Дикая орхидея прерий
Шрифт:
Хотя и спала я крепко, но встала вовремя, есть у меня такая особенность, проснуться практически, когда наметила. Не минута в минуту, как Штирлиц, но близко к этому. Торопливо умывшись, надела лёгкое ситцевое платье и пошла в направлении кухни. Там уже растапливал печь муж Розиты. Чистый фартук и косынка висели на гвоздике. Нацепив все это, прошла с короткой ревизией что приготовить на завтрак. Итак, планируется молочная каша, сырники со сметаной, клубничный джем. Сырная нарезка, есть отварная говядина, сейчас я ее малость подбодрю, чтобы съедобной стала. Тут как раз какой-то мужик принес аж четыре ведра молока. Отлично, соберём сметану, собьём масло. Достала мясо из ледника, натерла кусок солью, специями (были они таки!), завернула в мокрую салфетку. Пусть лежит пока, пропитывается.
Я заканчивала
– Елена, завтрак уже готов? Пора подавать, я помогу. Надо бы тележку такую заказать, какую нам отец делал...
– Да-да, все готово, вот кастрюлька с какао для Джейми и Майки, хозяину кофе кофейник сварила. Нарезки пока на досках разделочных, очень уж тарелки здесь страшные.
– Да, это верно. Но я нашла выход. Снимай фартук, ты не кухарка, ты моя дочь. Пойдем завтракать, посуду потом и Розита помоет.
И мы вошли с подносами в столовую. От удивления я и сама чуть не упала. На столе - накрахмаленная белоснежная скатерть, дорогая фарфоровая посуда, в маленьких салфетницах - накрахмаленные до хруста салфетки. Все это было мне знакомо из воспоминаний Елены. Мать распотрошили свои сундуки. Но... скатерть, красивая посуда, подхваченная лентами тюль на окнах, букетик осенних цветов в вазочке - все это создавало уют в ранее пустой и безликой комнате. Пока никого нет, мы торопливо перекладывали нарезки на блюда, сырники тоже. Сметану и джем переливали в креманки, кашу из кастрюли в тарелки для каждого, какао из ковшичка с ручкой по чашкам для детей, кофе нальют каждый сам себе. Вспомнив про молоко и сахар для кофе, метнулась на кухню, заодно и грязную посуду унесла. Розита и ее муж завтракали, видимо, они всегда ели на кухне. Розита ничего мне сказала, а вот ее супруг невнятно прошамкал с набитым ртом, что очень вкусно. Розита набычилась, но молочные усы то ли от каши, то ли от сметаны над верхней губой вдобавок к ее природным усикам смотрелись очень забавно. Я велела отдать остатки от нашего завтрака на общую кухню, взяла молоко и сахар и ушла обратно в столовую. Там как раз начали собираться хозяин, его гость и наша семья. Меня чуть не пробил громкий смех, когда дон Луис застыл в дверях столовой. Было полное ощущение, что он сейчас выйдет и вновь зайдет, чтобы проверить не ошибся ли он домом и это его собственная столовая. Только мощный толчок в спину от Джеральда заставил его вылететь из дверей вперёд, на середину комнаты. Мы воспитанно встали и пожелали доброго утра.
Дон Луис растерянно сел на свое место хозяина и уставился на тарелки с едой. Джеральд же долго не медлил, сел, придвинул тарелку с кашей и хоп! щелк! Тарелка уже пустая, теперь он накладывает себе сырники, щедро сдабривая их сметаной и джемом, вот уже в чашку льется ароматный кофе. Хозяин ел осторожно, то ли боялся, что это муляж и все несъедобно, то ли просто не знал, как себя вести в такой "благородной" обстановке. Катаржина отправила наевшихся мальчишек из-за стола, что-то тихо прошептала Майклу, наверное, просила пока присмотреть за братом. Потом непринужденно поинтересовалась у мужчин, понравился ли им завтрак? Дон Луис по-прежнему пришибленно молчал, а Джеральд рассыпался в похвалах мне и Катаржине, ей за то, что за такое короткое время успела навести порядок в столовой, как он сказал:
– Пусть хоть одна комната будет нормальной в этом сарае!
Наконец, отмер и хозяин и брякнул:
– У меня нет такой красивой посуды! И скатерти нет!
– Верно, дон Луис, нет. Это все из моих вещей. Но ведь можно же поехать в ближайший городок и заказать доставку по каталогу, сейчас это везде есть, где большие расстояния.
– Да не понимаю я ничего в этих тряпках, тарелках...
– Верно, не мужское это дело, дон Луис! А вы возьмите меня с собой, я помогу со всем этим разобраться. Кстати, вы держите только коров и быков? А свиней для себя нет?
– Кому нужны эти грязнули? удивился хозяин.
Но
– Не скажи, дружище! Яичница с беконом по утрам - вещь! Да и мясо намного мягче той подошвы, что вчера вечером подавали.
– Все, все, сдаюсь! Когда бываю в городе, всегда покупаю кусок бекона.
Но судя по тому, как загорелись глаза дона Луиса, вскоре точно случится поездка в город вместе с Катаржиной.
Джеральд вздохнул:
– Эх, от такой готовки и уезжать не хочется! Так бы и жил тут! Пухлый бы стал, гладкий, красивый... но дела, дела... мисс Елена, соберите мне в дорогу какого-нибудь провианта, пожалуйста.
Я кивнула головой и пошла на кухню. Так, готов свежий хлеб, есть сыр, мясо сейчас натру специями и заверну в провощенную бумагу. Масло... ох, сколько масла испортили! Придется обрезать, остальное перетопить, топленое и хранится дольше, и вкус у него очень даже... Набила сумку и положила на стол. Шурша платьем, вошла Катаржина:
– Уже приготовила? Молодец!- присела у стола, заговорила на английском, ни Розита, ни ее супруг английского не знали: - Елена, нам надо зацепиться здесь. Понимаешь ведь, что идти нам некуда. А здесь гасиенда большая, богатая, но неухоженная. Зато нет капризной хозяйки. А хозяин... его легко можно повернуть в свою сторону. Домашним уютом, вкусной едой. Но я не хочу, чтобы ты была кухаркой. Подберу парня потолковее, обучай его всему. Что планируешь на обед?
– Рассольник на первое, вон мясо варится. Там в одном бочоночке огурцы мягковатые, на рассольник пойдут. Ну и азу, наверное, говядина же. Только я в погребе овощей не нашла. Нет их здесь, что ли?
– Почему? Есть. Здесь зимы практически нет, вот они и выдергивают овощи по мере необходимости. А огород вон там, чуть сбоку от дома, ты просто не выходила ещё из дома.
– Осень, пора давно все убрать из огорода, засыпать перегноем и вскопать. До весны земля отдохнёт.
– Верно, в Старом свете так и делают. Хорошо, бери Гонсальво (вот как, оказывается, зовут мужа Розиты!) и сама сходи, посмотри. Розита пусть пока посуду моет.
Гонсальво оказался не дурак поболтать, в отличие от своей жены, и многое успел мне рассказать, пока шли до огорода. Они с Розитойи родились здесь и выросли на гасиенде. Когда-то и Гонсальво был ковбоем, но неудачное падение, перелом, неправильно сросшийся поставили крест на него карьере. Теперь вот по дому работает, где чем помочь. И на Розита не обижайтесь, она с детства такая... неразговорчивая.
Огород производил удручающее впечатление. Примерно на треть выбранные овощи, остальные стояли с пожухлой ботвой. Я выбрала несколько луковиц и морковок, пару перцев и несколько крупных, потрескавшихся уже томатов, теперь бы картошки накопать. Ее нашла по нескольким сухим бодыльям, торчавшим из утоптанной до каменной твердости земли. Интересно, а если вырвать эти бодылья, как будут картошку находить? Заставила Гонсальво вилами расковырять несколько предполагаемых гнезд картошки. Мдяя... Это больше походит на крупный горох, чем хотя бы на привычную мне картошку из магазина мелковатую и корявую. И тогда я приступила к допросу:
– Гонсальво, солнце мое, а как вы ухаживаете за картофелем?
Тот вытаращил на меня глаза, пару раз растерянно хлопнул ресницами, затем неуверенно (кто знает, что от этой дуры ожидать?) пробормотал:
– Ну, весной посадим...
Я его поддержала:
– Отлично! А дальше что?
– Дальше... после середины лета начинаем выбирать гнезда на еду. А что не так-то?
– А окучивать не пробовали? Поливать в жару? У вас же есть водопровод.
Глаза у Гонсальво и вовсе выкатились и он, бедолага, аж задохнулся от возмущения, но сказать ничего не мог, хватал ртом воздух. Это же сколько лишней работы я им придумала! Ничего, это я ещё завтра все выкапывать заставлю в том числе и картофельный горох и натуральный, который нарос из падалицы летом. Высказаться толком Гонсальво я не дала, сказав, что там, где мы раньше жили, так делают, и картошка вырастает с кулак, не меньше. А ведь верно, я где-то читала, что картофель культивировали индейцы точно так же, без окучивания и был он у них мелким. Очевидно, и агротехнику переселенцы переняли у индейцев. Спросила у своего добровольно принудительного помощника, есть ли где тут в округе песок?