Дикое сердце
Шрифт:
Но почему он не предупредил ее об опасности? Она осталась лежать на виду как… как приманка. Эта мысль привела ее в бешенство, и Аманда села. Она хотела пойти искать его, но потом передумала. Рафаэль опытный следопыт, а она заблудится еще до того, как отойдет всего на полмили.
Взгляд Аманды скользнул на привязанных лошадей. Подпруги на их седлах были ослаблены, животные мирно пощипывали травку. Значит, они не чувствовали присутствия дикого зверя, и Аманда подумала, среагируют ли они на запах чужого человека. Нет, но, может быть, другие лошади вызвали бы беспокойство.
Ответ появился достаточно скоро. Аманда беспокойно ждала, расхаживая взад-вперед по пыльной земле и время от времени оглядываясь, как вдруг услышала слабый, но вполне определенный стук копыт по твердой земле. Грохот ее сердца почти заглушил приближающийся цокот копыт, и Аманда рванулась к привязанным лошадям.
Дрожащими пальцами она с трудом расстегнула металлические пряжки на седельной сумке Рафаэля и вытащила один из его тяжелых пистолетов. Она неуклюже схватила его, крепко сжимая гладкую деревянную рукоятку и надеясь, что он уже заряжен. Времени заряжать пистолет не было, да она и не умеет это делать. Но где же Рафаэль?
Облако пыли возвестило о приближении всадников, и Аманда, облизнув вдруг пересохшие губы, спряталась под ненадежной защитой редких деревьев. Может быть, ей лучше спрятаться за камнем или попытаться убежать от этих неизвестных всадников? Господи, ну что же ей делать? Поблизости не было подходящего места, где можно было бы спрятать животных.
Аманда зажмурила глаза и быстро пробормотала молитву, потом сдавленно вскрикнула, когда какая-то фигура обрушилась на нее непонятно откуда. Пистолет взметнулся, казалось, сам по себе, целясь смертоносным дулом в нападавшего, но его быстро развернула к небу чья-то ловкая рука.
— Dios! Будь осторожна с этим! — приказал Рафаэль. — Я вернулся вовремя…
Больше он не успел ничего сказать, потому что подскакали всадники и, натягивая поводья взмыленных лошадей, обступили Рафаэля и Аманду. Их было четверо, они сидели на лошадях с небрежной ловкостью людей, привыкших проводить многие часы в седле, с обманчивой небрежностью сжимая в руках ружья.
Один из них сжал каблуками бока коня, и разгоряченное животное немного продвинулось вперед, прежде чем всадник, натянув поводья, остановил его нетерпеливой рукой.
— Кто вы? — наконец поинтересовался он, сдвигая назад широкополую шляпу, чтобы внимательно рассмотреть их, и Аманда заметила, что он не убрал руку с приклада своего ружья.
— А кого вы ищете? — холодно спросил, в свою очередь, Рафаэль, расслабляясь, как будто его оторвали от послеполуденной сиесты под деревьями; но Аманду не обманул его спокойный голос. Рафаэль стоял, небрежно прислонившись плечом к тонкому стволу дерева; одна его рука сжимала ружье, другая лежала на рукоятке «кольта». Аманда знала, как быстро дуло ружья может нацелиться на этих людей, если Рафаэль этого захочет, и почувствовала себя гораздо безопаснее теперь, когда он стоял рядом.
Всадник ответил не сразу, его тяжелый взгляд, казалось, оценивал Рафаэля и Аманду. Наконец он медленно поднял руку, чтобы снять шляпу, и достал из нее небольшую тонкую сигару.
— Закурите? — предложил
Аманда хотела удержать его, но не осмелилась произнести ни слова, а только затаила дыхание; сжатый в ее руке пистолет становился все тяжелее и тяжелее. Почему они просто стоят, курят и ничего не говорят? Ее ладони стали влажными, колени дрожали, а двое мужчин между двумя вооруженными всадниками, молча курили сигары.
В конце концов, когда Аманда уже начала думать, не стоит ли ей сказать что-нибудь, просто чтобы снять напряжение, сигары упали на землю и были растоптаны каблуками сапог.
— Ищем мексиканского бандита, — наконец ответил мужчина на вопрос Рафаэля, как будто разговор только что начался. — Его зовут Диего Вальдес. Слышали о таком?
— Нет, не слышал. А вы местный шериф? — с напускным равнодушием спросил Рафаэль.
— Нет. Я Фрэнк Белл, рейнджер. Мы давно идем по следу этого парня, и я подумал — может, вы его видели.
— Жаль разочаровывать вас, но нет, не видел. Кивнув, рейнджер скользнул взглядом по Аманде, и она заметила почти неуловимую вспышку в его холодном взгляде. Она ничего не сделала, и ей нечего бояться, но почему-то этот техасский рейнджер тревожил ее. Почему она должна беспокоиться из-за него, подумала Аманда, как вдруг ее глаза округлились при мысли, что в Мексике Рафаэля разыскивают власти. Но распространяется ли это на Техас? И знает ли кто-нибудь, что он в ответе за смерть Фелипе и ее похищение? У нее вдруг пересохло в горле, и Аманда молилась только, чтобы рейнджер не почувствовал ее волнение. Но он лишь кивнул и посоветовав Рафаэлю быть осторожным в пути, потому что из-за войны по дорогам бродит много опасных людей.
— Сейчас осторожность не помешает, — заметил Белл, садясь на лошадь и кладя руку на луку седла. Он холодно и подозрительно смотрел то на Рафаэля, то на Аманду, но его тон был все еще спокойным. — Я даже слышал о мексиканских бандитах, которые останавливают кареты, убивают мужчин и похищают женщин. Несколько месяцев назад такое произошло недалеко отсюда. Будьте осторожны.
Дотронувшись пальцем до края шляпы, рейнджер развернул лошадь и уехал вместе со своими людьми.
Ни слова не говоря, Рафаэль повернулся, затянул подпруги лошадей и, убрав «винчестер» в чехол на седле, подвел Аманде ее лошадь.
— Готова?
— Да. Что… чего они на самом деле хотели, Рафаэль? — Аманда бросила тревожный взгляд на пустую проселочную дорогу. — Они остановились не просто поговорить.
— Да, не просто, — согласился он, пожимая плечами.
Чего на самом деле хотели техасские рейнджеры? Может быть, его подозревают в том, что он и есть мексиканский бандит Вальдес? Плакатов с его портретом было всего несколько, и все они распространялись только в Мексике. Могли ли рейнджеры каким-то образом получить такой плакат? Но даже если и так, они будут искать главаря хуаристов в Мексике, а не в Техасе, если только не знают о похищении.