Дикие
Шрифт:
Игорь с головой ушел в работу, однако его молодая, неугомонная прыть не давала покоя степенным иностранным коллегам, раздражая их своей необузданностью. Они удивлялись, как глубоко и кропотливо этот русский мальчик занимался любимым делом, лишая себя не только развлечений и всевозможных удовольствий, которые он, имея высокооплачиваемую работу, мог себе позволить, но даже и элементарного отдыха. Он был готов работать без передышки, только бы скорее достичь заветного результата, конечной целью которого и являлся его теперешний эксперимент.
Семь лет упорной
Что стоило ему сконструировать такую же машину у себя в России? – Эта мысль неоднократно приходила ему в голову после очередных отсрочек, которые то и дело предпринимались вышестоящими инстанциями, ответственными за будущий эксперимент. – Да ровным счетом ничего! Он сам являлся одним из главных ее создателей! Тем более, что эксперимент и задумано было проводить в России.
Итак, молодой ученый, со свойственной ему стремительностью оставил своих коллег «созревать» до лучших времен и, сняв все скопившиеся за эти годы деньги со своего счета, был таков!
Вернувшись на родину после многолетней разлуки, Игорь, к сожалению, не
застал в живых своего руководителя, которого мечтал привлечь к работе. И после недолгих раздумий поведал о своей идее бывшим сотрудникам – профессорам-ядерщикам. Коллеги, загоревшись, согласились посильно ему помогать, но сами лично принимать участие в эксперименте отказались, испугавшись, в случае неудачного исхода навеки остаться у предков.
Лабораторию Игорю на сей раз пришлось устроить у себя дома в небольшой двухкомнатной квартире, где в его отсутствие проживал двоюродный брат с семьей, и которого, к великому огорчению, снова пришлось отослать назад к теще.
– Не огорчайся, Максим! – думаю, через несколько месяцев я снова уеду в Америку. – Сказал брату Игорь. – Ты уж как-нибудь продержись до моего отъезда!
Составив список недостающего оборудования и поручив его покупку своим помощникам, Игорь отправился в Питер навестить родителей, которых он даже не оповестил о своем возвращении, и через неделю снова вернулся в Москву, чтобы немедленно приступить к работе.
Пять месяцев понадобилось молодому ученому, чтобы вновь сконструировать свое гениальное творение, а потом с нетерпением дождаться полнолуния – периода, в течение которого и возможно было осуществить этот эксперимент!
Господи! Сколько времени он мечтал об этом долгожданном дне! Как волновался, ожидая его приближение! Он много раз представлял свою первую встречу с далекими предками и тщательно готовился к ней, продумывая всевозможные варианты контакта! И вот вам, пожалуйста, эти люди, появившиеся неизвестно откуда на его беду, невольно нарушили все его планы!
Игорь обернулся на вопрошающий зов Виктора Владимировича, с раздражением взглянув на него. И растерянность этого, еще несколько минут назад,
– Что нам теперь делать?!
Этот отчаянный возглас завис над поляной, объятой ярким солнечным светом, июльским густым ароматом цветений и пением птиц, сопровождаемым беспрерывным цокотом кузнечиков, мгновенно заставил молодого ученого осознать свою невольную вину перед этим человеком.
Ну, в самом деле, что им теперь делать? – этот мужчина только начинал сознавать безвыходность создавшейся ситуации, хоть все еще и не верил тому, где находится, а эти! Игорь взглянул на молодых людей, стоящих возле его машины с растерянными лицами. – Они все осознали!
Он вернулся к Виктору Владимировичу, который, окончательно расстроившись, устало облокотился на березовый сучок.
– Для начала, думаю, нам следует познакомиться. – Игорь протянул руку своему незваному попутчику.
– Топилин Игорь Витальевич. Профессор, физик-ядерщик. Можно просто Игорь.
– Тихонов Виктор Владимирович! – директор ЗАО «МОПРО».
– МОПРО это, что?
– Обычный Московский мясокомбинат, только и всего.
– Виктор Владимирович, Вы должны меня спокойно выслушать и поверить тому, о чем я вкратце все же попытаюсь Вам рассказать.
Расстроенный слушатель безнадежно пожал плечами.
– Похоже, ничего другого не остается.
И молодой ученый поведал главе семейства Тихоновых историю готовящегося эксперимента, стараясь отыскать в своих доказательствах самые убедительные доводы. После этого они подошли к молодым людям и Игорь, познакомившись с ними, предложил принять участие в своем эксперименте.
– Мои помощники отказались от этого, а вас, как говориться, сам Бог послал.
–
Молодой человек дружелюбно улыбнулся.
– А почему они отказались? – насторожилась Валерия.
– По разным причинам – постарался увильнуть от ответа молодой человек, чтобы еще больше не испугать своих попутчиков.
– А какая из них была самой главной? – не унималась Валерия.
– Самой главной? – молодой ученый внимательно взглянул на девушку.
Ее по – взрослому проницательный, настороженный взгляд и контрастно граничащая с ним детская непосредственность, не позволили ему слукавить, и он, открыв, было, рот для очередного удобоваримого ответа, мгновенно передумал.
– Они, по своей глупости, побоялись остаться здесь навсегда.
В лице девушки промелькнул испуг, и в наступившей тишине тут же прозвучал панический возглас Насти.
– Господи!
Однако Валерия, предвидя надвигающуюся панику, постаралась упредить свою будущую золовку, призывая Игоря к поддержке.
– Надеюсь, нам это не грозит? – спросила она.
– Абсолютно! – Игорь уверенно улыбнулся.
– Я же сказал, что они не согласились по своей глупости, не оценив до конца всех тонкостей эксперимента, который, прежде всего, заключает в себе две стороны единого природного процесса. Полнолуние – прямой процесс перехода, а новолуние – обратный процесс возвращения.