Дикий дождь
Шрифт:
— Очевидно, ты один из тех Настоящих Мужчин, которых можно увидеть только в кино, где после сорока семи ударов по рёбрам они всё ещё могут стоять на ногах и бороться. Продолжай, не стоит обращать на меня внимание, я же всего лишь человек.
— Что ты сказала? — он повернулся, сконцентрировав на ней свой взгляд.
Рейчел чувствовала его пронзительный взгляд, но она не доставит ему удовольствия и не будет смотреть в его сторону. Или в сторону иглы. Один раз она уже совершила подобную ошибку, во втором раунде ему уже не удастся выиграть ни одно очко.
— У меня разыгралось воображение, или ты действительно превращался в леопарда? — причём не в обычного леопарда. Не пятнистого, какими были
— Это моя вредная привычка, — как бы между прочим сказал он. Спокойно. Словно это не имело никакого значения. Словно она действительно выжила из ума.
И, как ни странно, она была с ним согласна.
Рейчел наблюдала за ним, затаив дыхание и тяжело выдыхая, когда он сделал первый стежок. Она попыталась отдёрнуть от него ногу, дыхание с шипением вырывалось сквозь сжатые зубы.
— Ты в своём уме? Как ты думаешь, что ты делаешь?
— Не дёргайся. Думаешь, мне легко? Ты потеряла слишком много крови. Если я не наложу швы, ты не только потеряешь свою ногу — ты умрёшь!
— Было бы не плохо.
— Что, по-твоему, я должен был думать? Ты находилась в моем доме, поджидая меня в засаде.
— Я была в кровати, спала, а не поджидала тебя за дверью, готовая в любой момент обрушить на тебя удар, чтобы размозжить голову, — она смерила его ненавидящим взглядом.
Рио вновь повернул голову в её сторону. Рейчел невольно покраснела. С виска у него сочилась кровь, тонкой струйкой стекая к подбородку, заросшему тёмной щетиной.
— Ты хотел меня убить. Ведь хотел же?
— Если бы я хотел твоей смерти, поверь мне, ты была бы уже мертва, и твоё тело покоилось бы глубоко под землёй в лесу. Лежи спокойно и перестань болтать. Если ты не заметила, я весь промок, и у меня есть несколько ран, о которых я должен позаботиться.
— А я-то всё время думала, что ты Супермен, не заботящийся о таких незначительных вещах, как маленькие ранки.
Он тихо пробормотал нечто не совсем лестное, как она думала, и вновь склонился над её ногой.
Рейчел оставила идею изображать из себя героиню кинофильма. Своей напускной храбростью она пыталась отвлечься от мучительной боли, терзавшей её ногу, однако его действия невольно привлекали к себе внимание, и Рейчел начала следить за тем, как он выполняет свою кропотливую работу. Ощущение было такое, словно её ногу распиливали тупым лезвием. Она даже не могла схватить подушку, чтобы задушиться, поскольку рука тоже была не в порядке. Послышался чей-то вой. Неприятный и раздражающий звук не прекращался. Пронзительный, он всё продолжался и продолжался, прерывая её концентрацию и делая невозможным дальнейшее пребывание в кровати.
Его лицо посуровело от того, что приходилось удерживать её на месте, чтобы зашить рану. Он был благодарен, когда девушка наконец уступила боли и, прерывисто дыша, затихла; её пульс колотился как бешеный. Рио стиснул зубы, когда услышал тихий стон, слетевший с её губ. У него сжалось
— Проклятье, Фриц! Тебе обязательно надо было отгрызать ей ногу? — склонившись достаточно близко, он ещё час занимался её раной, кропотливо накладывая в тусклом свете крохотные швы с внутренней стороны. Выпрямившись, он глубоко вздохнул и вытер тыльной стороной ладони пот со лба, вымазав при этом лицо её кровью. Теперь он может пополнить длинный список своих грехов ещё и замученной женщиной.
Откинув назад её волосы, он хмуро всмотрелся в бледное лицо.
— Ты будешь жить! — приказал он, проверяя ей пульс. На ощупь кожа оказалась холодной и влажной, сказывалась большая потеря крови. Она впала в состояние шока.
— Кто ты? — Рио натянул на неё шерстяное одеяло и отошёл разжечь огонь, чтобы разогреть воду и сварить кофе. Предстояла долгая ночь, во время которой ему нужна будет большая доза кофеина.
Коты спали, растянувшись около огня, но как только Рио стал ощупывать их в поисках повреждений, они сразу же проснулись.
Он бормотал всякую бессмыслицу, проявляя свою привязанность, распушив мех, он резким движением убрал паразитов. Рио бы никогда не признался себе в том, что чувствует к ним привязанность, но ему нравилось сознавать, что они всегда рядом. Фриц зевнул, демонстрируя свои длинные и острые клыки. Франц сонно толкнул его лапой. Обычно игривые леопарды выглядели уставшими.
Как только Рио вымыл руки, он осознал, насколько ему было неудобно в своей вымокшей насквозь одежде. Каждый мускул в его теле звенел от боли, напоминая о том, как плохо ему было на самом деле, самое время позаботиться о себе. Он должен был обработать и наложить швы на свои раны, что в перспективе было не очень-то приятным занятием. Его рюкзак всё ещё лежал у ствола дерева, в нём находились необходимые медицинские принадлежности, которые он предусмотрительно носил с собой.
Рио начал обыскивать комнату, пока ждал, когда закипит вода, ища какое-нибудь свидетельство, которое могло бы раскрыть личность девушки и причины, по которым она оказалась в его доме.
— Маленькая Красная Шапочка, только ли вышла ты прогуляться по лесу? — он нашёл рюкзак с её одеждой. — Да ты, оказывается, богата. Очень богата, — в рюкзаке у его богатой потерпевшей лежала одежда от известных дизайнеров.
— Что заставило тебя блуждать по моей территории в одиночестве?
Сжимая в руке шелковые трусики, он перевел взгляд на её лицо. Он не желал расставаться с жизнью только из-за того, что ему не давал покоя вопрос, который всё время крутился в его голове. Почему он чувствует тупую боль в груди каждый раз, когда смотрит на неё? Почему его внутренности завязываются в тугой узел, когда он видит отпечатки своих пальцев вокруг её горла? Как, черт возьми, он может ощущать вину перед ней, если это она вторглась в его дом, поджидая его в засаде? Рио старался не задумываться над этими вопросами, запихивая крошечные шелковые трусики обратно в сумку. Завтра он выстирает грязную одежду. В настоящий момент ему необходимо выпустить пар, впереди его ожидает ещё долгий путь.
Горячий кофе согрел ему внутренности и развеял туман в голове. Стоя над девушкой, он прихлёбывал горячий напиток и изучал её лицо. Она думает, что он пытками хотел выудить из неё информацию.
— Какую информацию? Что тебе известно такого, за что кто-то мог бы причинить тебе боль, чтобы получить её?
От одной этой мысли в нём начал просыпаться демон.
При звуке его голоса она пошевелилась, стала ёрзать, и на её лице отразилась вспышка боли. Желая утешить её, он нежным прикосновением откинул ей волосы, Рио не хотел, чтобы она очнулась в то время, когда он не в силах облегчить ей боль.