Чего тебе жаль?

Лия была просто вне себя от ярости. Слава Богу, что здесь темно и она не видит его лица. Она не желает лицезреть это самодовольное выражение, которое всегда появлялось у Марко, когда он думал, что одерживает верх.

– Мне следовало бы знать, что тебе нельзя доверять, – продолжал он со сводящим с ума спокойствием. – Я должен был понимать, что ты постараешься сбежать, как только

я ослаблю бдительность. Но теперь ты сказала, что жалеешь об этом, значит, ты поняла…

– Мне жаль не этого, – возмутилась Лия. – Мне очень жаль, что я забыла, какой ты самонадеянный болван, и что я переспала с тобой вчера ночью.

– Могу сказать тебе то же самое, – не остался в долгу Марко. – Я не должен был позволить тебе соблазнить меня.

– О, я вас умоляю! Это ты соблазнил меня.

– Но это же смешно.

– Это ты первый поцеловал меня. Помнишь? Задолго до того, как мы приехали в твою хижину.

– Послушать тебя, так получается, что это я один виноват в том, что случилось.

– Ты правильно все понял.

– Ты хочешь сказать, что в ту ночь просто не владела собой, да? То есть ты не знала заранее, что сделаешь утром?

Он замолчал, а Лия почувствовала, как жаркий румянец заливает ее лицо. Интересно, он сейчас вспоминает их ночь?

Вот она вспоминает и страшно ненавидит себя за это, хотя само воспоминание действует на нее возбуждающе.

– Но это же сумасшествие, – сказала она Марко, усевшись поудобнее на жестком полу. – Я не могу в это поверить. Наши жизни под угрозой, а мы ругаемся из-за того, что не можем решить, кто первый захотел соблазнить другого. Наверное, мы виноваты оба.

Несколько секунд обдумывал ее слова, потом заговорил:

– Я все время знал, что этого не следует делать, но не смог сдержаться. Я всегда не выдерживаю, когда дело касается тебя.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду.

– Хорошо, что мы так и не соединились.

– Это точно.

Лия тяжело вздохнула.

– Что такое?

– Что?

– Что означает этот горестный вздох?

– Никакой он не горестный, – резко возразила Лия, не желая показывать, как она хотела, чтобы между ними все было по-другому. Они люди из разных миров. И теперь…

– Мы скоро умрем, да? – тихо спросила она вдруг. Какой-то частью своей души она жаждала, чтобы он стал возражать ей, вселять в нее надежду. Но он не стал ее обманывать.

– Похоже на то, – просто ответил он. Лию охватила грусть, сразу же уступившая место неописуемому гневу, охватившему все ее существо.

– Это нечестно, – сказала она Марко, – Как это вообще может быть? Я не сделала Виктору ничего плохого, я ничего не знаю о его бизнесе, и вот – пожалуйста. Меня убьют без всякой причины. А ты…

– А вот меня убьют по весьма веской причине, – перебил ее Марко.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Лия, я работаю

в Отделе по борьбе с наркотиками. Под надежной легендой я внедрился в организацию Виктора, чтобы раскрыть его преступные операции. Именно этим я и занимался в его доме прошлым летом.

Лия буквально онемела от удивления.

Марко – сотрудник Отдела по борьбе с наркотиками?

Правда, она смутно понимала, что ей не следовало так сильно удивляться его признанию.

Здравый смысл давно подсказывал ей, что Марко не может быть другом Виктора Кэвала.

А сердце все последние дни говорило ей, что Марко – по-настоящему хороший парень.

Но…

Марко?

Марко работает на правительство?

Он для этого слишком резок, слишком бесшабашен.

В мозгу крутилось множество вопросов, но Лия так и не смогла их сформулировать.

– Зачем? – только и спросила она.

– Зачем? – Он горько усмехнулся. – Я же рассказывал тебе свою историю, Лия, и ты еще что-то спрашиваешь.

– Что ты имеешь в виду?

– Моего отца убили накурившиеся подонки. Брат стал наркоманом и торговцем наркотиками. Моя невеста умерла от передозировки. Наркотики, Лия. Из-за них в моей жизни все пошло кувырком. – В его голосе прозвучала убежденность. – И я решил бороться с этим злом.

– И ты… работаешь в Отделе по борьбе с наркотиками? – Лия все еще не могла побороть недоверия. – Именно об этом ты говорил, когда упоминал о связях? Вот почему ты отправился за мной…

– Нет, – перебил он ее. – В прошлом году я уволился из отдела – после провала Траска. Виктор, конечно, уже догадывался, что я имею отношение к полиции. После смерти жены Гордона… Я не хотел больше играть в эту игру.

– Но если ты уволился, то тогда…

– То, что я искал тебя, никак не связано со службой, – сказал Марко. – Это я делал по собственной инициативе. Я начал искать тебя сразу после той ночи, когда ты убежала. Я знал, что Виктор решил убить тебя, и я сказал, что ты мертва. Я сказал ему, что это я убил тебя.

Она промолчала.

– Но Виктор очень умный человек. Я знал, что он мог не поверить мне, и если бы он нашел тебя раньше, чем я…

– Так ты искал меня по собственной инициативе. – Лия пыталась до конца осмыслить услышанное. – Но ты говорил, что у тебя есть связи…

– Да, они были и есть. Это люди, с которыми я работал в отделе. На этих людей я могу положиться до сих пор и при необходимости просить их о кое-каких одолжениях. В тот вечер, увидев тебя по телевизору, я позвонил одному другу в Бостон – раньше он работал в ЦРУ. Сыщик он потрясающий, у него великолепное чутье. Единственное, что ему пришлось сделать, – это появиться в «Фенвей-парке» и поговорить с парнем, который сидел впереди вас на трибуне. От него мой приятель получил достаточно информации, чтобы выследить тебя.