Дикий
Шрифт:
Мои пальцы тонут в его горячей ладони. Смотрю по сторонам, пытаюсь понять, в какой именно магазин мы заходим, но разобраться не выходит.
Торговый центр большой. Чего здесь только нет. И одежды, и техника.
??????????????????????????Но откуда такая срочность? Зачем Демьяну приезжать сюда посреди ночи?
Разговор с мужчиной, который его ожидал, тоже ничего не проясняет. Дикий просто знакомит нас, а после обменивается со своим приятелем парой ничего не значащих фраз.
Он открывает
Точно. Смотрю, как мужчина снимает сигнализацию прежде чем открыть очередную дверь, и понимаю, что верно поняла. Это действительно банк.
Но за очередной дверью открывается вид, который моментально разрушает такую теорию.
Пушистый ковер. Диваны и кресла, обитые красным бархатом. Картины в позолоченных рамах. Много зеркал. Хрустальные люстры.
Странно. Мы будто в музее оказываемся.
— Чего вы бы хотели? — спрашивает мужчина, поворачиваясь ко мне. — Чай? Кофе? Или может быть шампанское? Все-таки особый случай.
— Просто воды, — роняю и поворачиваюсь к Дикому, вопросительно приподнимаю бровь. — Что за случай?
— Присаживайся, — говорит Демьян, подводя меня к массивному креслу, и не оборачиваясь, бросает своему знакомому: — А ты приготовь все, что требуется.
— Хорошо, — бросает тот. — Как скажешь.
— Не затягивай.
— Что происходит, Демьян? — бормочу, опускаясь в кресло.
Он присаживается рядом на табурет.
— Скоро поймешь.
Поворачиваюсь, изучая просторную комнату, в которой мы находимся.
Что это за место?
Торговый центр знаю хорошо, но в таком магазине впервые. Новый открылся?
Через пару минут мужчина возвращается с тележкой, на которой стоит и чай, и кофе. Бутылка воды. Шампанское в ведерке со льдом.
Он улыбается нам.
— Прошу, — говорит. — Угощайтесь. Для наших клиентов все самое лучшее.
Замечаю на тележке закуски. Опять перевожу взгляд на Дикого.
— Демьян…
Он сжимает мою ладонь в своих пальцах.
— Это будет быстро, Катя.
Мужчина уходит и возвращается снова. Подходит к нам и ставит на столик перед мной большую плоскую коробку. Темно-красный бархат. Золотое тиснение. Различаю логотип известного бренда. Но еще до конца не осознаю, мысль лишь вспыхивает в голове.
А в следующий момент коробка открывается. И я невольно зажмуриваюсь. Блеск ослепляет.
Освещение лишь ярче подчеркивает игру бликов, острые грани бриллиантов. Здесь столько колец, что глаза разбегаются. И все эти кольца обручальные.
Сердце дает перебой.
Поднимаю взгляд на Демьяна.
— Ты что… — мой голос предательски срывается.
— Выбирай, Катя, — хрипло заявляет он.
— Я, — опять осекаюсь.
Слова
— Ты замуж выходишь, — чеканит Дикий, прожигает взглядом насквозь. — Нечего нам ждать. Без того до черта времени потеряли. Выбирай кольцо.
47
— Ты с ума сошел, — шепчу.
От его напора теряюсь, невольно вцепляюсь пальцами в подлокотники кресла. Безотчетно стараюсь найти точку опоры. Бросаю взгляд на мужчину, который принес нам кольца.
Дикий тут же это перехватывает. Кивком приказывает ему выйти. Тот исчезает, оставляя нас наедине.
— Что тебя пугает, Катя?
Демьян отталкивает массивный стол ногой так, что тот моментально отъезжает в сторону с тревожным скрипом. Резкий звук заставляет содрогнуться и еще сильнее вжаться в кресло.
— Говори, — хрипло бросает Дикий.
И опускается передо мной на колени. Бедра руками обхватывает. Смотрит прямо в глаза. Смотрит так, что отвернуться нельзя. В самую душу вглядывается.
— Боишься, не понравлюсь твоим родителям? — спрашивает он. — Когда всю правду про меня узнают. Бывший зэк так себе кандидат на роль зятя. В этом проблема?
— Нет, — роняю, качнув головой.
— Тогда что?
Неужели он сам не понимает? Не видит?
Синие глаза полыхают. Решимость читается в каждом жесте. Движения у него жесткие, уверенные. Будь его воля, на моем пальце уже бы сверкало кольцо, и в загсе бы нас расписали посреди ночи. Дикий обо всем договорится, если захочет.
Но только даже самого сильного на свете “хочу” будет мало.
— Англия? — хмуро выдает Демьян.
— Да причем здесь Англия, — нервно улыбаюсь, с трудом перевожу дыхание. — Об этом вообще сейчас не думаю.
Молчит. Но взглядом буравит так, что изнутри пробирает. И колени мои сжимает крепче, скользит ладонями, обжигая кожу даже через плотную ткань джинсов.
— Все, — выпаливаю, наконец. — Все меня пугает, Демьян. А особенно то, что я сейчас чувствую. Как быстро это развивается. Как затягивает глубже и глубже. Умом осознаю, нам нужно притормозить. Время нужно. Понимаешь? Разобраться.
— С чем тут разбираться? — интересуется мрачно.
— Ты давишь, Демьян, — отвечаю тихо. — Сам не замечаешь как. Но эта твоя бешеная энергия буквально сносит. Сжигает. Такое ощущение, будто на меня мчит скоростной поезд. И ускользнуть невозможно. Выбора не остается.
— Я хочу, чтобы все у нас было серьезно, — выбивает твердым тоном. — И отпускать я тебя не намерен. Никогда.
— Вот, — роняю чуть слышно, кладу ладонь на его щетинистую щеку, пальцем провожу по высокой скуле. — Ты уже все решил.